Терри Брукс – Защитники Шаннары (страница 67)

- Оставайся на борту, вне видимости. Жди нас здесь.

Кошачьи глаза прыгнули в его направлении. – Не особо больше я могу сделать, разве нет?

Транспортник начал спускаться на прогалину, появившуюся между множеством оврагов и хребтов, выходящих на горы впереди. Когда они оказались достаточно близко, чтобы закрепить швартовые, Юзуриент приказал сбросить подъёмники и вся команда начала слезать. Их продвижение было быстрым и эффективным. Ушло менее десяти минут, чтобы все пять сотен выгрузились и построились внизу, разбившись на отряды – разведчики с фронта, тяжёлое вооружение в тылу. Отряды состояли из стрелков, мечников, копейщиков, каждый с определённой задачей, но все с единым приказом – овладеть крепостью и прикончить всех внутри.

Юзуриент ранее думал внести поправки в этот приказ ради возможности собрать полезную информацию из оставшихся в живых. Но в конце концов проще было просто перебить их всех. Имеющаяся у них информация скорее бы всего имела мало пользы, и для его людей будет меньше риска с приказом на убийство, чем с захватом и задержанием.

Он осмотрелся вокруг, стоя сейчас на переднем плане своих войск. Впереди ландшафт представлял собой бесплодный массив камней и расщелин. Ни растений, ни признаков жизни. Даже без птиц, взлетевших бы от их прибытия. Какой убогий, бесполезный кусок земли, подумал он. Как здесь вообще может быть что-то, что стоит сохранить?

Его лидеры отрядов столпились поблизости, пока он повторял в самый последний раз инструктаж, который уже дважды проводил им. Дождаться атаки боевыми кораблями. Когда она сойдёт на нет, выдвинуться вперёд через бреши в стенах – мечники во главе, следом копейщики, стрелки в резерве, а отряды тяжёлого вооружения в качестве поддержки. Обнаружить всё ещё живых и устранить. Всех. Выкурить их, если они попрячутся. Никого не пропускать.

Затем он выдвинул их вперёд, занимая позицию прямо позади разведчиков, возглавляя поход на вершины и к крепости под их тенью, всё подразделение растянулось подобно огромному бесшумному пятну на местности. Они разошлись веером в двух направлениях, образовав тиски, чтобы заключить и сдержать тех, кто находился в стенах впереди, их ряды выстроились шахматным порядком, чтобы предотвратить всякий побег. Рёв океана, бьющего о скалы, и постоянное завывание океанского ветра скрывали их приближение, приглушая лязг и бряцанье металла и скрип сапог.

Когда они заняли позицию, Юзуриент отправил вверх согласованный факел, и боевые корабли двинулись вперёд начать штурм. Повернувшись бортами, большие разрыватели плоти, установленные на палубах, высвободили мощь, питаемую диапсоновыми кристаллами, и волны взрывного огня обрушились на сейчас полностью видимую крепость. Целые участки стен распались за минуты, а главные ворота обрушились щепками дерева и железа. Крики тревоги поднялись изнутри, и люди повалили на то, что осталось от стен, чтобы дать отпор. У них не было ни единого шанса. Военные корабли били беспрестанно, сметая людей, выводя из строя их второсортное оружие, разрушая крепостные валы и башни, на которых оно располагалось.

Когда воздушные корабли замолкли, Юзуриент взревел своим пяти сотням, и вся его команда хлынула к стенам, проникла через неровные бреши в камне и помчалась внутрь.

Случившееся дальше было предсказуемо чудовищно. Убийство было повальным и непрерывным, пока мечники и копейщики расправлялись с немногими оставшимися из защитников, а затем отправились за всеми остальными. Мужчины, женщины и дети, старые и молодые, здоровые и ущербные были порезаны на куски. Они умирали, крича и в мольбах. Они умирали, сражаясь и убегая. Они умирали там, где скрывались, или пока искали выход. Но они все умирали одинаково. Никого не пощадили и никто не сбежал. Кровь и плоть были повсюду, безжизненная субстанция того, что когда-то являлось человеческим поселением, истреблённое менее чем за час. Весь штурм был исполнен безупречно. Совсем небольшая часть солдат Красной Резни были убиты в процессе, и ещё меньше было ранено даже самым незначительным образом.

Тем не менее были те, кто в последствии ошеломлённо рассматривал дело своих рук, поражаясь тем, насколько это ужасно. Реакция была определённо неоднозначной. Были пролиты слёзы. Кто-то бормотал проклятия или тихие мольбы с просьбой о прощении. Были бурные оправдания и заверения в необходимости всего этого. Было хвастовство и насмешки. Разнообразный набор, но всё равно одинаковый.

Юзуриент бессловно шёл через побоище, его жёсткое лицо ничего не выражало, он всё вбирал в себя. Его радовало то, как хорошо всё прошло, но раздражало, что его войска, судя по всему, не обнаружили колдуна. Дессет выглядел таким уверенным, что он здесь, всё же того не было ни следа. Отчёт его лидеров отрядов не раскрыл судьбу Арканнена, а это значило, что вероятней всего, колдун умудрился сбежать.

