Терри Пратчетт – Бац! (страница 23)
На стене, чуть выше его головы, какой-то тролль грубо выцарапал рисунок ограненного алмаза. Тролльские граффити опознать было не трудно — они выцарапывали их собственными ногтями на дюймовую глубину. Рядом с алмазом было вырезано слово СИЯЮЩИЙ.
— Кхм… — послышался тихий голос из его кармана. Ваймс вздохнул и вытащил Крыжовника, не отводя взгляда с надписи.
— Да?
— Вы запретили вас прерывать. — оправдываясь, сказал бес.
— Ну? Что ты хотел?
— Уже одиннадцать минут шестого, Вставьте Свое Имя. — смиренно ответил бес.
— Черт побери! Почему ты не сказал мне!
— Потому что вы не разрешили вас прерывать! — ответил бесенок дрожащим голосом.
— Да, то есть нет. — Ваймс замолчал. Одиннадцать минут. Он не успеет добраться вовремя в час пик. — Шесть часов это… важно.
— Вы не говорили мне этого. — сказал бес, обхватив голову руками. — Вы только сказали — никаких встреваний! Мне действительно, действительно очень жаль…
Позабыв о Сияющим, Ваймс с отчаянием огляделся по сторонам. Здесь в низине, где район скотобоен переходил в доки, семафоры почти не использовались, но он все же обнаружил одну большую семафорную башню на крыше здания управления доками.
— Беги туда! — приказал он, открывая коробочку. — Скажи им, что я послал тебя и что сообщение первой очередности, ясно? Пусть передадут в Псевдополис Ярд, что я направляюсь отсюда к реке. Через реку я переберусь по мосту Мисбегот и затем направлюсь к Прутсу! Полицейские в Ярде знают, что к чему! Беги!
Бесенок моментально перешел от отчаяния к энтузиазму. Он отсалютовал. — Так точно, сэр! Встроеная служба отправки сообщений «BluejhonTM» не разочарует вас, Вставьте Свое Имя! Я немедленно соединяюсь! — он спрыгнул и исчез вдали размывающимся зеленым пятном.
Ваймс рванул вниз к докам и понесся вдоль реки, обгоняя корабли. В Доках всегда было слишком много народу и дорога представляла собой сплошные препятствия в виде тюков товаров, канатов, груд ящиков, преграждающих путь через каждые десять ярдов. Но Ваймс был прирожденным бегуном и он знал все уловки, помогающие продвигаться через запруженные городские улицы. Он уворачивался и нырял, уклонялся и огибал, и, там, где это было необходимо, налетал с разбегу. Он споткнулся о веревку; он свернул подпорку ворот. В него врезался грузчик, но Ваймс уложил его ударом в челюсть и припустил пуще, на случай, если где-то поблизости были его дружки.
Это было важным…
Лакированая карета, запряженная четверкой лошадей, с двумя лакеями на запятках, неторопливо катилась по Обезьяньей улице. Ваймс метнулся в отчаяном рывке, ухватился за ручку и втиснул себя между двумя изумленными лакеями, затем он перебросил себя через раскачивающуюся на ходу крышу и упал на сидение рядом с юным кучером.
— Городская Стража! — заявил он, махнув значок. — Правь прямо!
— Но мне нужно повернуть налево… — начал юнец.
— И подхлестни их кнутом, будь любезен. — сказал Ваймс, не обращая внимания. — Дело первой важности!
— Ага! Вам нужна бесстрашная погоня на полной скорости? — сказал кучер с возрастающим энтузиазмом. — Вот это для меня! Сэр, вы нашли того, кто вам нужен! А вы знаете, что я целых пятьдесят ярдов могу проехать на двух колесах? Только старая мисс Робинсон не позволяет мне. Хоть на правой, хоть на левой стороне! Хей! Хей!
Кнут хлестнул и Ваймс попытался вставить: — Послушай, ты только….
— Конечно, самое трудное заставить лошадей бежать на двух ногах. Вообще-то, это скорее скачки, а не бег, — продолжал кучер, развернув шляпу, чтобы уменьшить сопротивление ветра. — Ну что, хотите поглядеть как я балансирую на двух колесах?
— Не особенно. — ответил Ваймс, глядя прямо вперед.
— И вот что я вам скажу, подковы даже не искрят совсем, когда я делаю этот фокус! Хей!
Пейзаж стал размытым. Впереди был канал, ведущий от реки к Двухпинтовым Докам. Обычно он был перекрыт разводным мостом — обычно…
Сейчас мост был раздвинут. Ваймс мог видеть мачты корабля, который медленно волокли из доков в реку.
— О, не беспокойтесь, сэр! — закричал кучер. — Мы разгонимся вдоль причала и перепрыгнем!
— Ты не сможешь перепрыгнуть через двухмачтовое судно с четверкой лошадей!
— Спорю, что смогу, если нацелюсь между мачт, сэр! Хей! Хей!
Люди впереди разбегались в поисках укрытия. Лакеи, позади них задумались о новой работе. Ваймс толкнул парнишку назад на сидение, сгреб поводья, уперся ногами в тормозной рычаг и натянул изо всех сил.
