Терри Пратчетт – Движущиеся картинки (страница 16)

Виктор оперся на меч.

– А вы, значит, много в кликах снимаетесь? – спросил он у троллей.

– Ага, – сказал Галенит. – Все время. Вот, например, в «Королевском выкупе» я играл тролля, который выбегал и колошматил людей. А в «Темном лесу» я играл тролля, который выбегал и колошматил людей. А вот в «Таинственной горе» я играл тролля, который выбегал и напрыгивал на людей. А то ведь на одинаковых ролях много не заработаешь.

– А ты тем же самым занимаешься? – спросил Виктор у второго тролля.

– О, Моррена у нас типажный актер, верно? – сказал Галенит. – Лучший в нашем деле.

– И кого он играет?

– Утесы.

Виктор непонимающе уставился на него.

– Это потому, что он весь в расщелинах, – говорил между тем Галенит. – И не только утесы. Видел бы ты, как он играет древний монолит. У тебя бы дух захватило. Давай, Морри, покажи ему свою надпись.

– Да ну, – сказал Моррена, стеснительно улы-баясь.

– Я вот думаю взять себе для картинок новое имя, – продолжил Галенит. – Что-нибудь эффектное. Например, Кремень.

Он посмотрел на Виктора – взволнованно, насколько тот мог судить, хотя и не был специалистом по спектру выражений, доступному для лица, которое выглядело так, словно его высекли из гранита пинками ног, обутых в сапоги с железными носами.

– Как тебе? – спросил Галенит.

– Э‑э. Очень неплохо.

– Я подумал, что это имя подинамичнее, – объяснил предполагаемый Кремень.

Виктор услышал, как из его рта вылетают слова:

– Или Скала. Скала – хорошее имя.

Тролль уставился на него, беззвучно шевеля губами, словно прикидывал на себя псевдоним.

– Вот это да, – сказал он. – Мне такое и в голову не приходило. Скала. Мне нравится. А ведь с таким именем мне больше, чем три доллара в день, платить должны.

– Может, начнем уже? – сурово спросил Достабль. – Может, мы и сможем позволить себе больше троллей, если этот клик получится успешным, но только если не выйдем за рамки бюджета, так что нужно управиться до обеда. Значит, так, Морри и Галенит…

– Скала, – поправил Скала.

– Что, правда? Ну ладно, в общем, вы двое выбегаете и нападаете на Виктора, ясно? Ну ладно… крутим…

Рукоятор завращал ручку рисовального ящика. Послышалось негромкое щелканье, бесы хором завизжали. Виктор стоял с видом человека, в любой момент готового к действию.

– Это значит, что пора начинать, – терпеливо объяснил Сильверфиш. – Тролли выбегают из-за камней, а ты отважно защищаешься.

– Но я не знаю, как драться с троллями! – завопил Виктор.

– Давай так, – сказал новонареченный Скала. – Сначала ты парируешь удар, а потом мы изо всех сил стараемся по тебе не попасть.

И тут до Виктора дошло.

– Вы хотите сказать, что это все понарошку? – поразился он.

Тролли обменялись короткими взглядами, в которых тем не менее отчетливо читалось: не правда ли, поразительно, что вот эти создания вроде как заправляют миром?

– Ага, – ответил Скала. – Именно. Все не по-настоящему.

– Нам нельзя тебя убивать, – успокоил Виктора Моррена.

– Точно, – сказал Скала. – Мы этого ни за что не сделаем.

– Нас за такие дела гонораров лишают, – мрачно заключил Моррена.

Твари собирались возле трещинки в реальности, пожирая свет и тепло тем, что у них сходило за глаза. Их уже набралась целая толпа.

Когда-то существовал проход. Нельзя сказать, что они помнили об этом, потому что у них не было ничего настолько сложного, как память. У них едва было что-то настолько сложное, как головы. Но инстинкты и чувства у них были.

Им нужен был проход.

Они его нашли.

Все получилось неплохо – с шестого раза. Главная проблема заключалась в том, что тролли в порыве энтузиазма лупили друг друга, землю, воздух, а частенько – и себя самих. В итоге Виктор просто сосредоточился на том, чтобы попадать по дубинам, когда они проносились мимо.

Достабль, похоже, был вполне доволен. Гафер – нет.

– Они слишком много двигались, – пожаловался он. – То и дело из картинки выпадали.

– Это же была битва, – сказал Сильверфиш.

– Да, но я же не могу ящик перетаскивать, – сказал рукоятор. – Бесы падают.

– А нельзя их как-нибудь закрепить? – спросил Достабль.

Гафер поскреб подбородок.

– Наверное, можно им ноги к полу прибить, – предложил он.

– В любом случае пока сойдет и так, – сказал Сильверфиш. – Теперь рисуем сцену, где ты спасаешь девушку. Где она? Я точно велел ей прийти сюда. Почему ее нет? Почему никто никогда не делает так, как я им говорю?

Рукоятор вытащил изо рта бычок.

– Она рисуется в «Атважном Искателе Приключениев» на той стороне холма, – сообщил он.

– Но его же еще вчера должны были закончить! – возопил Сильверфиш.

– Пленка взорвалась, – объяснил рукоятор.

– Проклятье! Ну ладно, сделаем пока следующую битву. Ей не обязательно при этом присутствовать, – недовольно сказал Сильверфиш. – Так, друзья мои. Рисуем сцену, в которой Виктор сражается с кошмарным Балгрогом.

– А что такое Балгрог? – спросил Виктор.

Дружеская, но очень тяжелая рука похлопала его по плечу.

– Это такое традиционное злобное чудище, а на самом деле – крашенный зеленым Морри с приклеенными крыльями, – объяснил Скала. – Пойду помогу ему с покраской.

Он уковылял прочь.

Похоже, пока что Виктор никому был не нужен.

Он воткнул свой нелепый меч в песок, убрел в сторонку и отыскал клочок тени под чахлыми оливковыми деревцами. Здесь тоже были валуны. Виктор осторожно по ним постучал. Они, похоже, живыми не были.

В земле нашлась прохладная впадинка, которая была почти уютной по раскаленным меркам Голывудского холма.

Откуда-то даже задувал ветерок. Прислонившись к валунам, Виктор ощутил, что от них веет холодом. «Под землей, наверное, много пещер», – подумал он.

…а далеко оттуда, в Незримом Университете, в продуваемом сквозняками, украшенном множеством колонн коридоре, одно маленькое устройство, на которое уже много лет никто не обращал никакого внимание, вдруг начало издавать шум…

Так вот какой он, Голывуд. На экране он смотрится совсем иначе. Судя по всему, движущиеся картинки требуют постоянного ожидания, а еще, если он верно все понимает, перескоков во времени. События происходят раньше тех, позже которых происходят. Чудовища – это всего лишь облитый зеленой краской Морри с приклеенными крыльями. И ничего реально реального.

Как ни странно, это захватывало.

– Как же мне это надоело, – сказал кто-то рядом с ним.

Виктор поднял взгляд. По другой тропинке к нему подошла девушка. Ее лицо, покрытое бледным гримом, раскраснелось от нагрузки, волосы нелепыми кудряшками спадали на глаза, а одета она была в платье, которое, пусть и явно сшитое по фигуре, предназначалось для девочки, которая была лет на десять младше и очень любила кружавчики.

Девушка была весьма привлекательна, хотя в глаза это бросалось не сразу.