Тесс Герритсен – Выжить, чтобы умереть (страница 26)

Мы заблудились? — поинтересовалась Джейн.

Нет, просто срезали немного, — ответила доктор Уэлливер. Несмотря на свое объемистое платье, она умудрялась спокойно пробираться по лесу и неуклюже шагать за мальчиком, который напоминал мчавшегося впереди лесного духа.

Лес превращался в чащу, ветви деревьев уже почти полностью закрывали небо. Утро было в самом разгаре, однако здесь, в лесу, дневной свет сменился сумеречным мраком.

Этот парнишка и вправду в курсе, куда идти?

Бруно прекрасно знает дорогу. — Доктор Уэлливер указала на сломанную ветку у них над головами.

Он оставил метки по пути?

Психолог бросила взгляд на Джейн.

Не стоит недооценивать наших студентов.

Замок пропал из виду. Теперь со всех сторон, насколько хватало взгляда, стояли одни лишь деревья. Много ли они прошли — километр, больше? И вот так-то он срезал путь? У Джейн развязались шнурки, она нагнулась, чтобы снова завязать их. Выпрямившись, Джейн увидела, что остальные уже прошли шагов на десять вперед и практически скрылись из виду. Если она останется здесь одна, возможно, ей придется блуждать несколько дней, чтобы выбраться из леса. Риццоли прибавила скорости, чтобы нагнать спутников, и сквозь заросли кустарника пробралась на маленькую полянку, где уже стояли остальные.

Под великолепной ивой расположились профессор Паскантонио и лесник Роман. Неподалеку стояла кучка поеживавшихся на ветру студентов.

…вообще ничего не трогали. Оставили в том же виде, в каком нашли, — говорил Роман доктору Уэлливер. — Будь я проклят, если я знаю, что это означает.

Дурацкая выходка, — фыркнул Паскантонио. — Вот что это такое. Дети вытворяют черт-те что.

Доктор Уэлливер приблизилась к иве и пристально поглядела вверх, на ветви дерева.

Нам известно, кто это сделал?

Никто не сознался, — прорычал Роман.

Все прекрасно знают, кто это сделал, — сказала темноволосая девочка. — Кто же еще? — Шатенка указала на Клэр. — Прошлой ночью она снова выбиралась на улицу. Я видела ее в окно. Это ночное насекомое!

Ничего такого я не делала, — отозвалась Клэр. Она в одиночестве стояла у кромки леса, сложив руки на груди, словно стремилась защититься от обвинений.

Ты ведь была на улице. Не ври.

Брайана, — вмешалась доктор Уэлливер. — Без доказательств мы никого не обвиняем.

Джейн пробралась сквозь сборище студентов и преподавателей в попытке разглядеть, что их привлекло. К нижней ветке ивы были подвешены, словно самодельные рождественские игрушки, три куклы из хвороста и шпагата. Приблизившись на несколько шагов, Джейн поняла, что на одной кукле юбка из коры березы. Женщина. Куклы из хвороста болтались на ветру, словно маленькие жертвы какого-то палача; на всех виднелись брызги, напоминавшие следы крови. Высоко, в кроне ивы, закаркали вороны. Джейн подняла глаза и увидела источник этих брызг — распространяя запах разложения, он висел у Риццоли над головой. Джейн с отвращением попятилась, не отрывая взгляда от тушки, что висела вверху.

Кто обнаружил это? — осведомилась доктор Уэлливер.

Все вместе, — ответил Роман. — Каждые несколько дней я вожу их по этой тропе и показываю, как меняется лес. Первыми их увидели вон те девочки. — Он указал на Брайану и двух других девиц, которые, казалось, все время толклись рядом с ней. — Никогда еще не слышал такого истерического визга. — Вытащив нож, великан обрезал веревку, на которой висела тушка, и мертвый петух плюхнулся на землю. — Будто бы они никогда не ели куриного мяса, — проворчал лесник.

Это Герман, — пробормотал какой-то мальчик. — Германа убили.

И не просто убили, подумала Джейн. Распороли ему брюхо. Вытащили его внутренности и оставили на съедение воронам. Это уже не просто глупая детская выходка, от такого Джейн вдруг начало мутить.

Доктор Уэлливер окинула взглядом студентов, съежившихся под первыми каплями дождя.

Кто-либо знает что-нибудь об этом?

Я не слышала его крика сегодня утром, — сказала одна из девочек. — Герман всегда будит меня по утрам, а сегодня не разбудил.

