Терри Гудкайнд – Сердце войны (страница 25)

Ричард повел солдат вниз, в город, чтобы изничтожить врагов — всех до последнего. Их нетрудно было отыскать, они не убегали от солдат. Завидев Ричарда и Первую Когорту, они сами выходили из зданий и переулков, торопясь воспользоваться возможностью захватить душу, но вместо этого они были порублены на куски с безжалостной эффективностью, с которой могли действовать лишь солдаты Первой Когорты и клинок Ричарда.

В отличие от прощания с Карой, для сотен погибших полулюдей была вырыта общая яма. Никто не произнес над ними речь, никто не будет ни скучать по ним, ни вспоминать их.

Повернувшись к трем Морд-Сит, стоявшим за его спиной, Ричард снял через голову цепочку с эйджилом Кары.

— Я носил эйджилы женщин, что погибли за меня, — сказал он, пытаясь совладать с голосом. — Я не в силах носить еще и этот. Он будет напоминать мне о каждой мелочи, в которой я подвел ее. Я хочу отдать его тебе, Кассия, в надежде, что вместо боли к тебе перейдет ее сила.

Кассия кивнула, не доверяя своему голосу. Как и большинство Морд-Сит, она не знала, как реагировать, когда к ней относятся с искренним уважением. Молодых женщин, которых захватывали и воспитывали как Морд-Сит, ценили едва ли больше дикой собаки и держали на цепи, истязая, чтобы ожесточить и вышколить.

Ричард надел цепочку через склоненную голову Кассии, а затем, покатав эйджил между пальцами, осторожно позволил ему лечь ей на грудь. Протянув руку, он вытащил ее светлую косу из-под цепочки и перекинул вперед, восхищаясь видом эйджила Кары.

— Магистр Рал, — голос, наконец, подчинился ей, и она подняла глаза, — я не ровня Каре. Я не...

Он приложил пальцы к ее губам, заставляя умолкнуть.

— Ровня, Кассия. Ты, Лорен и Вэйл сделали тот же выбор, что освободил ее. Это доказательство вашей силы. Ты — личность, сильная по-своему, с уникальными талантами и способностями. Ты хорошо послужишь нам, если просто будешь собой и не станешь пытаться походить на кого-то.

Кассия кивнула, выглядя чуть более расслабленно.

— Буду носить его с честью. Он придаст мне сил, напоминая о Каре. — Она указала на Лорен и Вэйл. — Втроем мы будем так же сильны, как она.

Ричард улыбнулся.

— Надеюсь, от вас не будет в три раза больше проблем.

Ее брови дрогнули, и она слегка нахмурилась.

— Пока вы позволяете нам защищать вас так, как можем только мы, от нас не будет никаких проблем.

Морд-Сит всегда считали, что лучше остальных знают, как защищать магистра Рала. Ричард многозначительно посмотрел на Кэлен. Та слегка улыбнулась в ответ, и он воодушевился этой улыбкой.

Кассия взмахнула собственным эйджилом, свисавшим на тонкой золотой цепочке с ее правого запястья, и подхватила его рукой. На мгновение она заколебалась.

— Но, магистр Рал, я не понимаю. Вы вернулись и выглядите как прежде, но наши эйджилы все равно не работают. Нет уз, которые заставили бы их работать. Мы все еще ничего не чувствуем.

Услышав это, Никки резко шагнула вперед.

— Что значит, не работают?

Кассия пожала плечами.

— Просто не работают. Мы не чувствуем уз с магистром Ралом, и потому не ощущаем никакой силы от наших эйджилов. Так же было и до смерти магистра Рала.

Никки посмотрела на двух других Морд-Сит. Они покачали головами в знак того, что тоже не чувствуют уз.

Колдунья с сердитым недоверием повернулась к Ричарду и без спроса положила ладонь на его лоб. Едва прикоснувшись, она отдернула руку.

С потрясенным видом Никки откинула свои длинные светлые волосы на спину.

— Ты все еще отравлен прикосновением Лесной девы. — Она указала на Кэлен. — Когда она вернулась, яда не было — он остался в подземном мире. Но внутри тебя по-прежнему яд.

Это прозвучало как обвинение. Хотя Ричард изо всех сил старался не обращать внимания на боль, глубоко внутри он все равно ощущал смертельную болезнь. Когда он вышел из спальни сражаться с противником, ярость меча блокировала боль от яда. Но сейчас меч покоился в ножнах, и вся тяжесть болезни вновь обрушилась на него.

