Тэсс Даймонд – Веди себя хорошо (страница 11)
Она видела, как дергается жилка у него на щеке, когда он сжал зубы, борясь с желанием развернуться и уйти прочь.
Вместо того, чтобы ждать, пока он примет решение, Эбби развернулась сама и пошла вверх по ступеням крыльца, а затем в дом. Ей не требовалось поворачивать голову, чтобы убедиться, следует ли он за ней.
Она хорошо его знала.
У нее внутри все еще бушевала ярость, когда она вошла в кабинет отца, то есть теперь ее собственный. Конечно, ярость уже пошла на спад, не бушевала, а медленно кипела. Фактически она начала успокаиваться, открыв двустворчатые деревянные двери.
Эбби была уверена в своей правоте, а если Пол – настоящий агент ФБР, то поймет, что она права.
Тот мальчик, с которым она вместе росла, был умным и сообразительным. Острый ум вместе с инстинктивным желанием защищать более слабых принесли ему немало проблем. Он принимал вызов от хулиганов и задир, всех плохих парней, которые обижали или издевались над маленькими и легко уязвимыми. Половина девочек у них в школе была влюблена в него в старших классах, а когда Касс выбрала его (Касс была слишком независимой, чтобы позволить кому-то себя выбирать, она сама делала выбор), это показалось логичным. Эти двое очень подходили друг другу.
– С чего ты хочешь начать? – спросил Пол ледяным тоном, а выражение его лица было еще более холодным, когда он вошел в кабинет и сложил руки на груди. Он был напряжен и держался настороженно, будто ожидая, что она набросится на него, физически атакует его тело или выльет на него поток слов, ту правду, которую она нашла и которой он не хотел верить.
– Два года назад умер мистер Мартин. Ты знаешь об этом?
Эбби подошла к первой белой магнитно-маркерной доске и перевернула ее, чтобы продемонстрировать другую сторону. Она должна была показать Полу, с чего все началось, каким образом она ступила на этот путь.
– Да, я посылал цветы, – кивнул Пол.
Конечно, он знал. И она не сомневалась, что к цветам он приложил написанную от руки записку. Вероятно, он звонил матери Касс после похорон, чтобы проверить, как она себя чувствует. Такой уж он человек.
– Миссис Мартин попросила меня заехать к ней после похорон ее мужа, – пояснила Эбби. – Она сказала, что из уважения к Эрлу обещала сама себе, что не станет меня об этом просить, если он не уйдет первым.
– Просить о чем?
Эбби кивнула на кресло – старое дубовое кресло-качалку, сделанное еще в тридцатые годы прошлого века, обтянутое кожей с заклепками, с протертыми подлокотниками. В нем сидели представители нескольких поколений ее рода, от прадедушки до отца – все те, кто был в какое-то время главой семьи Винтропов. Пол уселся в предложенное кресло, выглядел мрачно и, похоже, был не готов идти на контакт. Эбби прикусила губу, зная, что ей предстоит тяжелая работа – убедить его будет не так просто. Но, по крайней мере, он был готов ее выслушать.
– Миссис Мартин попросила меня написать историю Касс, – сообщила Эбби. – Она хотела, чтобы я написала книгу.
– И ты решила представить дело под новым углом? Будто Уэллс не убивал Касс?
В его голосе отчетливо слышался скептицизм. Это вызвало у Эбби раздражение. Он считает ее графоманкой, готовой написать скандальную историю?
– Я решила написать книгу о том, как Касс жила, а не о том, как она умерла, – ответила Эбби. – Но для этого мне требовалось узнать все о днях, которые привели к той злосчастной ночи. Об Уэллсе. О деле.
– И ты начала копать и, как и все любители, думаешь, что обнаружила что-то, упущенное профессионалами.
Она стиснула зубы, говоря себе, что он просто шокирован. Он еще переваривает полученную информацию. Она сама тоже вначале не хотела верить. Ее успокаивала мысль о том, что убийца Касс за решеткой, наказан, получил долгий срок. Но мысль о том, что истинный убийца разгуливает на свободе…
Вначале ей становилось просто физически плохо от одной этой мысли. Она не хотела об этом думать! Ей помогла все это выдержать другая мысль: если все еще требуется докапываться до правды, то она именно та единственная, кто этим займется. Теперь это стало ее миссией. Она никогда не давала такого обещания Касс, но теперь это стало торжественной клятвой ее памяти, и вся жизнь Эбби была подчинена поиску правды. Этот поиск в последние два года стал главным в ее жизни.
Она найдет убийцу Касс. И она проследит, чтобы он заплатил за содеянное.
– Хорошо, представь мне свое бесспорное доказательство, – предложил Пол, запустив руку в волосы и возбужденно проведя по ним, показывая тем самым, что в эти минуты хотел бы оказаться где угодно, только не здесь.