- Выводите людей, - приказал он. – Мы здесь закончили. Славная работа от каждого из вас. Сегодня люди получат дополнительную порцию какой угодно выпивки или что-либо ещё, потребного им. Дайте им знать.

Он стоял снаружи стен, пока его люди выходили, подмечая смешанные выражения на их лицах, подмечая тех, кто не глядел на него, и тех кто глядел в открытую; подмечая, как они вели себя после битвы и свершённых убийств. Все виды реакций, и всё же каждый солдат исполнил свой долг, и было важно только это. Ужас мгновения померкнет; воспоминания об умерших сгладятся. В не таком отдалённом будущем никто даже не будет думать об этом.

Когда появились отряды тяжёлого вооружения, он послал их обратно с портативными разрывателями, чтобы сжечь всё оставшееся, включая тела. – Уничтожьте все следы этого, - приказал он.

Он ожидал, пока не увидел взметнувшееся пламя и не учуял вонь сгорающей плоти, пронизывающие морской воздух, прежде чем развернуться и пойти назад с остальными. Остатки сегодняшней работы исчезнут с первым сильным штормом Быстрины Прилива. После этого только почерневшие камни и разбитые стены будут отмечать то, что когда-то было Арброксом.

Солнце вставало из-за Быстрины Прилива в серой и серебристой дымке, разгоняя морской смог и освещая почерневшие руины Арброкса. Завитки дыма поднимались от этих руин тонкими нитями, которые быстро подхватывались и развеивались морскими ветрами. Чайки и бакланы с другими морскими птицами начали прилетать из отдалённых гнёзд, устремляясь попировать на останках мёртвых, безразличные к понесённым потерям, привлеченные возможностью лёгкой пищи и никем не прерываемой еды.

Западнее военные корабли Федерации и транспортник как раз исчезали в том, что оставалось от убывающей ночи, держа путь к городу Стёрн.

Человек в чёрных одеяниях стоял снаружи того, что осталось от Арброкса и его мертвецов, наблюдая. Его взгляд сместился с крепости на военные корабли, с живых на мёртвых, думая такие тёмные мысли, что можно было практически дотронуться до них, как и до остатков пепелища.

Единственный вопрос господствовал в его мыслях.

Как они могли сделать это?

Да, Арброкс был пиратской крепостью, и его население было пиратами и семьями пиратов. Да, они нападали на корабли Федерации с целью выживания, даже зная, что за это наверняка последует возмездие, и что это подвергает их жизни опасности каждый раз, когда они отправляются на охоту. Да, они жили на грани меча и острия копья.

Но перебить всех до последнего мужчин, женщин и детей? Вырезать всё население и сравнять поселение обратно с землёй, как будто оно никогда не существовало? Его гнев был всепоглощающим. Это являлось актом такого великого зла, что оно должно быть отомщено. Хотя охота шла не на него – или не исключительно на него – это ощущалось в высшей степени личным. Люди Арброкса приняли его, когда все в остальных Четырёх Землях хотели выловить его. Эти люди кормили и заботились о нём, они относились к нему как к одному из своих. Они вернули его снова к жизни и ничего не просили взамен.

Они не заслужили умереть, как умерли. Они не заслужили быть вырезанными как скот.

Он бы погиб вместе с ними, если бы не решил этой ночью поспать отдельно в прибрежной башне, которую он предпочитал, когда его тьма сильней всего поглощала его. Он не увидел бы этот рассвет, если бы не знал, когда настаёт время уйти и оставаться в стороне, пока мрак не пройдёт и его хорошее настроение не вернётся.

По чистой случайности он всё ещё жив. И из-за судьбы, возможно?

Он натянул на плечи свой плащ потуже и в последний раз взглянул на Арброкс и его друзей. Кто-то предал их. Кто-то знал о их убежище и выдал их Федерации. Резня иначе не смогла бы их найти.

Времени достаточно, чтобы рассчитаться по счетам – рассчитаться и с предателем, и с убийцами. Но необходимо найти способ собрать их всех вместе и скормить их такому аттракциону ужасов, который не будет уступать тем, что поглотили людей Арброкса.

А кто лучше него сможет найти такой способ?

Кто лучше, чем Арканнен Рай?

4

ШЕСТЬЮ НЕДЕЛЯМИ ПОЗЖЕ, ДОЖДЛИВОЙ НОЧЬЮ, ВЫДАВШЕЙСЯ ЗНАЧИТЕЛЬНО менее приятной в связи с внезапным проседанием температуры прямо перед наступлением сумерек, Рейн Фросч вошёл в Таверну Кабаньей Головы в городке Портлоу незадолго до начала выступления. Дрожа от сырости и мороза вопреки своему плотному всепогодному плащу, он встал в проходе таверны и отряхнулся, смахивая дождевую воду и неприятные ощущения, в то же время осматривая лица собравшихся завсегдатаев в просторной комнате.