Терри Брукс – Защитники Шаннары (страница 64)
Она протянулась, и он быстро встал оказать ей поддержку. Её рука крепко схватилась за него, и она плавно подняла себя на ноги, внезапно показавшись моложе и сильней. Она улыбнулась от выражения его лица.
- Теперь мы можем идти, - сказала она.
2
С КЕРАТРИКСОМ, ПРОКЛАДЫВАЮЩИМ ПУТЬ, И ПАКСОНОМ, ОБЕСПЕЧИВАЮЩИМ поддержку, Афенглу Элесседил направлялась по коридорам и проходам Крепости Друидов к площадке воздушного корабля у северной башни. Несколько друидов встретились им на их пути, задержавшись передать приветствия, на которые Ард Рис отвечала как положено, прежде чем продолжать. Её продвижение было отмечено видимостью спешки – и по правде, спешка определяла природу её отбытия, как на это ни посмотри.
Она приостановила свой путь лишь раз. Задержавшись у двери, открывающейся на посадочную площадку и ожидающий воздушный корабль, она жестом отослала Кератрикса, молчаливо стоя с Паксоном и ожидая возвращения своего помощника. Секунды протекали медленным ходом, отмеренная ей жизнь постепенно убывала. Не раз высокогорец думал заговорить с ней, но что-то в её поведении удерживало его от этого. Она пребывала наедине со своими мыслями, и он чувствовал это, сейчас ей это и было нужно.
Когда Кератрикс вернулся, он привёл с собой Хрисаллин.
Сестра Паксона подбежала от писца к Афенглу, весь протокол и формальности отринулись, когда они обнялись. Хрисаллин начала плакать, на её лице было потрясённое выражение.
- Не уходите, Госпожа, - всхлипнула она. – Не оставляйте нас!
- Что ж, ты догадалась, - ответила Афенглу, взяв её за плечи и отодвинув, чтобы можно было смотреть ей в лицо. – Ты всегда так быстро узнаёшь правду. Это хорошо тебе послужит.
Хрисаллин, кажется, приложила монументальное усилие, чтобы взять слёзы под контроль, выпрямив себя, собравшись. Она была высокой и стройной, её девичество ушло – сейчас уже молодая женщина, сильная и стойкая, с определённой дорогой в жизни. – Разве ничего нельзя сделать? – Спокойно спросила она Ард Рис.
- Всё, что можно сделать, уже сделано. Происходящее сейчас предопределено. Я ухожу, потому что пришло время. Моя жизнь была долгой и насыщенной. Не скорбите обо мне. Чествуйте меня в своих воспоминаниях.
Сестра Паксона взглянула на него умоляюще о помощи, после чего обнаружила ответ в его глазах на её невысказанную нужду и медленно кивнула. – Я никогда не забуду, что вы для меня сделали, - сказала она наконец. – Я буду чествовать вас в воспоминаниях, но больше в сердце.
Афенглу улыбнулась. – Это очень радует меня. Теперь же прислушайся ко мне в этот последний раз. Если тебе понадобится советник в какой-то момент, по любому вопросу, говори с Паксоном. И слушай своего брата. Он здесь ради тебя, если понадобится. Он поклялся мне, что это будет так – хотя я уверена, что он всё равно был бы здесь ради тебя и без клятвы. Но может прийти время, когда жизнь станет настолько сложной, что ты не сможешь её выносить. Если это случится, положись на него.
- Я сделаю это, Госпожа. Обещаю.
- И я спрошу за это обещание. – Старая женщина протянулась вперёд и поцеловала её в обе щёки. – Прощай, Хрисаллин.
Оказавшись за дверью и наверху посадочной площадки, Ард Рис и её сопровождающие прошли к быстрому клипперу, подготовленного Изатурином, и у которого он ожидал. Ему предстояло отправиться с Паксоном в это поездку, и только они двое станут свидетелями ухода Афенглу из Четырёх Земель. Капитан Стражи Друидов Дажу Рис и его спутники тролли были уже на борту и выступят командой. Для всех, кто мог наблюдать за этим, это отбытие выглядело всего лишь одним из многих, а не последним. Лишь немногие собравшиеся у воздушного корабля знали правду.
У рампы, приготовившись к посадке, Афенглу повернулась к Кератриксу и взяла его за руки. – Прощай, молодой человек. Ты был всем, на что я могла надеяться от писца и доверенного лица в эти заключительные годы. Надеюсь, ты будешь хорошо думать обо мне, когда меня не станет, и что будешь помнить, что я пыталась быть добросердечной с тобой.
- Вы были неизменно доброй, Госпожа, - сумел сказать писец, прежде чем не выдержать.
Она взяла его за плечи и на мгновение обняла, прежде чем повернуться обратно к Паксону. – Помоги мне взойти на борт, - приказала она.