— В подземном мире я снял с Кэлен прикосновение смерти. Не могу объяснить, как сделал это, у меня просто получилось. Но я не смог снять его с себя, оно все еще во мне.

Кэлен в ужасе схватила его за руку.

— Ты все еще заражен? Ты вернулся в мир живых, чтобы умереть? Ричард, ты же не можешь...

— Я вернулся, — прервал ее Ричард. Более важные дела требовали его внимания, и он не хотел обсуждать это здесь и сейчас. — Лишь это имеет значение. Даже если я все еще несу в себе яд смерти, я вернулся остановить Сулакана и Арка.

— Если проживешь достаточно долго, — буркнула Никки себе под нос. — Ричард, ты не хуже моего знаешь, что, если от яда не избавиться, ты умрешь.

— Знаю.

— Но я не понимаю, почему ты не оставил его в мире мертвых, — сказала Кэлен, ее рассерженное лицо потемнело от страха и ужаса. — Это идеальное место, чтобы избавиться от этого мерзкого яда. Мир мертвых — отличное сдерживающее поле для прикосновения смерти.

— Я не смог, — отмахнулся он от продолжения спора. Ричард уже был в достаточно плохом настроении из-за Кары. — Слушай, я вернулся. Сейчас только это имеет значение. Сулакан — сам как отравляющее прикосновение смерти для мира живых. Мы должны спасти всех, а не только меня. Я вернулся ради этого. Это наша цель. По крайней мере, пребывание в мире мертвых заставило болезнь ненадолго отступить. Значит, у меня есть по меньшей мере несколько дней.

Никки вскипела от ярости.

— Несколько дней? Ты уверен или просто болтаешь?

— Ты сама это почувствовала. Сейчас болезнь не так сильна, как раньше. Она все еще здесь и снова будет развиваться, но сейчас мое самочувствие немного улучшилось. Заразе нужно время, чтобы одолеть меня, а значит, у меня есть несколько дней.

Не желая верить ему на слово, Никки прижала пальцы к его вискам. Он ощутил покалывание ее магии, исследующей глубины его черепа, а потом словно крошечные искорки света пробежали по его позвоночнику до самых кончиков пальцев на руках, а затем жжение прошло и по ногам.

Наконец она убрала руки, выглядя немного спокойнее.

— Он прав. Болезнь пока не так сильна, но это вопрос нескольких дней.

Кэлен нетерпеливо глянула на юго-запад.

— Нам необходимо добраться до сдерживающего поля в Народном Дворце, чтобы ты могла избавить его от яда.

Никки колебалась.

— Боюсь, дворец слишком далеко.

Ее ответ и собственные болезненные ощущения дали Ричарду понять, что добираться до дворца слишком долго, и вовремя им не успеть.

— Есть лошади, — настаивала Кэлен, не желая так легко сдаваться.

Ричард кивнул.

— Да, но Сулакан и Ханнис Арк направляются туда, намного опережая нас. Даже если мы поскачем во дворец, миновать эти силы будет непросто. Но еще хуже, и, кстати, весьма вероятно, что, если они обгонят нас, практически невозможно будет пробраться через их полчища, окружившие плато.

Кэлен скрестила руки и с досадой покачала головой.

— Я не понимаю, почему ты не мог оставить яд там, в подземном мире, как сделал это для меня. Почему у тебя не получилось на этот раз?

— Равновесие, — сказала стоявшая под дождем Рэд.

— Что? — спросила Кэлен, поворачиваясь к ведьме.

— Многое должно оставаться в равновесии, чтобы он вернулся в мир жизни. Должно быть, это часть баланса.

Кэлен явно не испытывала готовности принять это объяснение.

— Но я не понимаю...

Ведьма неожиданно схватила Ричарда за руку и резко потянула.

— Тебе нужно уходить.

Ричард нахмурился, когда она начала уводить его.

— Зачем?

— На это место обрушится сторожевая башня.

Глава 22

Ричард недоумевал, почему эта женщина так внезапно решила, что башня обрушится, но ведьма явно была в этом уверена. Позволив ей вести его за собой, он оглянулся на невзрачную башню, сложенную из тяжелых каменных блоков.

Построенная в одно время с цитаделью, во времена Великой войны, она казалась такой же монолитной, как и камень, из которого она была сделана. Она простояла на этом месте уже тысячи лет, охраняя дорогу, ведущую в Сааведру. Несколько других башен на другой стороне цитадели охраняли непроходимый темный лес за ее пределами.

Как и многое другое в этой части Темных земель, башня была частью защитных мер, имеющих прямое отношение к барьеру третьего царства.