Терри Гудкайнд – Одиннадцатое правило волшебника, или Исповедница (страница 55)

Молния резко исчезла. От удара грома в ушах Никки продолжал стоять звон. От послесвечения до сих пор стояли блики в глазах.

Энн, с замершим выразительным взглядом в мёртвых глазах, скользнула на пол и обрушилась лицом вперёд. Поток крови рос из-под неё, растекаясь по белому мрамору.

Три женщины снизу зала, словно три стервятника взгромоздившихся на мертвой ветке, стояли плечом-к-плечу, наблюдая за Никки.

Никки знала способ, которым они смогли совершить подобное, и чего ей не представлялось возможным: они объединили свою силу. Она и сама, когда они впервые были захвачены Джеганем, объединяла свою способность с другими Сёстрами Тьмы. Все втроём они действовали, как одна и именно благодаря этому только что сумели воспользоваться своим Даром во Дворце.

Но вот то, чего не могла понять Никки, так это то, как они проникли сюда.

Она ждала, что в любую секунду молния зажжётся вновь, и её постигнет та же самая участь, как и Энн. Было время, когда её абсолютно не заботило, что по той или иной причине она умрёт.

Теперь же, её это волновало. Её очень заботило это. Она жутко сожалела, что не сможет оказать достойное сопротивление перед тем, как умереть. Ну, хотя бы это произойдёт быстро.

Сестра Эрминия улыбнулась злорадной улыбкой.

— Никки, дорогая. Как приятно видеть тебя снова.

— Ты забралась в плохую компанию, — добавила Сестра Джулия, прижимаясь к Сестре Эрминии справа.

Коренастая Сестра Грета, примкнувшая к ней слева, воззрилась пристальным взглядом.

Все три были Сёстрами Тьмы. Сестра Эрминия освободилась от власти Джеганя, наряду с Улицией, Цецилией и Тови. Самостоятельно те вчетвером разожгли Огненную цепь, захватили Кэлен и пустили в игру шкатулки Одена.

Но Сёстры Джулия и Грета, которых Никки тоже знала хорошо, долго оставались пленницами Джеганя. То, что Сестра Эрминия явилась с этими двумя, являлось какой-то бессмыслицей.

Не располагая временем, чтобы разобраться, почему эти трое явились вместе, Никки решила, что раз уж суждено умереть, то она, по крайней мере, попытается бороться.

Она резко описала рукой дугу вокруг, выбрасывая самый сильный щит, на который она была способна, понимая, насколько слабым он окажется, но надеялась, что он продержится достаточное время. Стрелой она помчалась в противоположном направлении, двигаясь в сторону лестницы.

Но не сделала она и трёх шагов, как аркан плотного воздуха хлестнул вокруг и вытянул из-под неё ноги. Она тяжело плюхнулась на пол. Её щит оказался бесполезным против объединённой силы тех троих.

Она была несколько обескуражена тем, что они не воспользовались тем же видом смертоносной магии, которую они примели на Энн.

Не задерживаясь на том, чтобы осмыслить, почему или что из этого следует, Никки перекатилась влево и вскочила на ноги. Через проём, она нырнула в соседнюю прихожую. Позади, она расслышала, как эти три Сестры кинулись за ней.

В этих простых, пустых залах, сделанных из гладкого мрамора, не было никакого места чтобы спрятаться. Никки знала, что если она побежит, они просто зажгут огненный шар чтобы расправиться с ней. Никакого реального шанса, чтобы оторваться от них и выйти за пределы досягаемости их силы.

Но, раз уж они побежали за нею, то скорее всего они будут ждать от неё, что она будет мчаться от них, а потому вместо этого, Никки прижалась спиной к стене прямо около края соседнего пересечения, с ближней стороны откуда появятся эти троё, бегущих за ней.

Тяжело дыша, она пыталась держаться тихо, насколько это было возможно. С этого места, где она решила устроить засаду, ей не было видно тела Энн, но она могла видеть яркое пятно крови, растекавшееся по белому мраморному полу.

Трудно было поверить, что Энн умерла. Она была свидетелем восхождения и падения королевств и пережила бесчисленные поколения на своём отрезке жизненного пути. Казалось, что она жила вечно. Невозможно было попытаться представить мир без Эннелины Алдуррен.

Хотя Никки и невзлюбила аббатису, всё же она чувствовала острую боль горечи утраты. Казалось, что только-только Энн пришла в согласие с некоторыми своими противоречиями. После стольких прожитых лет, после такой длинной жизни, она, наконец, встретила настоящую любовь в своей жизни.

Как только Никки услышала стремительно приближающиеся шаги, она напрягла всю свою сообразительность. Горевать времени не оставалось.

Никки едва ли находилась в стороне от сцен насилия и смерти, но она никак не пользовалась этой манерой сражения. Будучи Госпожой Смерть, она была свидетельницей тысяч смертей, и убила людей больше, чем могла бы сосчитать или запомнить, но ей никогда не приходилось делать это голыми руками.

Теперь, без своей силы, это был единственный способ. Она попыталась представить, чтобы предпринял Ричард на её месте.

