Терри Гудкайнд – Девятое правило волшебника, или Огненная цепь (страница 144)

Несмотря на усталость Никки поспешала следом по дорожке между клумб. Через застекленную крышу Никки разглядела темнеющее фиолетовое небо и поняла, что наступает ночь. Очевидно они видели закат.

Как и Ричард, Никки мало обращала внимания на покрытые виноградной лозой стены, деревья и прочие растения. Что и говорить, сад был великолепен, но ее пристальный взгляд был прикован к каменному алтарю в отдалении. Она не видела ни одной из трех шкатулок, которые должны были находиться там. На плите что-то стояло, но она не могла понять, что это было.

По тому, как начала подниматься грудь Ричарда, он уже узнал вещицу на алтаре.

Они прошли по траве и ступили на пустой участок земли. Тут Ричард замер на полушаге и опустился на землю.

— Лорд Рал, — спросила Кара. — Что там?

— Ее следы, — прошептал он. — Я узнаю их. Они не покрыты магией. Она была здесь одна. — Он указал на землю. — Две дорожки. Она приходила сюда дважды. — Он оглянулся назад, разглядывая в траве что-то, чего они не могли видеть. — Она стояла на коленях там, в траве.

Он вскочил и прыжком преодолел оставшуюся часть пути до алтаря. Никки и Каре пришлось бежать, чтобы не отставать от него.

Подойдя к гранитной плите, Никки наконец разглядела то, что одиноко стояло там.

Это была статуэтка женщины, та, что высеченная в мраморе была установлена на Площади Свободы в Алтур-Ранге. Оригинальная статуэтка, которую, как Ричард и говорил, он вырезал сам. Статуэтка, которая, по его словам, хранилась у Кэлен. На статуэтке Никки заметила кровавые отпечатки рук.

Дрожащими руками Ричард поднял деревянную фигурку и прижал к груди, едва сдерживая рыдание. Никки показалось, что он вот-вот упадет на землю, но обошлось.

Через мгновение он обернулся к ним, его лицо было залито слезами. Он протянул Каре и Никки изображение гордой фигурки, голова которой была откинута назад, сжатые в кулаки руки отведены в стороны.

— Эту статуэтку я вырезал для Кэлен. Это — ее душа. Я же говорил, что она не могла быть в Алтур-Ранге, потому что Кэлен всегда носила ее с собой. Если статуя скопирована в камне и стоит на площади Алтур-Ранга, там, в Древнем Мире, то как она оказалась здесь?

Никки вытаращилась на статуэтку, пробуя понять, что же она видит. Она не могла постигнуть этого противоречия. Она помнила, как Ричард пытался понять, что он увидел в могиле, где была похоронена Мать-Исповедница. Теперь она точно знала, что он чувствовал в тот момент.

— Ричард, я не понимаю как это возможно… Как она здесь оказалась?

— Ее оставила тут Кэлен! Оставила, чтобы я ее нашел! Сестры заставили ее забрать шкатулки Одена! Не понимаешь? Не видишь, наконец, что правда — вот она, стоит перед тобой?

Не в силах больше говорить, он прижал статую к груди, словно это было самое большое в мире сокровище.

Казалось, он весь излучает боль. Глядя на него Никки задавалась вопросом: на что было бы похоже, если бы он так любил ее, Никки.

В то же время, несмотря на сумятицу в мыслях, несмотря на печаль от того, что она видела, несмотря на боль, которую он испытывал, Никки чувствовала огромную радость. Радость, что есть кто-то, так много значащий для Ричарда. Пусть даже если этот кто-то — всего лишь фантазия. Никки все еще не была убеждена, что это не так.

— Теперь ты понимаешь? — спросил он. — Вы обе понимаете?

Кара, столь же ошеломленная, как и Никки, тряхнула головой.

— Нет, Лорд Рал, лично я ничего не понимаю.

Он поднял маленькую статую.

— Никто ее не помнит. Вероятно, она прошла мимо тех солдат, и они забыли ее точно так же, как забыли все, кто тысячи раз встречался с ней. Она совершенно одна в руках этих четырех Сестер, и они заставили ее отправиться сюда и забрать шкатулки. Посмотрите, на протяжении всего ее пути — кровь. Ее кровь? Поймите же, только представьте, как одиноко ей, забытой всеми. Она оставила статуэтку здесь, может быть, в надежде, что кто-то увидит ее и будет знать, что она на самом деле существует.

Он протянул ее Каре, потом Никки.

— Посмотрите! Она покрыта кровью. На алтаре тоже кровь. И на земле. Вот ее следы. Как вы думаете, почему шкатулки пропали, а статуя оказалась тут? Да потому, что она была здесь.

Внутри Сада Жизни стояла мертвая тишина. Никки была сбита с толку и не знала чему верить. Она видела то, что видела, но все это казалось совершенно невозможным.

— Теперь вы мне верите? — спросил их обеих Ричард.

Кара сглотнула.

— Лорд Рал, я верю тому, что вы сказали, но все-таки я ее не помню.

