Терри Гудкайнд – Сердце войны (страница 18)

— Я знаю, что ты пыталась остановить его, когда была жива. Ты, Магда Сирус и волшебник Мерритт.

При упоминании этих имен из темноты проступили их светящиеся духи.

— Зачем ты пришла сюда? — спросил дух Магды Сирус.

Как и от Исидоры, от ее духа исходило поразительное теплое свечение, которое наполнило Никки смесью восхищения и покоя.

Никки повернулась и указала рукой.

— Я пришла помочь ей, — сказала она, отодвигаясь в сторону, чтобы они смогли увидеть свечение духа Кэлен, которая сидела в центре Благодати возле одинокой сияющей капли крови Ричарда.

— Мать-Исповедница, — прошептала Магда с благожелательным почтением, которое мог проявить только добрый дух. — Ты привела сюда ее дух?

— Только частичку внутреннего света, — сказала Никки. — Она питает Благодать, с помощью которой я пришла к вам.

— Зачем ты пришла? — спросила Магда.

Никки подняла руку, указывая на пронизанный любовью дух возле Магды.

— По той же причине.

— Ради ее любви, — в голосе Мерритта звучало понимание. — Любви к тому, кто, как мы знали, однажды придет.

— Верно, — сказала Никки. — Сулакан сбежал из подземного мира и снова разгуливает по миру живых. Остановить его может только Ричард Рал. В свое время вы все трудились ради того, чтобы остановить императора и его армию, чтобы проложить путь для того, кто придет после вас и сможет одолеть демона.

— Это больше не наш мир, — сказала Ная. Остальные закивали в знак согласия.

— Ричард Рал не в другом мире. Он здесь, среди вас.

Страдание и мука исказили их черты.

Встревоженный Мерритт скользнул ближе.

— Этого не должно было случиться. Предполагалось, что он будет тем, кто остановит Сулакана. Чтобы сделать это, он должен быть в твоем мире. Отсюда он не добьется успеха, не сможет даже ничего предпринять. Никто из нас не сможет.

— Знаю, — ответила Никки. — Вот почему мне пришлось прийти сюда, воспользовавшись темными умениями, при помощи которых я раньше служила злу. Но теперь, изменившись, я использую их, чтобы сражаться за мир жизни.

Свет духа Наи объединился в силуэт, изображающий необычную внешность, которую она имела при жизни, но теперь она была светом, а не плотью и кровью.

Она придвинулась к Никки.

— Как такое могло произойти? Мы приняли меры предосторожности, направили в нужное русло пророчество, оставили ему всю помощь, какую могли. Как он умер?

Никки смотрела на духов, взирающих на нее.

— Я его убила, — сказала она, вытянув руку в сторону чернильного течения, извивающегося перед ней, — как и было предсказано потоком времени.

Мерритт скользнул еще ближе так стремительно, что Никки могла объяснить это только его гневом.

От его взгляда Никки сглотнула.

— Мне пришлось.

— Почему? — требовательно спросил он.

Никки снова указала на мерцание духа Кэлен.

— Ради нее. Ее убили, и темные слуги Сулакана захватили ее душу. Они утаскивали ее в глубины тьмы. Ричард попросил меня остановить его сердце, чтобы он мог отправиться за ней и вернуть в мир жизни, заняв ее место. Она была для него важнее, чем собственная жизнь.

Духи смотрели на нее с глубочайшим прискорбием, которое могло быть вызвано лишь пониманием и сочувствием.

— Я пришла найти способ вернуть его дух в мирскую оболочку. Мир нуждается в нем. Тело дожидается его в мире жизни, оно связано с этим миром и готово к его возвращению.

— Но если он мертв, его дух принадлежит этому месту, — сказала Ная

— Обычно так и происходит, но не в этом случае. Ричард, как и Мать-Исповедница, испытал на себе ядовитое прикосновение Лесной девы, в котором содержится зов смерти. Это убивало их. Но в этом мире все наоборот — Ричард несет в себе также искру жизни, которая не принадлежит этому месту, поэтому он по-прежнему принадлежит миру жизни.

— Все люди умирают, — сказала Ная.