Колеса заблокировались. Лошади начали разворачиваться. Карета заскользила, металические ободы колес заискрились и металл заскрежетал. Лошади повернули еще. Карета тоже начала поворот и потащила за собой лошадей, заворачивая их по кругу, как ярмарочных пони. Подковы высекали искры на мостовой. В этот момент Ваймс отпустил поводья и ухватился одной рукой за сиденье снизу, а второй — за поручни и зажмурился, ожидая, когда все стихнет. И благословенная тишина настала. Все звуки умерли, кроме одного: нетерпеливого стука в крышу кареты, по-видимому прогулочной тростью. Недовольный старческий женский голос вопрошал: — Джонни? Ты опять гонишь, молодой человек?
— Бутлегерский поворот! — выдохнул Джонни, глядя на четверку взмыленных лошадей, развернутых теперь в ту сторону, откуда они только что примчались. — Я впечатлен!
Он повернулся к Ваймсу, но того уже не было рядом.
Люди, волокущие судно, побросали свои канаты и разбежались при виде кареты, запряженной четверкой лошадей, на всех парах мчащейся к ним. Канал из дока в реку был узким. Легко можно было ухватиться за палубный канат, перебежать по кораблю и и спрыгнуть на мостовую с другой стороны. Что как раз и было только что проделано.
Ваймс, мчащийся вдоль реки, видел, что на мосту Мисбегот ему придется туго. Между домами, стоящими вдоль моста, застрял перегруженный фургон с сеном. Он снес часть крыши чьего-то дома и часть сена рассыпалось. Между возчиком и совершнно неблагодарным владельцем дома с новенькой террасой, готова была начаться драка. Драгоценные секунды были потеряны на то, чтобы предотвратить драку и пробраться через разбросанное сено на другую сторону моста. Здесь перед ним открылся широкий проезд, известный под названием Прутс, поднимающийся в гору и полностью запруженный транспортом. Он не сможет его одолеть. Сейчас уже наверное без пяти шесть. Одна мысль об этом, мысль о маленьком личике…
— Мистер Ваймс!
Он повернулся. Позади него на дорогу вылетела почтовая карета и перешла на рысь. Рядом с кучером сидел капитан Моркоу и неистово махал ему.
— Прыгайте на подножку! — закричал он. — у вас совсем мало времени!
Ваймс снова разбежался, догнал карету, запрыгнул на подножку и вцепился в ручку двери.
— Это не почтовая карета в Щеботан? — закричал он, в то время как возчик начал разгонять лошадей в галоп.
— Так точно, сэр. — ответил Моркоу. — Я объяснил, что это вопрос исключительной важности.
Ваймс с удвоенной силой вцепился в дверь. В почтовые кареты запрягали отменных лошадей. Колеса кареты уже были сплошным размытым пятном.
— Как тебе удалось добраться сюда так быстро? — прокричал он.
— Срезал через Аптечные Сады, сэр!
— Что? Через этот маленький проход вдоль реки? Он слишком узкий для такой кареты, как эта!
— Было тесновато, это точно. Карета пошла легче, когда с нее сорвало лампы.
Ваймс умудрился оглядеть карету. Вся покраска с ее боков была содрана.
— Хорошо, — закричал он в ответ. — скажи кучеру, что я буду ждать счета! Но это все без толку, Моркоу. На Парковой улице в это время дня везде заторы!
— Не волнуйтесь, сэр! Я бы на вашем месте постарался держаться крепче!
Ваймс услышал, как кунт щелкнул. Это была настоящая почтовая карета. Посылки и мешки с письмами не требуют комфорта. Он мог чувствовать, что скорость возросла. Очень скоро должна была быть Парковая улица. Ваймс не мог многого разглядеть, так как его глаза слезились из-за ветра, но впереди их ждал один из самых фешенебельных городских заторов. Движение здесь было плохим в любое время дня, но ранний вечер был особенно ужасным из-за того, что Анк-Морпоркцы верили, что право на проезд принадлежит самым тяжелым транспортным средствам и самым нахальным кучерам. Там все время происходили мелкие столкновения, которые с неизбежностью сопровождались блокированием перекрестка, а возчики обеих карет спускались со своих мест для обсуждения вопросов безопасности дорожного движения, привлекая в качестве аргумента первое попавшееся им в руки оружие. И вот в этот водоворот толкающихся лошадей, торопящихся пешеходов и ругающихся кучеров, и направлялась почтовая карета, несущаяся уже на полном ходу.
Он закрыл глаза и затем, услышав, что стук колес изменился, рискнул их открыть. Карета летела через перекресток. Прежде чем они устремились вниз к Лепешечной Авеню, перед Ваймсом мелькнула огромная очередь, кипевшая от злости и бушующая позади пары недвижных полицейских троллей.
— Ты перекрыл дорогу? Ты перекрыл дорогу! — заорал он, стараясь перекричать ветер.
— И Королевский Путь, сэр. На всякий случай. — прокричал в ответ Моркоу.
— Ты закрыл две главные дроги? Целых две дороги? В час пик?
— Да, сэр. — ответил Моркоу. — Иначе никак нельзя было.
Ваймс висел на подножке, потеряв дар речи. Посмел бы он поступить так же? Вероятно, уже сейчас весь город был плотно забит застопорившимися фургонами, но это была другая проблема.