Терри Гудкайнд – Саван вечности (страница 62)

Бэннона захлестнула ярость, когда он представил, что пережили звери, которых истязал главный укротитель.

— Ох, что же ты творил с ними, — прошептал он сам себе.

Многие звери уже сбежали в город, но остальные рычали, сжавшись в туннелях. Кто-то заскулил, когда Айвен поднял руки, высвобождая дар и заставляя воздух потрескивать от энергии. Он хлестнул своей магией, придавив животных к земле ментальным каблуком.

— Всем вернуться на свои места! — Айвен взмахнул кулаком размером с булыжник. Два леопарда зарычали, а затем прошмыгнули по мрачному туннелю в свою клетку. Пятнистый кабан фыркнул, попытался шагнуть вперед, но все же отступил. Главный укротитель задействовал больше магии, пытаясь сломить сопротивление зверей.

Но три темно-рыжие фигуры двинулись вперед, словно привлеченные голосом Айвена. Это была трока связанных заклинанием пум, которых натравили на полукаменного воина Ульриха. Они плавно двигались вперед; их золотистые глаза светились, а хвосты стегали из стороны в сторону. Пумы двигались синхронно, шаг в шаг. Взгляды хищников были устремлены на Айвена.

Он встретил больших кошек с вызовом, подняв оба кулака. Лицо укротителя исказилось от напряжения, когда он усилил поток магии. Песчаные пумы обнажили саблевидные клыки, и зловещий звук, клокотавший в кошачьих глотках, казался опаснее обычного рычания.

— Возвращайтесь в клетки, будьте вы прокляты! — взревел Айвен.

Он напряг бицепсы, стиснул зубы, и волна его дара всколыхнула воздух. Другие боевые животные, оказавшиеся поблизости, заскулили и бросились врассыпную, ища убежища в своих загонах. Но трока лишь вздрогнула; каждая из пум могла сопротивляться контролю главного укротителя. Они припали на задние лапы, терпя боль и отказываясь двигаться. Лицо Айвена стало пунцовым от напряжения, затем он потянулся к поясу и вытащил длинный разделочный нож.

— Ну, ладно. Похоже, у меня будут новые шкуры. — Он поднял свой клинок.

В следующий миг пумы напали на своего хозяина.

Они одновременно прыгнули на него спереди и с двух сторон. Айвен в изумлении вскинул мускулистые руки, пытаясь прикрыться, но рычащие кошки разодрали когтями его грудь. Клыки вонзились в бицепсы мужчины, разрывая плоть. Одна пума вцепилась клыками в основание шеи, повреждая спинной мозг, другая укусила Айвена за плечо и отхватила огромный кусок красного, истекающего кровью мяса. Багряные брызги хлынули из разорванных сосудов. Третья пума распорола Айвену живот и выпустила главному укротителю кишки, тряся головой как котенок, играющий с длинной нитью из клубка.

Айвен кричал и отбивался, но песчаные пумы терзали его до тех пор, пока их рыжий мех не приобрел кроваво-красный цвет. Удовлетворенно потряхивая хвостами, три пумы оставили окровавленное тело и умчались в ночь, к свободе.

Бэннон прижался спиной к задней стене своей камеры и ждал конца этого кошмара.

Глава 49

Звуки тревоги посреди ночи вынудили собраться правящий совет. Никки и Натан выбежали из большого особняка на верхнем уровне плато и увидели, что улицы Ильдакара бурлят жизнью, будто в городе объявили военное положение.

Никки прихватила оба кинжала на случай беспорядков. Возможно, это Зерцалоликий устроил всеобщий бунт после своего бездействия во время проведения кровопролития, в результате которого восстановили саван. Натан взял из покоев богато украшенный меч и был готов сражаться, хотя и не знал, что за враг им может встретиться.

— Боевые звери на свободе! — послышался голос Стюарта: излишне серьезного, но надежного стражника, который занял пост верховного капитана после смерти Эйвери. Стюарт с красным латным наплечником возглавлял отряд стражи в доспехах, которые, подняв мечи, бежали по улицам. — Мы нуждаемся в каждом бойце. Созовите лучников и арбалетчиков. Животные арены неистовствуют — их освободили мятежники.

— Пойдем с ними, волшебник, — сказала колдунья Натану. — В этом мы можем посодействовать — сражаться за тех, кто не может защитить себя… за мирных граждан.

— Ты назвала меня волшебником, — с удивленной улыбкой заметил Натан.

— Я всегда считала тебя волшебником, даже если ты выведен из строя, — сказала она. — Уверена, ты можешь воспользоваться мечом, раз уж магия тебе не подчиняется.

Городские стражники и члены палаты собирались возле арены и тоннелей, где содержались животные и бойцы. Повелитель плоти Андре, чья студия располагалась неподалеку, прибыл первым, и теперь не скрывал своего недоумения. Властительница Тора и главнокомандующий волшебник Максим тоже присутствовали.