— Да, но его время еще не пришло, как оно не пришло и для Матери-Исповедницы. Это произошло только из-за вмешательства Сулакана, который использовал и исказил развилку пророчества при помощи темных элементов. Сейчас Ричард является частью мира жизни. Он должен вернуться, чтобы сражаться за жизнь и остановить императора, иначе завеса будет разорвана, и миры сольются.

Мир мертвых на мгновение погрузился в тишину, которая могла длиться целую вечность.

— Мы должны узнать, можем ли мы ему помочь, — наконец сказала Магда тихим голосом, полным сострадания. Она протянула сверкающую руку к свету духа Кэлен. — Ради нее.

— Ради всех, — поправила Никки.

Ная улыбнулась.

— Говорит, как настоящая колдунья.

Дух Мерритта приблизился к Нае.

— Ты должна помочь ей. Ты знаешь демонов Сулакана лучше, чем кто бы то ни было, ведь ты помогала их создавать. Теперь ты обязана помочь остановить их.

— Хочешь сказать, мы похожи? Я некогда трудилась во имя зла, а она была сестрой Тьмы? — с иронией спросила Ная. — Думаешь, я все еще нуждаюсь в искуплении?

Мерцающее лицо Магды выражало сочувствие, когда она покачала головой.

 — Ты пришла к нам, чтобы сражаться со злом Сулакана, — сказала она. — Ты знаешь, что искупление приходит изнутри. Теперь она пришла к тебе, почти так же, как и ты в свое время. Она понимает, что идет по твоему пути.

Ная кивнула.

— Мы обе трудились ради зла, и обе изо всех сил старались измениться. И у нас это получилось, — она повернулась к Никки. — Сейчас ты творишь добро. Я помогу тебе.

Когда рука духа обняла Никки и Ная начала уносить ее прочь, она оглянулась на улыбающихся Магду и Мерритта, плывущих позади. Это было одно из самых красивых зрелищ, которые она могла представить. Они олицетворяли собой любовь и понимание, мир и радость, уверенность и мудрость, надежду и доброжелательность.

Это напомнило ей кое-что. Сначала она не могла понять, что именно, но затем ее осенило. Это напоминало ей ауру света, которая окружала Ричарда и Кэлен.

— У тебя очень интересный дух, — обратилась Ная к Никки, пока они мчались сквозь бесконечность. — Он хорошо послужит тебе в этом месте.

Глава 16

Хотя темнота подземного мира была абсолютной, Никки начала ощущать, что они движутся через еще более темные места. Там, где раньше она видела сияющих духов, теперь были другие духи. Они дрейфовали в темноте, и некоторые из них были так черны, что их едва можно было заприметить, некоторые даже были чернее, чем окружающая тьма. Это зрелище встревожило ее.

— Будет непросто, — сказала Ная, увлекая за собой Никки все ниже и ниже через бурлящие чернильно-черные облака душ, вздымающиеся им навстречу.

— Что мы должны сделать? — спросила Никки.

— Надеюсь, нам окажется под силу сделать невозможное.

— А ты знаешь, как сделать невозможное? — допытывалась Никки.

Дух Наи не ответил.

Никки начала замечать темные тени, которые словно неотступно преследовали их. По мере продвижения вниз теней становилось все больше. Ная, заметив, что Никки наблюдает за ними, подтянула ее ближе.

— Злые духи, — тихо прошипела она.

— Как мы собираемся сражаться с этими духами в их мире? — Никки задала вопрос скорее себе, чем Нае.

Ная вытянула руки, непринужденно скользя сквозь бесконечную ночь, и весь ее дух постепенно стал светиться ярче. Это было изумительно. От сияния духа Наи темные твари отступили обратно в темноту.

— Ты не можешь с ними сражаться, — сказала Ная. — По крайней мере, привычным способом. Они хотят, чтобы ты боролась с ними, чтобы тебя переполняло отвращение, но это только будет подпитывать их ненависть. Если же показать им свет, то они испытают сильную боль, которую только они в состоянии ощутить. Их ненависть обращается против них самих и сжигает их души.

— Хотела бы я излучать такой свет, — сказала Никки, опять же скорее для себя.

Дух Наи лучезарно улыбнулся.