Терри Гудкайнд – Врата во тьму (страница 15)

Он повернулся и увидел Кэлен с ножом в руке. Быстро стало понятно, что именно до нее хотят добраться Гли. Они пришли вырвать близнецов из ее чрева. Она крутанулась на месте, услышав, как один из них подкрался сзади, и вонзила нож в блестящий черный глаз. Существо зажало рукой рану и завопило, неловко отступая и уходя в свой мир. Пока она высвобождала нож, Ричард подскочил к ней, чтобы защитить от других хищников.

Шейла предпочла атаковать своими способностями, а не ножом. Закатив глаза, она подняла руки и медленно пошевелила пальцами. В следующий миг множество белых змей поползли по мостовой к Гли.

Утренний воздух наполнился криками темных существ, когда змеи вонзили клыки в их плоть. Судя по неловким, дерганым и плохо контролируемым движениям укушенных, яд рептилий действовал очень быстро — почти мгновенно. Гли, в ноги, руки и тела которых вцепились змеи, пятились, булькая от удушающей боли, когда яд парализовывал легкие.

В окнах появились потрясенные лица людей, наблюдающих за отчаянной битвой. Некоторые с криками отпрянули в темноту комнат, другие, раскрыв рты и вцепившись руками в подоконник, высунулись наружу.

Зная, что змеи Шейлы предназначены для Гли, Ричард игнорировал их. Хищники стремились заполучить Кэлен. Именно ее они больше всего хотели убить. Он должен ее защитить.

Когда ярость меча переплелась с его собственной, наполнив каждую клеточку его существа, Ричард потерял себя в безумии битвы. Он сам стал безумием. Гли пришли сюда в качестве охотников, но Ричард оказался охотником, а они — добычей.

Отвечая на их атаки, он вдруг пришел к ясному пониманию того, как Гли движутся, каков диапазон их движений и ограничения. Он четко уловил, что они используют когти для удара, в то время как зубы являются их резервным оружием. Зачастую они наносили быстрый удар, но иногда использовали когти, чтобы запугать жертву; та на долю секунды замирала, и тогда Гли атаковал. Это позволяло более точно наносить смертельный удар.

Ричард понял причину такой тактики: Гли наиболее эффективно могут использовать силу рук в ближнем бою. Чем дальше приходится тянуться, тем слабее атака. Способ, которым Гли убил Джека, был наиболее действенным — держать жертву вблизи и рвать на части.

Постигнув технику их боя, он смог предсказывать, как они будут двигаться, какой рукой ударят сначала, в какой момент — и когда попытаются укусить.

Он теперь воспринимал битву совершенно по-новому. Все обрело смысл и предстало в новом свете. Он перестал смотреть с точки зрения обороны и увидел битву их глазами.

Когда это озарение снизошло на него, то пугающие существа, рвущиеся к нему и Кэлен в боевом безумии, стали просто частью танца со смертью.

Теперь он сражался с ними иначе, использовал их природу против них самих, пользовался их ограничениями и слабостями, словно лазейками. Впервые он сражался на их условиях, но мог предвидеть их действия, что ставило Гли в крайне невыгодное положение.

Он обрушился на них, полностью устраняя тактическое преимущество зубов и когтей. Ограниченность диапазона их движений стала его преимуществом.

Ричард прекратил попытки убивать и сосредоточился на том, что было быстрее: отрубать мощные смертоносные когти. Это стало откровением: не нужно убивать врага, достаточно лишить основного оружия. Без бритвенно-острых когтей Гли были беззащитны и уже не могли схватить, порезать, разорвать или удержать жертву, чтобы использовать свои зубы.

Его меч кружил в воздухе с сумасшедшей скоростью. Он двигался вокруг Кэлен, защищая ее и устраняя любого врага поблизости. Она достала нескольких ножом, пока Ричард сражался с другой стороны. Меч отрубал когти, едва те оказывались в зоне досягаемости. Теперь он знал, где и когда будут когти, и какая из рук представляет настоящую угрозу. Он перерубал запястья или предплечья, и дергающиеся когти разлетались по сторонам.

Существа визжали, теряя драгоценные когти. Некоторые недоверчиво вытягивали обрубки, пытаясь ухватить врага и атаковать зубами, но у них уже не было когтей, и Ричард легко отрубал головы хищников, решивших продолжать атаку вместо бегства. Увидев, как много их товарищей с обрубками вместо рук возвращаются в свой мир, Гли не решались махать когтями из страха потерять их.

Пока они колебались, змеи атаковали, вонзали клыки в мягкую черную кожу и не разжимали челюсти. Ричард рванул в гущу Гли, отрубая когти. Без когтей они не могли освободиться от змей.

Паника распространялась среди кричащих и умирающих Гли. Когда их смелость и агрессивность превратились в ужас и робость, те, кто еще был в состоянии, превратились в угольные штрихи и сбежали в свой мир от Ричарда и змей.