Это было сделано за секунды. Стоя с Ард Рис и Изатурином, Паксон наблюдал, как тролли поднимают световые паруса и отдают швартовые. Он слышал, что диапсоновые кристаллы начали заряжаться, уютно устроившись в своих парсовых трубах, разогреваясь от потока энергии, вытягиваемой из радианных тяг. Он смотрел, как паруса раздуваются в полуденном бризе, и затем они начали взлетать, поднимаясь в скученные над головой облака, густые и пушистые на фоне глубокой синевы неба. Внизу стены Паранора с башнями становились меньше на фоне зелени окружающих лесов, и когда воздушный корабль сменил курс на юг, они померкли и исчезли.
- Последний раз, - прошептала Афенглу, в основном сама себе, хотя Паксон отчётливо расслышал слова.
Изатурин отошёл на нос корабля, оставив Ард Рис с высокогорцем. Паксон смотрел за его уходом. Он заметил глубокую молчаливость другого во время их посадки, и тот верил, что Верховный Друид управляется с этими последними часами в лучшем виде насколько ему известно – но всё равно пребывал в противоречиях, его путь был неясен. Паксон не мог винить его. Его собственные чувства были резкими и болезненными, его чувство места и времени пошатывалось его собственным нежеланием принимать неизбежное.
Воздушный корабль пролетел на юг к Ущелью Кеннон, следуя узкой трещине, разделявшей Зубы Дракона, и спустился на пограничье Каллохорна, прежде чем повернуть на восток, чтобы следовать за горной грядой, прослеживая голубую ленту Реки Мирмидон далеко внизу. Никто не говорил, включая его. В происходящем было что-то нереальное, чувство остановки времени с их продвижением. День растягивался через полдень и к закату, но даже зная место их назначения, это никак не помогало развеять нереальность, окутывающую причину их путешествия. Паксон продолжал думать про одно и то же, будучи не способен полностью впитать слова, не в состоянии найти способ принять их.
В коллективной памяти живущих мужчин и женщин никогда не было времени, когда Афенглу Элесседил не являлась частью их жизней. Она была незыблемой и долговечной как сама земля – присутствием, не затронутым событиями или ходом времени. То, что она однажды умрёт, было неизбежно, но всегда казалось, что это будет вовсе не в этот день, или в следующий, или вообще вскоре. Постоянство её присутствия успокаивало и в некоторой мере было необходимо. Её жизнь была даром. Её срок пребывания в качестве Ард Рис был отмечен свершениями. Она послужила орудием в спасение Четырёх Земель от существ из Запрета, когда те вырвались. Она реформировала разбитый орден друидов, когда все кроме двоих были убиты, и сделала его сильней и более эффективным, чем он был в прошедшие годы. Она выступала посредником мира, длившимся более века между Федерацией и остальными правительствами Четырёх Земель. Она сделала друидов значимыми и вновь желанными в глазах рас.
Вся её жизнь была отдана её обязанностям как Ард Рис. В её жизни было двое мужчин, но оба явились к ней в её ранние годы, и оба были слишком быстро потеряны. Говорилось, что потеря её сестры Арлинг была даже хуже, оставив её в таком лишении, что больше она не была способна любить, и вытеснила эту нужду глубоко укоренившейся приверженностью своей работе. Говорилось, что потеряв свою семью, друиды стали её семьёй.
Всё это Паксон Ли почерпнул из передающихся историй и писаний – от друидов и обычных людей – и внутренне понимал, что это правда. Сближение с ней подтвердило большую часть этого. Остальное только добавляло прикрас к легенде, которой она стала, завёрнутой в мантию истории, которая сохранится надолго после её кончины, выживет благодаря наследию, которое теперь будет передано Изатурину. Паксон раздумывал, каково это должно быть для другого человека. Всё, что он делает, будет оцениваться в сравнении с тем, что делала она. Всё, чем он был или станет, будет сравниваться с памятью о ней.
Он не желал бы себе такого, подумал он. Он никому бы это не пожелал.
Сейчас они сидели спереди кабины пилота, наблюдая за небом постепенно темнеющим впереди них с приближением заката – миновав уже Рунную Реку, где она сворачивала на юг в направлении Радужного Озера; также миновав и город Варфлит; миновав всё связанное с Паранором и друидами кроме воздушного корабля, на котором они ехали глубоко вдоль Зубов Дракона к широкому простору Равнин Рэб, которые можно было увидеть убегающими к отдалённой фиолетовой стене Вольфстаага.
Затем они сместились к северу к проёму в Зубах Дракона, где, как поведала Афенглу Паксону, дорога вела наверх к зазубренным пикам Сланцевой Долины и Хейдисхорну.
- Я хочу, чтобы ты отправился со мной, когда я буду уходить, - вдруг сказала ему Ард Рис, нагнувшись к нему, чтобы её можно было услышать не поднимая голос против ветра. – Только ты, я и Изатурин.
Он согласно кивнул, задумавшись об этом, но не желая открыто расспрашивать. Почему его просили пойти? Беспокоилась ли она о своей безопасности? Являлось ли присутствие её наследника недостаточным для успокоения?