Как только три Сестры появились из-за угла, Никки вложила всю свою силу, когда протаранила локтём лицо самой ближней к ней. Она услышала хруст зубов. Её сердце билось так стремительно, что она даже не почувствовала удара в своём локте. От удара Сестра Джулия растянулась на спину.

Без всякой паузы, когда Сестра Джулия продолжала ещё скользить по полу, Никки прыгнула на Сестру Эрминию, хватая ту за волосы. Она воспользовалась инерцией женщины, чтобы по дуге через зал заставить врезаться её головой в стену. Её череп издал тошнотворный «чвак» при ударе об камень.

Никки надеялась, по крайней мере, оглушить женщину, если не удастся убить её. Если бы осталась лишь одна Сестра, то та оказалась бы в состоянии воспользоваться своей силой не лучше, чем это смогла сделать Никки.

Но Сестра Эрминия продолжала оставаться вполне вменяемой. Она изрыгала проклятия и изо всех сил пыталась высвободиться. Никки, по-прежнему сохраняя инициативу, рванула её назад и, задрав ей голову за волосы, приготовилась в очередной раз со всего размаху ударить её лицом об стену.

Прежде, чем она смогла свершить задуманное, тучная Сестра Грета врезалась в тело Никки, сбив её в сторону и освободив Сестру Эрминию. Всем своим весом Сестра на ходу обрушилась на Никки с такой силой, что у Никки от удара об пол вылетел весь воздух из лёгких.

Она наощупь пыталась расцарапать напавшую на неё женщину и отогнать её прочь.

Сестра Грета, крепко обхватив Никки за талию, изгибаясь в сторону, легко уклонялась лицом в сторону пола. Никки перевернулась, чтобы отшвырнуть Сестру Грету ногой.

Сестра Эрминия с кровоточащим лицом, наступила ногой на грудь Никки. Сестра Грета выпрямилась рядом с ней и пыталась отдышаться.

Перед тем, как Никки изо всех сил напряглась, чтобы подняться, её потряс болевой шок, прожёгший всё тело, разорвавшись в основании черепа. Этот удар вытянул воздух из её легких. Объединив свой Дар, эти две оказались достаточно сильными, чтобы сокрушить Никки.

— Не очень вежливый способ приветствовать своих Сестёр, — пробормотала Сестра Грета.

Никки попыталась проигнорировать боль. Она, резко толкнулась руками от пола, пытаясь подняться, но Сестра Эрминия перенесла больше своего веса на ногу и в тот же самый момент острая колючая боль усилилась.

Перед глазами Никки всё поплыло и смазалось в небольшое пятнышко в центре чёрного туннеля мрака, её спина конвульсивно изогнулась и мышцы скрутились узлом. Её пальцы расцарапывали пол. Она решила что-нибудь предпринять, чтобы заставить это прекратиться.

— Предлагаю тебе остаться там, где ты сейчас, — произнесла Сестра Эрминия, — Или, предпочтёшь, чтобы мы напомнили, сколько ещё мучений у нас припасено для тебя, — она выгнула бровь на Никки, — Ну?

Никки была не в состоянии говорить. От боли у неё струились слёзы из глаз. Вместо этого она кивнула.

Сестра Джулия споткнулась совсем рядом и, закричав от боли и бешенства, тут же изо всех сил зажала рот обеими руками. С её подбородка сочилась кровь, стекая на перёд её выцветшего голубого платья, и струясь по рукам капала с локтей.

Сестра Эрминия, продолжая стоять одной ногой на груди у Никки, наклонилась и упёрлась рукой в колено.

Голосом, который лишь отчасти принадлежал ей, она произнесла.

— В конце концов, вернулась к нам, милая?

Ледяной холод растёкся по жилам Никки. Она поняла, что это был пристальный взгляд Джеганя, что смотрел сверху вниз на неё.

Не будь она во власти той агонии, что довлела над ней и не позволяла делать ничего кроме, как дышать, она бы без всякого промедления пустилась бежать, пусть даже это означало бы внезапную смерть. Внезапная смерть для неё была более предпочтительной.

Неспособная бежать, она вместо этого представила, как выбить глаза Сестры Эрминии — через которые Джегань смотрел словно через окна.

— Я собираюсь выбить тебе зубы за это, — невнятно пробормотала Сестра Джулия сквозь ладони, которыми зажимала рот, — Я собираюсь…

— Заткнись, — раздался ужасный микс голоса Сестры Эрминии и Джеганя. — Или я не разрешу им излечить тебя.

В глазах сестры Джулии мелькнул ужас, как только она поняла, что угроза Джеганя адресовалась ей. Она притихла.

Сестра Эрминия протянула руку по направлении к Сестре Джулии.

— Дай-ка это мне.

Сестра Джулия запустила кровавыми пальцами в карман и вызволила кое-что неожиданное, кое-что, что заставило Никки поперхнуться от страха. Сестра Джулия вручила это Сестре Эрминии.

Сестра Эрминия убрала ногу и опустилась на одно колено, склонившись над распростёртой на полу Никки. Никки знала, что на неё надвигалось. Она боролась изо всех сил, всей своей паникой, но тело никак не отвечало на её усилия. Её мышцы были напрочь парализованы колющей силой прожигавшей её нервы.