Тесс Герритсен – Умереть снова (страница 10)

— Если мы сейчас вернемся на взлетно-посадочную полосу, — говорит Ричард, — то нам придется просто сидеть и несколько дней ждать самолета. Чем это лучше нежели продолжить поездку, как и было запланировано?

— Я не поведу вас еще глубже в буш, — отвечает Джонни.

— А что насчет радио? — спрашивает Вивиан. — Вы могли бы связаться с пилотом, чтобы он забрал нас пораньше.

Джонни качает головой.

— Мы сейчас вне зоны радиопокрытия. С ним никак нельзя связаться до тех пор, пока мы не вернемся к взлетно-посадочной площадке, а это три дня езды на запад. Вот почему мы направимся не туда, а на восток. Два дня интенсивной езды без остановок для осмотра достопримечательностей, и мы доедем до одной из охотничьих хижин. Там есть телефон и дорога. Я доставлю вас назад в Маун.

— Зачем? — спрашивает Ричард. — Не хочется показаться черствым, но Кларенсу мы никак не поможем. Не вижу смысла мчаться назад.

— Вам сделают возврат, мистер Ренвик.

— Дело не в деньгах. Дело в том, что мы с Милли проделали весь этот путь из Лондона. Эллиот приехал из Бостона. Не говоря уж о том, сколько часов летели сюда Мацунаги.

— Господи, Ричард, — вмешивается Эллиот. — Человек погиб.

— Знаю, но мы-то здесь. Мы по-прежнему можем продолжать сафари.

— Я не могу этого позволить, — отвечает Джонни.

— И почему же?

— Потому что я не могу обеспечить вашу безопасность, и, тем более, комфорт. Я не могу быть начеку двадцать четыре часа в сутки. Нужно два человека, чтобы дежурить по ночам и поддерживать костер. Чтобы разбивать лагерь и собирать его. Кларенс не просто готовил еду, он был еще одним комплектом глаз и ушей. Мне нужен второй человек, когда я отвечаю за туристов, которые не отличат винтовки от трости.

— Так научите меня. Я помогу Вам с дежурствами. — Ричард оглядывается на нас, словно ища подтверждения того, что он здесь единственный мужчина, способный справиться с этой задачей.

Мистер Мацунага произносит:

— Я умею стрелять. Я тоже могу дежурить.

Мы все смотрим на японского банкира, чьи навыки стрельбы мы могли оценить лишь тогда, когда тот делал снимки своим телеобъективом длиною в милю.

Ричард не в силах подавить недоверчивый смешок.

— Вы имеете в виду настоящее оружие, Исао?

— Я член стрелкового клуба в Токио, — невозмутимо говорит мистер Мацунага, не реагируя на ехидный тон Ричарда. Он показывает на свою жену и, к нашему удивлению, добавляет: — И Кейко тоже.

— Я рад, что мне не придется в этом участвовать, — произносит Эллиот. — Потому что я даже касаться не желаю этой чертовой штуковины.

— Как видите, у нас достаточно умелых рук, — сообщает Ричард Джонни. — Мы можем дежурить по очереди и всю ночь поддерживать костер. Это ведь и есть настоящее сафари, верно? Контролировать ситуацию. Доказать нашу стойкость.

О, да, эксперт Ричард, который провел год, так героически сидя за компьютером и описывая свои распаленные тестостероном фантазии. Теперь эти фантазии осуществились, и он может поиграть в героя собственного триллера. А лучше всего то, что его аудиторию составляют две великолепные блондинки, для которых он на самом деле и играет, поскольку для меня очаровываться им — пройденный этап, и он об этом знает.

— Неплохая речь, но она ничего не меняет. Собирайте свои вещи, мы направляемся на восток.

Джонни уходит, чтобы сложить свою палатку.

— Слава Богу, он завершил поход, — выдыхает Эллиот.

— Ему пришлось, — фыркает Ричард. — После того, как он чертовски напортачил.

— Ты не можешь винить его за то, что случилось с Кларенсом.

— А кто же за все это в ответе? Он нанял следопыта, с которым никогда прежде не работал. — Ричард поворачивается ко мне. — Это же тебе сам Кларенс рассказал. О том, что никогда не работал с Джонни до этой поездки.

— Но они были знакомы, — уточняю я. — А Кларенс и прежде работал следопытом. Джонни бы не нанял его, если бы тот не имел опыта.

— Это ты так думаешь, но взгляни, что произошло. Наш так называемый опытный следопыт оставляет винтовку и идет в стаю гиен. Это похоже на того, кто знает, что делает?

— Какой во всем этом смысл, Ричард? — устало спрашивает Эллиот.

— Смысл в том, что мы не можем доверять его словам. Вот о чем я говорю.

— Я считаю, что Джонни прав. Мы не можем просто продолжать сафари, как ты выразился. Мертвый человек портит все настроение, не понимаешь? — Эллиот поворачивается к своей палатке. — Пора убираться отсюда и ехать домой.

