Терри Гудкайнд – Одиннадцатое правило волшебника, или Исповедница (страница 86)

Когда дунул рог и враг, сбившийся в плотный строй, начал приближаться, словно катящееся ядро по полю Джа-Ла, словно кошмар, словно лавина, надвигавшаяся на него. Именно сейчас, в этот момент безысходного отчаяния, Ричард не знал, что он будет делать.

Столкновение было чудовищным. Стиснув зубы от усилий, он пытался развернуть мужчин, защищавших своего ключевого, но они пропахали прямо через Ричарда и его команду.

Немного церемониально их ключевой вошёл в победную зону и бросил броц. Защитники, покрытые красными символами, попытались преградить и изменить направление броска, но нападавшие перекатились через них. Броц твёрдо приземлился в ворота, принося первое очко.

Толпа взорвалась оглушительным рёвом одобрения.

Ричард только что кое-что понял. Команда императора полагалась на свои превосходящие габариты и вес, размалывая себе дорогу сквозь защиту противников.

Им не требовалось какой-нибудь реальной потребности в ловкости. Ричард подал своим тайный сигнал рукой, когда другая команда, располагалась для второй атаки.

Когда они пошли в наступление, вся команда Ричарда изогнулась в поперечную линию блокировки, используя низкий захват ног под громилами в центре.

В этом не было изящества, но зато сослужило цели пробить щель. И прежде, чем прорыв сможет сомкнуться, Ричард проскочил в него. Ключевой не изменил курс, уверенный в том, что своими габаритами снесёт Ричарда со своей дороги.

Ричард крутанулся, резко подсекая спереди мужчину, охватывая ногу за его лодыжку. Поскольку игрок, спотыкаясь, пытался сохранить равновесие, Ричард выхватил броц вывалившийся из его рук, когда они метнулись в естественной реакции при падении защитить наперво лицо.

Ричард увернулся и устремился по свободной от игроков линии. И всё же, как только все больше и больше игроков сбегалось к нему, он паснул броц Джонроку, уже появившемуся за линией нападавших.

К дикому восторгу своих поклонников, Джонрок кратко показательно выставил броц на общее обозрение, пока он убегал от захвата преследователей.

Джонрок, подобрав подходящий момент, развернулся на бегу и, продолжая бежать задом, смеялся в лицо преследовавшим его мужчинам, после чего перебросил броц через их головы Ричарду.

Нападавшие начали выныривать со всех сторон, когда Ричард поймал броц. Он выкрутился от одного, увернулся от другого, оттолкнулся от третьего, круто меняя направление, силясь избежать тисков этих громил.

Несмотря на то, что его игроки отвлекали нападавших и блокировали их наступление на Ричарда, все же противники замкнули кольцо вокруг него. Когда Ричард попытался проскользнуть через одного, другой схватил его вокруг плеч и словно маленького ребенка, сбросил его на землю.

Ричард понял, что ему не удастся удержать броц и он не хотел оказаться в основании навалившейся кучи с переломанными костями, потому, как только он коснулся земли, он взметнул броц. Брюс бежал в правильном месте и в нужное время. Он поймал броц, но потом его подсекли за ноги.

Дунул рог, завершая период игры команды императора. Они выиграли очко, и Ричард был счастлив, что отнял у них второе.

Пока он нёсся к своей стороне поля, он сделал выговор себе за то, что позволил эмоциям взять верх над ним. Он не уделял этому должного внимания. Он не осознавал, что делал. Он чуть не дал убить себя. Он ничем не сможет помочь Кэлен, если он не приспособится.

Вся его команда запыхалась и тяжело дышала, большинство наклонились и опёрлись на колени, пытаясь восстановить дыхание. Вид у них был подавленный.

— Вот и славно, — обратился к ним Ричард когда дошёл до них, — мы дали им фору. Давайте-ка теперь снимем их с пьедестала.

Вся команда заулыбалась. Все воспрянули духом от его слов.

Ричард поймал броц, брошенный ему судьёй, и посмотрел на своих игроков.

— Давайте-ка покажем, с кем они имеют дело. Играем один-три, потом в обратном порядке, — и на случай, если они не расслышали его в этом гвалте, он быстро показал им один палец, потом три. — Пошли.

Все, как один, они сорвались в стремительный бег, тут же объединившись в узел вокруг Ричарда. Никаких блокеров впереди, никаких нападающих по сторонам. Вместо этого, все собрались в боевой порядок хотя и плотный, но такой, в котором они могли и сохраняли способность нестись на полной скорости.

Другая команда выглядела обрадованной их тактике. Это их манера игры — грубой силой. Подбадриваемые своими болельщиками, они бежали в своём формировании и Ричард был первым.

Все в команде Ричарда наблюдали за командой Джеганя и ждали того момента, когда достигнут условленного квадрата. И вот, в обозначенном месте, вся команда Ричарда внезапно рассыпалась одновременно по всем направлениям.

