Терри Гудкайнд – Десятое правило волшебника, или Фантом (страница 57)

Ричард жестом отклонил предложение.

— Нет необходимости. Большинство людей собрались здесь, а остальные узнают обо всём позже.

В лагере было слишком много людей, чтобы Ричард мог говорить так, чтобы его услышали сразу все. Поэтому он собирался подробно объяснить всё старшим офицерам, чтобы те, в свою очередь, в точности передали его слова подчинённым. Для выполнения этого замысла людей собралось достаточно.

Вокруг тента стояли и наблюдали солдаты. Генерал Мейфферт властным жестом приказал им вернуться к своим делам. И они немедленно начали рассеиваться, чтобы заняться повседневными делами, пока командиры будут обсуждать их судьбу.

Генерал Мейфферт жестом пригласил Ричарда и его эскорт пройти к укрытию. Ричард взглянул в небо: судя по всему скоро начнётся настоящий ливень. Под непромокаемым тентом было тесно. Раздался глухой стук — множество кулаков ударилось о кожаные доспехи в воинском салюте. Ричард приветствовал их, тоже прижав кулак к сердцу.

— Сегодня я здесь, — начал Ричард, обводя взглядом присутствующих, что молча смотрели на него, — по очень серьёзному поводу. Приближается заключительное сражение; к нам движется армия Имперского Ордена.

Не должно быть никакого непонимания в том, что я должен вам сказать. Мне нужно, чтобы каждый из вас понял, что поставлено под угрозу, понял, о чём я хочу просить вас, и понял, зачем это нужно. Речь идёт о жизни каждого из нас. Я не буду скрывать от вас ничего, я честно отвечу на все вопросы, которые вы сочтёте нужным задать. Прошу вас, если что-то неясно — спрашивайте; если не согласны с моим решением — высказывайте возражения. Я высоко ценю ваши знания и навык. Я доверяю вашим способностям и опыту.

Но я взвесил всё, что мне известно, сложил воедино все факты и принял решение. Его трудно оценить, не имея полной информации, поэтому я попытаюсь объяснить вам причины своего решения. Но потом не должно быть никаких возражений.

По голосу было слышно, что Ричард принял окончательное решение.

— И вы подчинитесь моему приказу.

Мужчины переглянулись. Ричард ещё никогда не отдавал столь решительных приказов. В полуденной тишине Ричард зашагал взад-вперёд, тщательно подбирая слова. Наконец он взмахнул рукой, словно указывая сразу на всех, собравшихся перед ним.

— Что больше всего волнует вас? Волнует как офицеров, как командиров?

На минуту повисло смущенное молчание.

— Полагаю, то самое, о чём вы уже упомянули, Лорд Рал. Заключительное сражение, — наконец произнёс кто-то из офицеров.

— Верно. Заключительное сражение. — Ричард остановился и повернулся к офицерам.

— Для всех нас эта мысль стала привычной. Что настаёт момент истины, высшая точка наших усилий, великая битва. Что в этом сражении не просто определится победитель и проигравший — оно определит, кому жить, а кому умереть. Так же считает и Джегань.

— Иначе он был бы плохим полководцем, — заметил один из старших офицеров.

В толпе собравшихся послышались редкие смешки.

— Что ж… Это, пожалуй, верно. — Торжественно произнёс Ричард. — Особенно в отношении императора Джеганя. Его цель — нести свои убеждения, поэтому он намерен раз и навсегда сокрушить нас в этом сражении. Он — весьма умный и опасный противник. Он заставил нас полностью сосредоточиться на предстоящем нам сражении, и его замысел сработал!

Смех умер. Теперь люди выглядели недовольными — слишком уж высоко оценил Ричард способности врага. Военные не любят подобных оценок, ведь это может заставить их людей потерять мужество в борьбе с противником.

Сам Ричард вовсе не был заинтересован преуменьшать способности Джеганя. Наоборот, он хотел, чтобы его армия точно знала, что им противостоит, чтобы каждый солдат представлял истинные размеры нависшей угрозы.

— Джегань — большой любитель игры Джа-Ла д`Йин.

Часть его собеседников согласно кивнули. Ричард понял, что, по крайней мере, некоторые знают, о чем идет речь.

— У него есть собственная команда Джа-Ла, подобно тому, что у Братства Ордена есть собственная армия. Джегань хочет, чтобы его команда побеждала. Всегда. И поэтому в свою команду он отобрал самых крупных, самых здоровых, самых сильных игроков. Он не воспринимает игру, как соревнование. Его команда обязана побеждать в любом состязании, побеждать постоянно.

Команда Джеганя проиграла всего однажды. Но вместо того, чтобы усилить тренировки и добиться успеха, он уничтожил игроков. И набрал новых — самых сильных, самых рослых, самых быстрых. Между прочим, название Джа-Ла д`Йин означает «игра жизни».