Домой. Пока я складываю одежду и туалетные принадлежности в свою сумку, то думаю о Лондоне, его серых небесах и капуччино. Через десять дней Африка будет казаться золотистым сном, родиной тепла и ослепительного солнечного света, жизни и смерти во всех их ярких красках. Вчера я желала лишь вернуться домой в нашу квартиру, в страну горячего душа. Но теперь, когда мы уезжаем из буша, я чувствую, что тот удерживает меня, его побеги обмотались вокруг моих лодыжек, угрожая врастить меня в эту почву. Я застегиваю свой рюкзак, в котором лежат «предметы первой необходимости», все то, что я считала абсолютно незаменимым для выживания в условиях дикой природы: энергетические батончики и туалетная бумага, влажные салфетки и солнцезащитный крем, тампоны и мобильный телефон. Насколько другими кажутся слова предмет первой необходимости, когда ты находишься вне досягаемости вышек сотовой связи.

К тому времени как мы с Ричардом собираем нашу палатку, Джонни уже сложил в грузовик свои пожитки, а также утварь для приготовления пищи и складные стулья. Все мы на удивление быстро справляемся, даже Эллиот, который изо всех сил старается разобрать свою палатку при помощи Вивиан и Сильвии. Смерть Кларенса нависает над нами, подавляя пустую болтовню, заставляя всех сосредоточиться на своих задачах. Когда я закидываю нашу палатку в кузов внедорожника, то замечаю мешковину с останками Кларенса, пристегнутую к рюкзаку Джонни. Меня нервирует то, что они лежат там, рядом с остальными нашими пожитками. Палатки на месте. Горелка на месте. Мертвец на месте.

Я залезаю в машину и сажусь рядом с Ричардом. В поле моего зрения пустует место Кларенса — суровое напоминание о том, что он погиб, его кости разбросаны, а плоть переваривается. Джонни поднимается во внедорожник последним и, пока он захлопывает за собой дверцу, я оглядываю место нашего лагеря, размышляя: «Скоро не останется никаких следов того, что мы когда-либо были здесь. Мы уедем, а Кларенс останется тут навсегда».

Внезапно Джонни чертыхается и перелезает на водительское сиденье. Что-то не так.

Он выходит к передней части внедорожника и поднимает капот, чтобы осмотреть двигатель. Время будто останавливается. Его голова скрыта за поднятым капотом, поэтому мы не можем видеть его лица, но его молчание тревожит меня. Он не произносит обнадеживающих фраз «Тут всего лишь контакт оборвался» или «Да, я вижу, в чем проблема».

— Ну что еще? — ворчит Ричард. Он тоже выходит из машины, хотя я не представляю, какой совет он способен дать. Помимо чтения о топливомере[27], он ничего не знает об автомобилях. Я слышу, как он выдвигает предположения: «Аккумулятор? Свечи зажигания? Ослабленное соединение?[28]» Джонни отвечает еле слышно и односложно, что тревожит меня еще больше, потому что я заметила: чем ситуация делается тяжелее, тем тише становится Джонни.

В открытом внедорожнике припекает, почти наступил полдень с его палящим солнцем. Все выбираются из машины и переходят в тень деревьев. Я вижу, как поднимается голова Джонни, когда он приказывает:

— Не отходите слишком далеко!

Вряд ли кто-то собирается это сделать; все мы видели, что может произойти, если так поступить. Мистер Мацунага и Эллиот присоединяются к Ричарду, чтобы дать свои советы, потому что, само собой, все мужчины, — даже те, которые никогда в руках гаечного ключа не держали, — разбираются в машинах. Или думают, что разбираются.

Мы, женщины, ждем в тени, стряхивая жуков и неустанно высматривая любое заметное колебание травы, которое может стать нашим единственным предупреждением о приближении хищника. Жарко даже в тени, и я сажусь на землю. Над головой сквозь ветви я вижу, как кружат стервятники, наблюдая за нами. Они до странного красивы, черные крылья описывают ленивые петли в небе, пока птицы выжидают, когда смогут полакомиться. Но чем?

Ричард направляется к нам, бормоча:

— Ну, это блестящий поворот событий. Чертова штуковина не едет. Даже не заводится.

Я выпрямляюсь.

— Вчера же она прекрасно работала.

— Вчера все было прекрасно, — Ричард раздраженно вздыхает. — Мы здесь застряли.

Блондинки одновременно издают беспокойные вздохи.

— Мы не можем тут застрять, — выпаливает Сильвия. — Я обязана выйти на работу в следующий четверг!

— Я тоже! — добавляет Вивиан.

Миссис Мацунага недоуменно качает головой.

— Как такое может быть? Это невозможно!

Пока их голоса сливаются в хоре все возрастающей тревоги, я не могу не заметить, что стервятники над нашими головами описывают все более узкие круги, словно привлеченные нашим бедственным положением.

— Слушайте. Все вы, слушайте, — командует Джонни.

Мы все поворачиваемся к нему.

— Не время паниковать, — произносит он. — Для этого нет абсолютно никаких причин. Мы рядом с рекой, поэтому у нас много воды. У нас есть укрытие. У нас есть боеприпасы и все необходимое для приготовления еды.