Тэсс Даймонд – Веди себя хорошо (страница 44)
– Нет, точно нет, – покачала головой Эбби и показала на капельницу, которую ей поставили. – Уберите ее. Я хочу домой.
– Эбби! – вздохнул Пол, выпроваживая из палаты медсестер с виноватой улыбкой.
– Где он? – спросила она, когда они остались одни. – Его уже допрашивают? Я хочу послушать. Я хочу знать, что он скажет о Касс.
– Эбби, успокойся. Вздохни, – мягко сказал Пол.
Она в раздражении поджала губы.
– Я хочу знать! – настойчиво повторила она.
– А я хочу, чтобы ты отдохнула, – ответил Пол. – Боже, я же чуть тебя не потерял!
Ей стало стыдно. Она не думала о том, как он, наверное, испугался. Ведь он вернулся в ее дом, а ее там не оказалось. И тут ее пронзила другая мысль, и она резко дернулась.
– Роско! – воскликнула она. – О боже! Что случилось с Ионой? С ним все в порядке? А с Роско?
– С ними обоими все хорошо, – заверил ее Пол. – У Ионы шишка на голове. А Роско в одиночестве бродил по саду – там, где у вас раньше козы паслись. Сейчас он у моей мамы.
– А Робин где? – спросила Эбби. – Как она? А Джорджия и Джейсон?
– Робин уже со своими родителями. Все в порядке, Эбби. Тебе не нужно ни о чем беспокоиться. Просто ляг и расслабься.
– Я… – Эбби прикусила губу. – Мне кажется, что если я перестану беспокоиться о других, то у меня просто начнется истерика, – призналась она.
– О, моя милая!
Он откинул одеяло на ее кровати и лег рядом с ней. Она прижалась к нему всем телом, он обнял ее и притянул поближе. Ей сразу же стало лучше. Пол поцеловал ее в макушку.
– Ты спасла Робин, – прошептал он. – Я не знаю, как тебя благодарить.
– На самом деле это Робин спасла
– Она хочет стать агентом ФБР, – сообщил Пол и улыбнулся.
Эбби склонила голову набок, переваривая услышанное.
– Из нее получится прекрасный агент, но что будет с Джорджией? – спросила Эбби.
Пол рассмеялся и поцеловал ее в висок.
– Пожалуйста, отдохни. Ради меня, – попро- сил он.
Она закрыла глаза, говоря себе, что делает это только для того, чтобы он успокоился. От него шло такое приятное тепло, и она чувствовала себя в безопасности в его объятиях.
Эбби уснула в объятиях Пола. Наконец усталость взяла свое. Но, засыпая, она знала, что он не позволит ничему дурному с ней случиться.
Глава 37
– Вы готовы?
Эбби кивнула.
Тюремный надзиратель Стэн открыл дверь, ведущую в тот отсек, где находилась одиночная камера Уэллса. Как и в прошлые разы, он кивнул на тревожную кнопку.
– Спасибо, Стэн, – кивнула она. – Я всего на несколько минут.
Эбби подождала, пока надзиратель не вышел за дверь, пока в помещении не остались только Уэллс и она, пусть и разделенные прозрачной перегородкой. И только тогда она повернулась к нему.
Синяк у нее на виске еще окончательно не прошел, но побледнел. Она раздумывала, не замазать ли его, но потом решила, что подобные усилия только доставят Уэллсу удовольствие.
– Ты снова пришла меня проведать, – заметил Уэллс.
– В последний раз, – сообщила Эбби.
Он усмехнулся.
– Но на этот раз ты не взяла с собой агента Гаррисона.
– Ему не нужно с вами встречаться, – ответила Эбби.
Ее это восхищало в Поле. Ему не требовалось никакое подтверждение, как требовалось ей. Ему не требовалось стоять здесь и смотреть Уэллсу в лицо.
Но Эбби требовалось.
– Я и подумать не мог, что так для тебя важен.
– Я его нашла, – объявила Эбби вместо ответа.
– Я догадался, – Уэллс кивнул на синяк на ее лице, который теперь приобрел желтоватый оттенок. – Это его работа?
– Вы бы его самого видели, – хмыкнула Эбби со злобной улыбкой на лице.