Когда его хищный пристальный взгляд скользнул к Никки, она тоже сглотнула, оказавшись во власти этого взгляда.

— Ричард, я не знаю, что происходит. То, что ты говоришь, конечно важное свидетельство, но, как сказала Кара, я тоже ее не помню. Сожалею, но я не могу солгать, и сказать то, что ты хочешь услышать, просто чтобы сделать тебе приятное. Я говорю правду — я все еще не помню того, о чем ты говоришь.

— Знаю, что не помните, — тихо сказал он с неожиданным и поразительным состраданием. — Об этом я и говорю. Случилось что-то ужасное. Никто ее не помнит. И это может быть вызвано мощным и очень опасным заклинанием. Несомненно, эти люди владеют обеими сторонами магии. Заклинание это настолько опасно, что книга о нем была спрятана в катакомбах и укрыта мощными щитами. Волшебники, спрятавшие ее, похоже, надеялись, что никто и никогда ее не найдет.

— Огненная Цепь, — выдохнула Никки. — Из того, что я успела прочитать, я поняла, что у него есть сила, чтобы уничтожить мир живых.

— Чего добиваются Сестры? — горько спросил Ричард. — Они уже ввели в игру шкатулки Одена. Они намерены предать всех живущих Владетелю, и ты должна понимать это лучше любого другого.

Никки положила руку себе на лоб.

— Добрые духи! Думаю, ты можешь оказаться прав. — Она не чувствовала кончиков пальцев — руку покалывало от страха. — Из прочитанного я поняла, что, похоже, это заклинание из тех, которые Зедд, Энн и Натан хотели применить к тебе — использовать Магию Ущерба, чтобы заставить тебя забыть Кэлен. Если твои предположения верны, в каком-то смысле это — то же самое, что проделали Сестры — они заставили всех остальных забыть о ней.

Никки глядела в его серые глаза, глаза, в которых она могла бы потеряться. Она чувствовала, как по щекам текут слезы.

— Ричард, я пробовала это заклинание.

— О чем ты?

— Я испытала заклинание, которое они хотели применить к тебе, попробовала его на одном из солдат Ордена, там, в Каска. Я пыталась заставить его забыть Джеганя, но неудачно. А что, если Огненная Цепь проделывает это с каждым?

Ричард сердито засопел.

— Пошли.

Он направился прочь из сада, направляясь к генералу и его солдатам, стоявшим у входа в полированную гранитную прихожую, столпившись вокруг двери в Сад Жизни.

— Лорд Рал, — сказал Тримак, — я не вижу шкатулок.

— Их украли.

Рты солдат раскрылись от удивления. Глаза генерала Тримака расширились.

— Украли?… Но кто мог это сделать?

Ричард поднял статуэтку и помахал ею перед офицером.

— Моя жена.

По виду генерала Тримака было видно, что он не может решить — кричать ли от ярости или убить себя на месте. Вместо этого он провел рукой по губам, обдумывая все услышанное, стараясь объединить это с уже известной ему информацией. Он устремил на Ричарда сосредоточенный взгляд, свойственный командирам высокого ранга.

— Лорд Рал, я все время получаю донесения и уверен — мне докладывают обо всем, что происходит здесь. Я не мог упустить ни слова полезной информации. Генерал Мейфферт тоже присылает мне сообщения. А поскольку сейчас армия находится недалеко, время на доставку донесений измеряется часами, а не днями. Когда он отведет войска южнее, времени потребуется больше, но пока я имею самую свежую информацию.

— Например?

— Ну… пока не знаю, означает это что-нибудь или нет, но сегодня утром я получил еще одно донесение. Они нашли женщину, старую женщину, раненую мечом. Там сказано, что она очень плоха. Не знаю, почему он сообщил мне об этом, но генерал Мейфферт — умный парень, и думаю, по какой-то причине он решил, что это — сведения чрезвычайной важности и я должен знать об этом.

— Насколько они близко? — спросил Ричард. — Я имею в виду войска. Где они находятся?

Генерал пожал плечами.

— Верхом? Дорога достаточно трудная, но, думаю, займет не больше пары часов.

— Тогда распорядитесь насчет лошадей. Немедленно.

Генерал Тримак ударил кулаком в грудь, одновременно подавая сигнал своим людям. Двое солдат шагнули вперед.

— Бегите вперед и приготовьте лошадей для Лорда Рала. — Он глянул на Ричарда, затем на Кару и Никки. — Троих?

— Да, троих лошадей, — подтвердил Ричард.

— И сопровождение из солдат Первого Кольца, чтобы показать дорогу и обеспечить безопасность.

Гвардейцы кивнули и ринулись вниз по лестнице.

— Не знаю, что и сказать в свое оправдание, Лорд Рал. Конечно же, я подам в отставку.

— Не глупите. В этом случае вы ничего не смогли бы сделать. Это была магическая уловка. Я позволил этому случиться, и эта ошибка — моя. Я — Лорд Рал, и должен был быть магией против магии.

Никки подумала, что он пытался, но никто ему не поверил.