– Это не одно доказательство, – ответила Эбби. – И с самого начала их было несколько. Ты сам когда-нибудь изучал материалы дела? Материалы, которые ФБР собрало об убийце? У тебя должен быть к ним доступ.
Что-то промелькнуло у него в глазах, и от этого у нее все перевернулось внутри. Она чувствовала себя так, будто, спускаясь по лестнице, поставила ногу мимо ступеньки и сейчас падает вниз, понимая, что падение будет худшим из возможных.
– Я приложил немало усилий, Эбби, чтобы жить дальше.
Значит, он даже не смотрел эти материалы? Боже, она сама бы не смогла иначе. Но, как она понимала, именно этим они и отличались друг от друга. Эбби с ее любопытством всегда стремилась знать, открывать, раскапывать, несмотря на цену, которую ей самой требовалось за все это заплатить. Эта необходимость жгла ее изнутри. У нее никогда не получалось думать о себе, инстинкт самосохранения у нее был развит плохо. Именно из-за этого она и оказалась в таком незавидном положении. Но если Пол ни разу даже не просмотрел материалы, то ей будет еще труднее попросить его сделать то, что ей требовалось.
– Шериф Бейкер оформлял задержание Уэллса и первым его допрашивал, – пояснила Эбби. – Мне удалось получить видеозапись допроса. Я просмотрела ее несколько раз перед тем, как понять, в чем там странность.
– Покажи ее мне, – попросил Пол.
Вероятно, он хотел просмотреть эту видеозапись, чтобы с чистой совестью отмахнуться и от Эбби, и от ее теорий, но ее это не волновало. Если он посмотрит видеозапись, то увидит то, что заметила она.
Эбби подошла к ноутбуку, который стоял на письменном столе, развернула его экраном к Гаррисону, нашла нужный видеофайл и запустила видео. Она обошла письменный стол и кресло и встала за спиной Пола, как раз когда началось воспроизведение.
Съемка была старой, освещение плохим. Говард Уэллс сидел перед камерой в наручниках, дело происходило в Кастелла-Рок, в здании администрации шерифа. В кадре появился шериф Бейкер – высокий худощавый мужчина, который вечно хмурился, будто пребывая в дурном расположении духа, и напоминал Эбби тающую свечу. Он уселся напротив Уэллса, долго перебирал какие-то бумаги, лежавшие перед ним на столе, и наконец заговорил.
– Вы знаете, почему находитесь здесь?
– Почему бы вам не объяснить мне это? – сказал Говард Уэллс.
Последовало долгое молчание, шериф снова перебирал шуршавшие бумаги. Эбби смотрела эту видеозапись, наверное, уже сотню раз, но все равно каждый раз испытывала раздражение от манеры ведения допроса шерифом Бейкером. Он слишком явно пытался запугать Уэллса. Смотрелось это жалко, и Эбби видела, как на лице Уэллса отражается все, что он думает о Бейкере, и все, что он думает о происходящем.
Он не запаниковал. Он не испугался.
Нет, Уэллсу было
Эбби наблюдала за тем, как шериф вел допрос. Протягивая через стол фотографию Касс, Бейкер заговорил громче. Он требовал от Уэллса признания в убийстве девушки.
– Зачем мне убивать такую лапочку? – спросил Уэллс.
– На ней оставлена метка, – ответил Бейкер. – «Х».
– Здесь! – Эбби показала пальцем на экран.
На мгновение выражение лица Уэллса изменилось. Это напоминало вспышку, длившуюся какую-то долю секунды. Все произошло так быстро, что при первом просмотре она чуть не упустила это изменение выражения лица.
– Он скорчил гримасу, скривился, – пожал плечами Пол. – Многие люди морщатся, кривятся, делают кислую мину, когда осознают, что попались.
– Подожди, – сказала Эбби, снова нажимая на воспроизведение.
Они с Полом посмотрели, как Бейкер задавал Уэллсу вопросы о Касс в течение не менее десяти минут – вопрос за вопросом. Затем в помещение для допросов вошел мужчина в черном костюме, явно агент ФБР, и видеозапись внезапно оборвалась.
– Не могу сказать, что увиденное произвело на меня большое впечатление, Эбби, – признался Пол.
Эбби стиснула зубы.
– Я еще не закончила, – резким тоном ответила она. Ей так хотелось, чтобы им снова было по восемь лет и она могла бы решить проблему, просто толкнув его в лужу. – Ты посмотрел допрос, который проводил Бейкер. А теперь пришло время посмотреть допрос, который проводили агенты ФБР.
Он резко выпрямил спину.
– А как, черт побери, ты раздобыла запись этого допроса? – спросил он.
– У меня есть свои методы работы и есть нужные связи, – ответила Эбби.
– А ты понимаешь, что твои методы незаконны? – закричал он.
Настоящий бойскаут. Даже сейчас. Она бы испытала раздражение, если бы это был не