От удара Робин Пэттен получил перелом черепа и отек мозга. Он пришел в сознание только через неделю. К тому времени сотрудники ФБР фактически разобрали его дом и обнаружили трофеи, собранные не только после похищения семи девушек, которых нашла Зоуи с помощью придуманной ею компьютерной программы, но еще и пяти девушек, пропавших в Орегоне. Об их местонахождении или, скорее, местонахождении их останков до сих пор не было ничего известно. Собаки, специально обученные на поиск трупов, прошли по принадлежащей Пэттену земле и ее окрестностям, но кто знал, где эти девушки похоронены? Кто знал, сколько еще букв «Х», выложенных камнями, спрятано в лесу?
Касс не была его первой жертвой, но она была для него самой важной – Пэттен снова и снова старался усовершенствовать этот метод и стремился превзойти уже сделанное. Эбби смотрела, как Пэттена допрашивали. Он описывал Касс как поэт, только злой поэт, потому что он пытался принизить спортивные достижения Касс, ее прекрасную спортивную форму и соревновательный дух. Он снова и снова говорил о ее женственности, о том, как он гордился собой, когда она прекратила играть в софтбол. «Девочка не должна пытаться походить на мальчиков, – заявил он агенту Грейс Синклер, которая прилетела в Калифорнию специально, чтобы его допросить перед тем, как его переведут в тюрьму. – Касс это поняла. Это я научил ее этому».
Профайлер скривила губу, не в силах скрыть свое отвращение, когда завершала допрос.
– Надеюсь, ты не очень сильно его ударила? – спросил Уэллс. – Потому что в таком случае ты ведь получаешься такая же, как мы.
Эбби фыркнула. Она снова улыбалась.
– Я совсем не похожа на вас двоих, – сказала она. – И я умнее.
Уэллс рассмеялся.
– Ну и заявление!
– Я догадалась, почему вы наконец согласились со мной встретиться, – заявила Эбби. – Почему вы запустили весь этот процесс.
– Пришла пора поставить его на место. Нужен был кто-то, кто это сделает, – сказал Уэллс.
– Ничего подобного, – заметила Эбби и склонилась вперед. – Вы по нему скучали. Вы хотели его видеть. А для этого вам требовалось его выдать, разоблачить, как-то выставить напоказ.
– Для такого я должен был бы быть очень сентиментальным, – улыбнулся Уэллс. – А ты думаешь, что я способен на такие чувства, Эбигейл?
– Люди типа вас, типа него? Власть над другими, использование этой власти – это то, что в вашем случае больше всего похоже на любовь. Вы показываете друг другу ваш интерес и ваше неравнодушие, принося друг другу боль. Издеваясь и насмехаясь друг над другом. Убивая друг ради друга. Но теперь… – она замолчала, не закончив фразу.
Что-то промелькнуло у Уэллса в глазах.
– Что ты сделала? – спросил он.
– Я выиграла, – ответила Эбби. – Я добилась справедливости ради Касс. И я добьюсь справедливости ради всех его жертв. Он получит за них заслуженное наказание. А вот это… – Она обвела жестом пустое помещение и явно имела в виду одиночество, которое ждало Уэллса впереди. – Это за других девушек. За тех, которых убили
Уэллс побелел как полотно и неотрывно смотрел на нее.
– Ты – мерзкая гадина! – прошипел он.
– Я вас предупреждала, – напомнила Эбби. – О том, что бывает с хищниками, которые мешают жить сельским девочкам. Мы от них избавляемся. Всегда. Вам следовало слушать, что я говорила.
Эбби вышла из камеры, даже не обернувшись. Она почувствовала невероятное облегчение, словно часть ее освободилась от сковывавших ее оков. Когда она вышла из здания тюрьмы и направилась на парковку, у нее возникло ощущение, будто гора упала у нее с плеч. На них больше ничто не давило.
Она любила Касс. Она всегда будет ее любить. Девушке сложно расти без лучшей подруги, и Эбби радовалась, что у нее была Касс. Касс была и хорошей подругой, и плохой подругой, как и Эбби в свою очередь. Они допускали ошибки, они делали удачный выбор и неудачный выбор, потому что они были людьми и их жизнь фактически только начиналась.
Берт Пэттен забрал жизнь Касс, и она еще не успела далеко пройти по своему жизненному пути, не успела взлететь. Эбби всегда будет его ненавидеть. У нее на сердце всегда останется незаживающая рана от того, что Касс не успела повзрослеть, не успела стать тем, кем должна была стать. Но теперь эта рана немного затянулась – настолько, насколько это вообще было возможно.