Терри Пратчетт – Патриот (страница 26)
Моркоу послушно закрыл глаза. Ангва запрещала ему смотреть, когда она пребывала, так сказать, на полпути между человеческим существом и волком, – из-за малопривлекательности промежуточных стадий. Дома, в Убервальде, местные жители то и дело меняют облик, для них это как для обычного человека переодеть рубашку. Но даже там правила приличия диктуют, что перекидываться следует, предварительно спрятавшись за каким-нибудь кустиком.
Когда Моркоу снова открыл глаза, Ангва уже кралась вперед, все ее существо сфокусировалось в носу.
Закончив, Ангва вновь оказалась рядом с грудой одежды. Натягивая башмаки, она вежливо кашлянула.
– У окна действительно стоял человек, – сказала она. – У него длинные волосы, немного сухие, воняют дорогим шампунем. Именно он поставил доски на место и приколотил их, после того как Осси проник в Барбикан.
– Ты уверена?
– Разве этот нос когда-нибудь ошибался?
– Извини. Что еще?
– Я бы сказала, он довольно крупный, для своего роста даже тяжеловатый. Не из любителей мыться, но когда моется, то пользуется мылом Виндпайка, дешевой маркой, а шампунь выбирает дорогой, что странно. Башмаки довольно новые. И зеленое пальто.
– Ты можешь по запаху определить цвет?
– Не цвет. Краску. Эта, мне кажется, из Сто Лата. И еще… по-моему, он стрелял из лука. Из
Моркоу подошел к окну.
– Отсюда у него был хороший обзор, – пробормотал он и перевел взгляд на пол. А потом на подоконник. И на стеллажи. – Как долго он здесь находился?
– Часа два-три.
– Он не расхаживал по комнате?
– Нет.
– Не курил, не плевал… Просто стоял и ждал. Профессионал. Господин Ваймс был прав.
– В гораздо большей мере профессионал, чем Осси, – подтвердила Ангва.
– Зеленое пальто, – повторил, как будто размышляя вслух, Моркоу. – Зеленое пальто, зеленое пальто…
– О, и еще… у него ужасно много перхоти, – добавила, поднимаясь на ноги, Ангва.
– Неужели
– Что?
– У него в самом деле было
– Да уж, просто…
– Именно поэтому его зовут Снежным, – сказал Моркоу. – Шпротвиль Склонс, человек, который причесывается частым гребнем. Но я слышал, он переехал в Сто Лат…
И уже в унисон они произнесли:
– …Откуда и была краска…
– Он хорошо стреляет из лука? – спросила Ангва.
– Отлично. И у него прекрасно получается убивать людей, которых он ни разу в жизни не видел.
– Он что, наемный убийца?
– О нет. Просто убивает за деньги. Никакого стиля. Склонс едва умеет читать и писать.
Сочувственно поморщившись, Моркоу поскреб в затылке, как будто припоминая что-то.
– В сложности он даже не вникает. В прошлом году мы его чуть было не арестовали, но он встряхнул головой и, пока мы откапывали Шнобби, был таков. Тот еще тип. Интересно, где он теперь обитает?
– Даже не проси, чтобы я отправилась за ним. Его след давным-давно уже затоптали.
– О, тут мы можем не беспокоиться. Нам помогут. Кое-кто знает в городе всех и каждого.
– ГОСПОДИН СКЛОНС?
Снежный Склонс осторожно ощупал свою шею – или, по крайней мере, шею своей души. Некоторое время после Смерти человеческая душа еще сохраняет форму тела. Замечательная вещь – привычка.
– Кто это был? – спросил он.
– ТЫ ЕГО НЕ ЗНАЕШЬ? – спросил Смерть.
– Откуда?! Я, видишь ли, стараюсь не водить знакомство с теми, кто способен за здорово живешь отрезать тебе голову!
В падении тело Снежного Склонса опрокинуло на столе бутылочки с лечебным шампунем, и сейчас средство для интимного ухода, капая на пол, смешивалось с интимными жидкостями, вытекающими из тела Склонса.
– Он со специальными маслами, обошелся мне аж в четыре доллара, – пожаловался Склонс.
Впрочем, все это казалось странным образом… несущественным. Смерть случается с другими. Но теперь одним из этих «других» стал он сам – тот, который валяется на полу, у ног, а не тот, который стоит и смотрит на того, кто валяется. Раньше Склонс ни за что на свете не смог бы выговорить слово «метафизический», но минула всего пара минут – и он уже смотрит на жизнь совсем иначе. Для начала – снаружи.
– Четыре доллара, – повторил он. – И я даже не успел его опробовать!
– ОН БЫ НЕ ОКАЗАЛ ЖЕЛАЕМОГО ДЕЙСТВИЯ. – Смерть успокаивающе похлопал Склонса по прозрачному плечу. – И ЕСЛИ ПОЗВОЛИШЬ, МОГУ ДАТЬ ОДИН СОВЕТ: ПОПРОБУЙ ВЗГЛЯНУТЬ НА СЛУЧИВШЕЕСЯ С ПОЛОЖИТЕЛЬНОЙ СТОРОНЫ. ЭТО СРЕДСТВО ТЕБЕ БОЛЬШЕ НЕ ПОНАДОБИТСЯ.
– Что, никакой больше перхоти? – с надеждой переспросил Склонс, теперь уже просвечивающий насквозь и на глазах теряющий очертания.
– НИКАКОЙ. НИКОГДА, – заверил его Смерть. – МОЖЕШЬ ПОВЕРИТЬ МНЕ НА СЛОВО.
На бегу пристегивая доспехи, Ваймс несся по темнеющим улицам.
– Так что происходит, Шелли?
– Говорят, клатчцы кого-то убили, сэр. В Скандальном переулке собралась толпа, и настроена она агрессивно. Я как раз дежурила в штаб-квартире и решила, что будет правильно поставить вас в известность, сэр.
– Правильно решила!
– А капитана Моркоу, как я ни искала, найти не удалось, сэр.
Гроссбух души Ваймса пополнился еще одной записью, выведенной едкими черными чернилами.
– Хорошенькие дела… И кого же ты оставила разбираться с толпой?
– Сержанта Детрита, сэр.
Вдруг у Шелли возникло ощущение, что она застыла на месте. А командор Ваймс превратился в быстро исчезающее вдали облако.
Со спокойным выражением лица, свойственным тем, кто методически исполняет свои обязанности, Детрит на глаз выбрал человека покрепче и использовал его в качестве дубины. Когда вокруг образовалось свободное пространство со стонущей грудой бывших бунтарей посередине, Детрит вскарабкался на эту кучу-малу и сложил руки рупором:
– Слушайте меня, вы, человеки!
Голос орущего что есть сил тролля имеет все шансы быть услышанным. Удостоверившись, что привлек всеобщее внимание, Детрит вытащил из-под железного нагрудника свиток и помахал им над головой.
– Вот енто Пост… Пос-та-но-вле-ние о Бунтах, – запинаясь, прочел он. – Знаете, что енто значит? Енто значит, что если я вам енто прочту, а вы не постановитесь по стойке «смирно», то Стража имеет право применить оружие. Всем ясно?