В самом начале, когда Джегань ещё только начинал объединять народы Древнего мира в единую нацию, он терпел поражения. И извлекал из них уроки. Он собрал самую большую и жестокую армию, какую мог, и в результате ему удалось объединить весь Древний Мир под знаменем Ордена. И когда он — по воле Братства Ордена — начал эту войну, он позаботился, чтобы в его распоряжении оказались ресурсы достаточные, чтобы успешно исполнить свою миссию. Любой из вас поступил бы также.

Но и потом Джеганю приходилось не раз проигрывать сражения. Он снова извлекал из них уроки, и требовал, чтобы ему присылали ещё людей. Вот так он и добивается победы во имя Ордена. В результате, сейчас он командует армией, чья сила способна подавить любое сопротивление. Он знает, что победит. Поэтому с нетерпением ожидает заключительного сражения.

Кроме того, Император Джегань обладает древней магией сноходцев. Он способен вторгаться в умы людей не просто, чтобы получить какую-либо информацию, а чтобы управлять ими. Как вы знаете, сегодня он управляет множеством одарённых, и среди них есть Сёстры Света и Тьмы. Таким образом, в его распоряжении оказались обе силы — и сталь, и магия.

— Лорд Рал, — прервал речь Ричарда один из старших офицеров. — Вы слишком легко отвергаете наших людей. Большинство солдат нашей армии — уроженцы Д`Хары. И они передают свои умения всем остальным. Наши люди — вовсе не зелёные новички, они прекрасно понимают, что находится под угрозой. Это испытанные солдаты, которые умеют сражаться. А ещё на нашей стороне Верна и её Сёстры.

— Имперскому Ордену не суждено проиграть лишь потому, что он несёт зло. В конце концов, зло, конечно, обернётся против себя самого, но для нас и для тех, чьи жизни мы защищаем, это слабое утешение. Прежде чем погибнуть от собственного яда, зло может властвовать ещё тысячу или две тысячи лет, или даже дольше.

Ричард снова принялся расхаживать туда-сюда, его голос наполнился большей страстью.

— Бывают времена, когда усилия отважных людей способны изменить ход истории — я готов с этим согласиться. Точнее, я даже рассчитываю на это. Сейчас наступает момент, когда мы должны решить, каким будет наше будущее. Мы должны сделать то, что необходимо. И неважно, насколько болезненно это будет, если в результате наши дети это будущее получат. Наше с вами будущее, свобода следующих поколений сейчас зависят от нас с вами, от того, что мы сделаем, и насколько успешно будем действовать.

— Лорд Рал, — со спокойной уверенностью произнёс офицер, — наши люди знают, что нас загнали в угол. Они не подведут, если вы имеете в виду именно это.

Ричарду стало ясно, что его не понимают. Он перестал шагать и остановился перед офицерами, сложив руки за спиной. Где-то в глубине сознания всплыло призрачное видение, которое показала ему Шота. Кровавая судьба, ожидающая их всех. Словно тяжёлый груз навалился на его плечи. Ричард заговорил снова.

— Я всегда говорил, что не могу вести вас в финальное сражение с Орденом, или мы проиграем. Всё, что случилось после моего последнего визита к вам, только убедило меня в собственной правоте.

Недовольный ропот, подобно грому, заполнил сумрачный день. Прежде чем кто-нибудь успел возразить, Ричард поспешно продолжал.

— Армия Ордена очень скоро войдёт в Д`Хару с юга и двинется к Народному Дворцу. Наша армия идёт на юг им навстречу. Они это знают. Ждут вас. Хотят этого. Джегань управляет нашей тактикой, мы исполняем его приказы. Он вынуждает нас ввязаться в сражение, в котором мы не сможем победить. Сражение, которого он проиграть не может.

В ответ раздались протестующие крики. Несколько голосов прокричали, что будущего знать не может никто, что они еще могут одержать победу. Ричард поднял руку, призывая к тишине.

— Будущее, действительно, не предопределено. Но правда в том, что всё обстоит именно так. Вы — солдаты. Планируя свои операции, вы руководствуетесь фактами, а не своими желаниями.

Даже если бы мы чудесным образом вдруг выиграли бы сражение, это ничего бы не решило. Для нас это была бы дорогой ценой выигранная битва, и только. А отброшенный нами Орден вернётся, пополнив свои ряды новыми силами. Выходит, выиграв то сражение, мы окажемся лицом к лицу с необходимостью ещё одной битвы. Только противостоять в ней нам будет гораздо большее количество солдат противника.

Почему? Да потому что в каждом сражении мы теряем людей, а потому становимся слабее. У нас не так много людей, чтобы пополнять ряды армии. А Джегань получает столько людей, сколько ему требуется и становится только сильнее.

И есть ещё одна причина, по которой мы не можем победить: невозможно выиграть войну защищаясь. Таким способом можно выиграть сражение, но не войну.