Я ходил по этой тропе вчера во второй половине дня, — добавил Роман. — Здесь ничего не висело. Наверное, это появилось вечером.

Джейн поглядела на Клэр. Ночная бродяга. Внезапно поймав взгляд Джейн, девочка посмотрела на нее с явным вызовом. Попробуйте-ка доказать, что именно я сделала это!

Дождевые капли уже начали оставлять мокрые пятна на платье доктора Уэлливер, но она лишь оглядела вставших в крут студентов и развела руки, словно стремясь обнять всех, кто нуждается в ласке.

Если кто-то захочет обсудить это со мной чуть позже, мои двери всегда открыты для вас. Обещаю: что бы вы ни сказали мне, это останется между нами. А теперь, — психолог вздохнула, поглядев на падающие с неба капли, — почему бы вам не отправиться в обратный путь?

Студенты начали покидать полянку, но взрослые остались возле ивы. И только когда дети ушли достаточно далеко и уже не могли ее услышать, доктор Уэлливер тихо произнесла:

Это меня очень встревожило.

Маура опустилась на корточки рядом с растерзанным петухом.

У него сломана шея. Видимо, это его и погубило. Но зачем было выпускать ему кишки? Оставлять здесь, чтобы все его увидели? — Она поглядела на доктора Уэлливер. — Это что-то означает.

Означает, что у вас тут есть какой-то больной щенок, — заметила Джейн. Она посмотрела вверх, на фигурки из хвороста. — А это что означает? Какие-то жуткие куклы вуду. Зачем она сделала это?

Она? — удивилась доктор Уэлливер.

Ну конечно, Клэр отрицает это. Но ведь дети постоянно обманывают.

Доктор Уэлливер покачала головой.

Из-за травмы мозга она стала импульсивной. Но из-за нее же девочка практически лишена способности к обману. Клэр говорит только то, что думает, даже несмотря на то, что это доставляет ей массу неприятностей. Она отрицает свою вину, и я ей верю.

Тогда кто же из них сделал это? — спросил Роман.

А с чего вы решили, что это студенты? — прозвучал голос у них за спинами.

Обернувшись, они увидели Джулиана; мальчик стоял у кромки опушки. Он вернулся так тихо, что взрослые не услышали.

Вы почему-то предполагаете, что виноват кто-то из нас, — проговорил Джулиан. — Это несправедливо.

Доктор Паскантонио рассмеялся.

Но, в самом деле, вы же не считаете, что это мог сделать преподаватель?

Помните, сэр, что вы говорили нам о слове «предполагать»? Что оно заставляет нас делать лажу?

Джулиан! — одернула его Маура.

Но профессор говорит именно так.

Куда же вы все-таки клоните, господин Перкинс? — поинтересовался Паскантонио.

Джулиан выпрямился.

Я хочу забрать тело Германа.

Оно уже разлагается, — ответил Роман. Подняв тушку петуха за веревку, на которой она висела, мужчина бросил ее в лес. — Вороны к нему уже приложились, позволь им закончить дело.

Ну хорошо, а кукол из хвороста я могу забрать?

Скорее, я просто сожгу эту чертовщину. Забудь об этом.

Если вы их сожжете, сэр, загадка все равно останется.

Зачем они тебе, Джулиан? — осведомилась Маура.

Потому что сейчас мы все переглядываемся и подозреваем друг друга. Думаем, кто же настолько ненормальный, что способен на это. — Юноша поглядел на доктора Паскантонио. — Это вещественное доказательство, и «Шакалы» могут проанализировать его.

Кто такие «Шакалы»? — спросила Джейн. Она посмотрела на Мауру, но та покачала головой: видимо, доктор Айлз была столь же озадачена, как и Риццоли.

Это криминалистический клуб нашей школы, — объяснила доктор Уэлливер. — Основан много лет назад нашим бывшим студентом Чаком Шакманом.

Поэтому он и называется «Шакалы», — добавил Джулиан.

Я его новый президент. Наш клуб как раз занимается такими вещами. Мы уже изучали брызги крови, следы шин. Мы сможем проанализировать и этот вещдок.

О, я все поняла! — Рассмеявшись, Джейн бросила взгляд на Мауру. — Это новый сериал. «Место преступления. Старшая школа».

Ладно, парень, — согласился Роман. Вытащив свой охотничий нож, лесничий потянулся вверх и срезал кукол с ветки. Затем протянул их Джулиану. — Они твои. Работай.

Спасибо вам, сэр.