Это был настолько поразительный манёвр, что другие игроки заметались, двигаясь то в одном, то в другом направлении, абсолютно неуверенные в том, куда же, наконец, устремиться, поскольку вся команда противника неожиданно разбежалась во все стороны.

Каждый из игроков Ричарда вырисовывал сумасшедшие зигзагообразные траектории, которые, казалось, были абсолютно неосмысленными.

Громилы команды Джеганя не знали, кого хватать, за кем погнаться, да и вообще, чего делать-то им. В мгновение ока, массивное, сосредоточенное нападение рассеялось, словно хаотично разлетевшиеся светлячки.

Толпа заревела, разразившись хохотом от восхищения и удовольствия.

Ричард нёсся по такой же дикой траектории, как и его игроки, с той лишь разницей, что только у него был броц.

К тому времени, пока другая команда прониклась этим фактом, Ричард уже обогнул большинство из них и углубился во вражескую территорию. Поскольку двое блокеров припустили за ним, он рванул, словно в гонке за жизнь.

Когда он добежал до победной зоны, он запустил броц. В тот момент, когда броц вылетал из его пальцев, его толкнули сзади, но уже было слишком поздно, чтобы предотвратить бросок. Броц достиг цели.

Ричард рухнул на землю вместе с преследователем, навалившемся поверх него. Но на удачу, тот бежал на полной скорости, потому по инерции перекувыркнулся через спину Ричарда.

Ричард вскочил на ноги и рысью побежал на свою сторону поля, сопровождаемый дикими восторгами толпы. Счёт сравнялся, но его не устраивал равный счёт. Ему нужно выжать превосходство. Сценарий игры, который он задумал, всё же, пока не воплощён. Ему необходимо воплотить замысел.

Его команда, вся светившаяся от улыбок, сбегалась максимально быстро. Ричарду не требовалось подавать новых условных сигналов — с предыдущего раза они получили указания на целую игру. Стоило судье бросить ему броц, как они все устремились в стремительный забег.

Снова они собрались в плотный строй, покрывая дистанцию по полю.

Однако, на этот раз команда Джеганя в попытке предупредить их манёвр в последнее мгновение рассыпаться по сторонам, — разошлись по полю, чтобы не дать возможности разбежаться нападавшим по всем направлениям. Толпа покрывала их одобрительными воплями.

Вместо того, чтобы разбиться на части, команда Ричарда, тем не менее, продолжали сплочённой группой пробираться через правую середину поля. Несколько разрозненных игроков оставались у них на пути и были сметены всем весом атакующих, когда попытались перехватить их.

Несущественная защита первых двух и последовавшая третьим защитником, вообще никак не отразилась на скорости наступления команды Ричарда. Другая команда, внезапно поняв, что произошло, кинулась в погоню. Но было слишком поздно. Команда Ричарда направлялась прямо к воротам.

Как только он оказался в победной зоне, его команда развернула защитный щит, и Ричард бросил броц. Он наблюдал, как в свете факелов броц описал дугу в ночном воздухе и влетел в ворота. Толпа сокрушалась бурей приветственных эмоций. Раздался звук рога, оповещая о конце периода.

Судья в центре поля объявил счёт: одно очко на счету чемпионов — команды Джеганя — и два очка у претендентов.

Но вскоре, прежде, чем судья закончил объявлять счёт и песочные часы были перевернуты, Ричард увидел, что он повернулся к чему-то за пределами поля. К Джеганю. Он был в зоне, которую отгородили для него. Сбоку была Никки. Кэлен расположилась чуть позади. С ней была Джиллиан.

Все замерли в ожидании, когда судья двинулся за боковую линию и с минуту выслушивал императора. Потом он кивнул, вышел в центр поля, и объявил, что поскольку второй гол был после сигнала рога, а потому не будет засчитан. Напрягая свои гортанные связки он провозгласил счёт равным.

Часть толпы негодующе вопила в гневе, в то время, как другие радостно орали от неожиданной радостной вести.

Игроки Ричарда разразились сердитыми возражениями, осуждая решение. Ричард шагнул к ним. Гвалт толпы был настолько громким и он боялся, что они не смогут его расслышать, и потому провёл большим пальцем поперек горла, пресекая их возражения.

— Вы не сможете изменить решение! — во всю глубину лёгких крикнул он им, — Успокойтесь! Сосредоточьтесь!

Они прекратили возмущаться, но и не смирились с этим. Так же, как и Ричард, но он понимал, что ничего не сможет предпринять против этого. В конце концов, сам император не засчитал их гол. Ричард оказался перед необходимостью изменить свои планы.

— Мы должны остановить этих людей, — говорил он, вышагивая перед своей командой. — Когда снова придёт наш тайм, будем играть два-пять, — он показал сначала два, потом пять пальцев. — Они кивнули. — Вы не можете остановить то, что только что произошло, но вы сможете помешать им набирать очки. Потом мы разыграем свою игру и вернём то, что было отнято незаконно. Перестаньте заостряться на том, что произошло и уже свершилось, — сосредоточьтесь на том, что мы должны сделать.