Никки поспешила вперед, призывая свою магию, а Натан, выхватив меч, старался от нее не отставать. Они слышали крики испуганных людей на улицах, рычание и рев обезумевших животных. Прибывший после них волшебник Квентин был одет кое-как, а Эльза, выскочившая из переулка, на ходу одергивала и поправляла свое фиолетовое платье. Деймон подоспел последним.

— А где Айвен? — рявкнула Тора. — Он должен был держать своих тварей под контролем!

Пятнистые леопарды, колючие волки и чешуйчатые болотные драконы рыскали по округе, нападая на все живое. Откуда-то выскочили боевой медведь и чудовищный бык, привлеченные криками разбегающихся людей. Женщина выбрала неверное направление, и бык пронзил ее своими раздвоенными рогами. Колючие волки разделились, прыгая на каждого встречного, в то время как городская стража Стюарта сражалась с ними мечами, дубинками и кулаками в латных рукавицах. Но дикие звери были обучены убивать, и стражники несли бóльшие потери, чем животные.

Среди городских стражников и волшебников, которые сражались с вырвавшимися животными, Никки заметила молодого Амоса и его неизменных спутников. У всех троих парней были деревянные дубины с железными наконечниками, которыми они избивали разбушевавшихся животных. Бэннона с ними не было.

Трое юнцов жаждали оказать помощь в битве — не ради города, а ради возможности пролить кровь. Амос метнулся и взмахом своей дубины разбил череп леопарда, который корчился в муках и истекал кровью от раны в боку.

— Один готов!

Джед и Брок высматривали цель.

Никки схватила пробегавшего мимо Амоса за короткий плащ и вынудила юношу остановиться.

— Где Бэннон? Я думала, он будет с вами троими.

Юноша вырвался из ее хватки.

— Не сейчас! У нас важная работа. — Он отвел глаза, не желая встречаться с ней взглядом. — С ним все в порядке, нечего беспокоиться. — Амос возбужденно умчался прочь, а Никки была слишком занята, чтобы требовать с него больше ответов.

Боевой медведь качнулся вперед колоссальной массой когтей и меха. Максим, Тора и Деймон стояли бок о бок, обрушивая на зверя магические атаки, но те соскальзывали с защитных рун на шкуре монстра, не причиняя ему никакого вреда.

Эльза не атаковала медведя напрямую, а заставила землю перед ним затрещать от холода, в то время как рядом с готовым атаковать быком полыхнуло жаром. Зверю пришлось направить свою ярость в другом направлении. Боевой медведь ступил на участок мерзлой земли и двинулся на Эльзу. Она попыталась применить другое заклинание, но Натан оттолкнул ее в сторону, и медведь пронесся мимо. Зверь развернулся, собираясь снова напасть на них.

Натан поднял меч и встал в боевую стойку.

— Я уже бился с твоим собратом, чудище! Теперь сражусь с тобой! — Он взмахнул клинком, издевательски прочертив им в воздухе сложный узор. Медведь взмахнул лапой, но Натан острым лезвием отсек ее выше локтя. Зверь взревел и отдернул обрубок.

Никки поднырнула и с силой вонзила кинжалы в шею существа с разных сторон. Ей удалось перерезать медведю горло. Подступив ближе, Натан погрузил клинок в бок зверя, пробивая слои мускулов и жира и вгоняя его по самую рукоять. Гигантский медведь рухнул на землю.

Максим и Тора продолжали бороться при помощи магии, используя ее косвенно, чтобы отвлечь и сдержать неистовых животных.

Появившиеся из туннелей две фигуры в капюшонах выкрикнули толпе:

— За Зерцалоликого! Уничтожим угнетателей!

Максим с разочарованным и мрачным видом выставил ладони в стороны, насылая заклинание окаменения. Два провоцировавших толпу мятежника с треском застыли и обратились в белый камень.

Когда измененный магией бык решился атаковать, Квентин сотворил заклинание, от которого улица задрожала, а каменные плиты мостовой разломались. Левое переднее копыто быка угодило в расширяющуюся трещину, и нога подломилась, в то время как остальное тело продолжало нестись по инерции.

Пойманное в ловушку чудище мотало головой, пытаясь вонзить свои раздвоенные рога в чью-нибудь мягкую плоть. Бык вновь двинулся вперед на трех ногах, держа сломанную конечность на весу, и люди поспешили убраться с его пути.

Монстры арены наслаждались свободой и атаковали любую замешкавшуюся жертву. Один из болотных драконов сунул голову в дверной проем и вытащил на улицу кричащего торговца, а второй гигантский ящер откусил человеку голову.

Натан и Никки, измазанные кровью боевого медведя и дрожавшие от напряжения, встали плечом к плечу и подобрались, когда к ним метнулась стая колючих волков. Один волк застал Никки врасплох и сумел оттолкнуть вскинувшую кинжалы колдунью. Инстинктивно она швырнула шар огня волшебника, но волна жара не причинила вреда огромному волку. Защитные руны на шкуре рассеяли пламя.