Когда целей не осталось, Ричард остановился, тяжело дыша, и оперся острием меча на мостовую. Он огляделся, выискивая новую цель. Ярость меча все еще грохотала внутри, требуя больше крови. Земля была усеяна сотнями когтей и десятками голов, а также телами тех, кто не успел исчезнуть перед смертью.

Глава 18

Ричард мечом указал на дворец, предлагая всем уйти от места короткой, но жестокой битвы. Пока Гли, которым удалось вернуться в свой мир, будут рассказывать остальным о пережитом здесь, Золотая богиня в приступе ярости может бросить в бой своих бесчисленных последователей. Атака после окончания битвы — возможность застать оппонента в уязвимом положении, поэтому Ричард торопился уйти.

Он мог бы выиграть и эту схватку, но знал, что должен решить куда более важную проблему — не дать богине посылать Гли в его мир. Победа в сражении бесполезна, если он не может выиграть войну. Каждая битва могла обернуться поражением. Если он проиграет, весь его мир будет уничтожен.

Даже если Ричард и Кэлен укроются в Замке, простым людям по-прежнему будет угрожать опасность. В этом и была его слабость как лидера, и в том же заключалось преимущество богини. Обычные люди практически не имели возможности защитить себя — особенно от огромных орд Гли, — и Ричард не мог защитить каждого. Повсеместно люди становились добычей, судьба которой зависела от настроения диких хищников.

Он схватил Кэлен за руку, помогая перешагнуть через кольцо отрубленных рук и склизких тел. Когти больше не двигались, но были наглядным напоминанием о том, что они могли сделать с ней и детьми. Ричард знал, что будет дальше. Гли безжалостны. Ему стало дурно от того, что он не знал, сможет ли остановить их раз и навсегда.

Ричард отпустил руку Кэлен, чтобы та помогла Шейле, которая выглядела ослабевшей и истощенной после призыва многочисленных белых змей. Рептилии уже исчезли — кого-то отозвала сама ведьма, а кто-то исчез вместе с Гли. Змеи были частью ее существа — и когда Гли забирали их с собой, то словно отрывали частичку ведьмы.

Шейла нетвердо стояла на ногах, поэтому Кассия подбежала с другой стороны и помогла ей перебраться через кучу когтей и кусков тел.

Ричард все еще сжимал меч в руке, и магия пульсировала в нем, наполняя яростью. Меч жаждал новых противников — в этом было его предназначение. Опасность миновала совсем недавно, а вопли и крики еще звучали в голове. Ричард был не готов отпустить магическую ярость меча, струившуюся в его венах. Он хотел обрушиться на врага в полную мощь и лишь ждал повода.

Когда Морд-Сит двинулись по узкой мощеной улице, защищая Кэлен, он постарался убедить себя, что за углом нет никакой опасности. Ничего не заметив, он сунул меч в ножны и тем самым подавил гнев. Когда магическая ярость схлынула, он ощутил слабость и усталость.

Вдруг волоски на его затылке встали дыбом; он поднял взгляд и увидел одинокого Гли, освещенного солнечным светом. Тот стоял на крыше двухэтажного здания и не сводил глаз с Ричарда. Каким-то образом он знал, что этот Гли будет здесь. Женщины поддерживали друг друга и переговаривались, шагая по узкой улице. Они не заметили Гли. Вряд ли этот одиночка хотел, чтобы его видел кто-то кроме Ричарда.

Пока он смотрел наверх, Гли чуть расставил руки и развел острые когти, показывая перепонки между ними. Ричард понял, что это знак — существо не собиралось нападать.

Затем он поклонился в пояс, словно в знак уважения.

И тут он заметил в медленно кланяющейся фигуре то, чего не замечал раньше — переливающийся зеленый отблеск кожи. Похожим образом переливались зеленовато-черные панцири жуков. Кожа тех Гли, с которыми он сражался, не имела такого зеленого отлива.

Хотя раньше он не замечал особенного цвета кожи этого Гли, Ричард не сомневался, что именно это создание видел уже несколько раз — и всегда оно показывало, что не собирается причинять вреда.

Когда Гли выпрямился, они с Ричардом долго смотрели друг другу в глаза. Время от времени третье веко моргало, закрывая большие и блестящие черные глаза. Ричард ощутил странное единение с этим существом.

Он напомнил себе об одном из своих основных принципов: человек не отвечает за преступления других. Когда-то его самого ненавидели за то, что он Искатель — до него мечом, его силой и титулом обладали недостойные люди. Из-за их дурной славы все Искатели считались плохими людьми. Его осуждали за грехи отца, считая таким же злом. Хотя все остальные Гли, которых он встречал и с которыми сражался, пытались его убить, этот Гли не имел таких намерений. Ричард постарался не судить его по действиям сородичей.