Терри Гудкайнд – Саван вечности (страница 36)

— Как тут можно подняться, неся при этом груз?

— Мы ведь не хотим, чтобы от реки до города было легко добраться, — резко сказал Амос. — В этом весь смысл, не так ли? Смотри, как рабы делают свою работу.

Рядом с одним из деревянных доков рыбак загружал корзины со свежим уловом на дощатую платформу, от которой поднимались канаты, протянутые через систему рычагов, шкивов и противовесов. Другой торговец доставил камни, добытые в каменоломне на другом берегу реки. Когда они загрузили товары на платформу, рабочие на среднем уровне отвесного обрыва повернули большие соединенные между собой колеса, натянув канаты, и платформы поползли вверх.

— Люди пусть поднимаются по лестнице, — пояснил Амос, — а вот товар запросто можно поднять.

— Запросто, пока у нас хватает рабов, — сказал Джед, и Бэннон задумался, почему они не могут сделать это при помощи своей могущественной магии.

Река текла далеко под обрывом, пенясь зелеными и белыми завитками.

— Волшебники древности даже изменили течение, подведя Киллрейвен ближе, а затем направили ее на юг, сделав землю за крутым берегом большим непроходимым болотом. Топи представляют собой лабиринт с кривыми деревьями и ямами грязи. — Губы Амоса изогнулись в язвительной улыбке. — И наши повелители плоти превратили некоторых местных зверей в ужасных монстров, змей и крупных ящеров, и теперь болото кишит ими. Никто не может там пройти.

— Но генерал Утрос явился из-за гор и пошел по равнине, — сказал Бэннон. — Они бы разрушили ваши стены, проломили ворота и захватили город.

Джед и Брок обеспокоенно переглянулись. Амос только фыркнул:

— Вот поэтому нам пришлось превратить их всех в камень. Утрос потерпел неудачу, власть императора Кергана рухнула… а Ильдакар все стоит, такой же могущественный, как и прежде.

На краю обрыва, в нескольких улицах от них, стояла высокая узкая башня со смотровыми окнами наверху. Бэннон заметил внутри башни двух человек, которые смотрели в сторону реки, махали руками и что-то кричали. Дозорные сменили знамена, развевающиеся на вершине башни: флаг с изображением символа города — солнца и молнии — сменился синим треугольным полотнищем, захлопавшим на ветру. Когда другие ильдакарцы заметили изменения и услышали крики, они подхватили клич.

— Что такое? — спросил Бэннон. — Они что-нибудь увидели?

Амос, Джед и Брок смотрели на реку вниз по течению.

— Смотрите! Корабли идут довольно быстро.

Бэннон заметил два больших низких судна, идущие против течения. У каждого был туго натянутый темно-синий квадратный парус. Его кровь застыла.

— Должно быть, они потратили много крови, чтобы вызвать такой ветер, — критически высказался Амос. — Надо поспешить к докам.

— Они увидели Ильдакар и поняли, что саван опущен, — сказал Джед. — Хотят поторговать, пока не поздно.

Два корабля быстро приближались. Хотя они шли против течения, их словно вела непреклонная магия. У Бэннона скрутило желудок, пока он рассматривал широкие балки и низкие полированные корпуса; он знал, что на носу каждого корабля будет чудовищный резной морской змей.

— Эти норукайские корабли, — прошептал юноша. — Они собираются напасть на Ильдакар? — Бэннон надеялся увидеть, как они будут уничтожены магическим штормом, который обрушат на них волшебники. Юноша сжал в потной ладони рукоять меча. Он сразится с ними, если потребуется.

— Конечно нет, дурень! — усмехнулся Амос. — Норукайцы — наши лучшие торговые партнеры. Держу пари, эти два корабля доставили сотню, а то и две, пленников.

— Нам нужна свежая кровь, — сказал Брок. — Завтра на рынке рабов будет оживленно.

— Рабы? — воскликнул Бэннон. — Они налетчики! Норукайцы захватывают в деревнях невинных людей.

Таких, как Ян.

— Они привозят рабов, которых мы покупаем, — сказал Амос, кинув на него странный взгляд. — Мы должны восполнить их численность. Из-за Зерцалоликого рабы убегают. Но кто знает, сколько магии крови потребуется, чтобы снова поднять саван?

Бэннон думал о муках, которые пережил его друг, о его шрамах и боли. Зрение юноши затуманила черная пелена гнева.

Он не разделял воодушевления ильдакарцев, которые приветствовали корабли налетчиков, пришвартовавшиеся к отвесному берегу под городом.

Глава 26

Через день после прибытия в Серримунди Оливер и Перетта со слезами на глазах прощались с рыбаком Кеннетом, который доставил их сюда из бухты Ренда. Бородачу понравилось долгое путешествие, но ему не терпелось вернуться на борт «Дейзи» и отправиться домой.

Он сжал узкие плечи Оливера с такой силой, что у молодого ученого хрустнули два позвонка. Кеннет обнял Перетту столь же горячо, но гораздо аккуратнее.

— Не волнуйся, девочка, ты выглядишь хрупкой тростинкой, но я буду осторожен.

Она нахмурилась:

— Я могу выдержать то же, что и Оливер.

— Так и есть, — подтвердил Оливер. — У нас хорошая команда, Перетта. Мы уже так далеко ушли.

Перетта притронулась к своему виску и закрыла глаза.

— Я сохранила в своем разуме все впечатления и детали.

— Я не помнящий, но подробно все записал в свой дневник, — сказал Оливер. — Так другие смогут прочитать о нашем путешествии.

Перетта одарила его утешительным взглядом, словно он признался в своей слабости.

— Даже без помощи вас двоих на борту «Дейзи» обратное путешествие на юг доставит мне не меньшее удовольствие, — сказал Кеннет. — Всегда предпочитал уединение. — Он посмотрел на кремово-белые здания Серримунди в окружении высоких кедров, напоминавших темно-зеленые наконечники копий вдоль бульваров и на холмах. — Никто из бухты Ренда не заплывал так далеко, но теперь, когда я это сделал, найдутся и другие. Иногда такие путешествия не помешают.

За время пребывания в большом порту Кеннет нагрузил свою рыбацкую лодку оружием — мечами, щитами, топорами, булавами и молотами, — изготовленным известными оружейниками Серримунди.

— У нас дома есть мастера по изготовлению стрел и луков, но трудно добыть хорошую сталь для мечей. Эти вполне сгодятся, — заговорщицки сказал он, стоя одной ногой на борту лодки, а другой на причале. Он покачнулся, чтобы сохранить равновесие. — Я даже приобрел чертежи осадных башен и оборонительных стен. Возможно, что-то мы сможем использовать для защиты бухты Ренда. Мы будем готовы к следующему приходу норукайцев… а они еще придут.

— Удачи, — сказала Перетта.

— Кто-нибудь в Серримунди поможет нам добраться до Нового мира, — произнес Оливер. — С нами все будет в порядке.

Кеннет развязал канаты и отбросил их ботинком. Он поднял парус и отплыл от шумной гавани. Оливер и Перетта наблюдали, как он плывет к огромной статуе Матери морей, которая словно выходила из высоких скал в устье гавани.

— Будет ли? — спросила Перетта.

Оливер моргнул.

— О чем ты?

— Будет ли с нами все в порядке?

Он коснулся ее плеча:

— До сих пор у нас все было прекрасно. — Оливер знал, что не был ни отважным воином, который поведет за собой войска, ни лазутчиком, который мог ориентироваться на неизведанной местности. Но их с Переттой навыки были приблизительно равны. — С нами все будет хорошо. Ты помогаешь мне, а я — тебе. Разве ты не запомнила уйму всего о тех местах, куда мы направляемся?

— Не совсем. — Смущенно сказала она. — Но мне известны торговые пути. Может, с помощью этих знаний я найду того, кто доставит нас в Танимуру, а оттуда — к магистру Ралу.

Она закрыла глаза и сконцентрировалась, вороша запомненные сведения, а Оливер принялся разглядывать лодки в гавани. Наконец, они покинули пристань и вместе отправились в город.

Серримунди был построен на разветвленной дельте реки, впадающей в море. Люди укротили рукава дельты, заперев их в каналах. Гондольеры на небольших лодках сновали по водяным улицам, доставляя людей к небольшим придомовым причалам.

В городе было полно занятых людей в красочной одежде. Оливера и Перетту оглушила какофония голосов, музыка, которую играли моряки из далеких стран, скрежет и скрип канатов в блоках, грохот деревянных ящиков, плеск волн о корпуса кораблей, выкрики торговцев вином, продавцов ракушек и уличных пророков, которые обещали предсказать судьбу.

Темные глаза Перетты заискрилась, когда ей пришла идея:

— Нам следует доложить обо всем хозяину порта. Он имеет влияние в Серримунди.

Оливер похлопал по поясной сумке, в которой лежали документы.

— Да, и у нас есть для него новости… о «Бегущем по волнам».

* * *

Оливер и Перетта сидели в расположенном на втором этаже кабинете хозяина порта, Отто. У него было плоское лицо с честным выражением, глаза цвета карамели и вьющиеся темные волосы, достававшие до плеч. Даже в кабинете он не снимал широкополую кожаную шляпу. Окна были широко распахнуты, и их беседа перемежалась криками чаек. Свежий соленый бриз ворошил бумаги на столе.

Оливер снял свою сумку, выложил перед собой дневники и документы и прижал их рукой. Он колебался, зная, что придется сообщить Отто плохие новости.

В кабинет вошла женщина с подносом, на котором стояли фруктовые соки и тарелка маленького круглого печенья со сверкающими крупинками тростникового сахара. Отто поднял глаза и улыбнулся.

— Ах, это моя дочь Шира. Вообще-то она должна быть дома и присматривать за своими детьми, но она любит работать в канцелярии. На самом деле, она мой деловой партнер.

Женщина посмотрела на них и откинула волосы.