Терри Брукс – Бегущая с демоном (страница 28)

Пику было явно неуютно.

— Ужас, Нест. У меня нет особых знаний о том, из чего сделаны люди. Ты мне не кажешься отщепенкой, но я только лесовик, так что моим мнением можно пренебречь.

Она сжала губы.

— Может, для меня твое мнение значит больше, чем ты думаешь!

Он издал тяжелый вздох, потеребил свою клочковатую бороду и уставил на нее пронзительный взгляд.

— Мне такие разговоры не по нутру, так что давай покончим с любезностями. Ты спросила, верю ли я в то, что Бог и Слово — одно и то же. Я верю. Ты можешь называть Слово любым именем — Бог, Мухаммед, Будда, Мать-Природа или Филин Дэниел, это ничего не меняет. Все они суть одно, и это одно создало все вокруг, включая тебя. Поэтому тебе лучше оставить эту чушь, будто ты слеплена из разных частей, а горстка недовольных божеств пытаются подогнать тебя под свои стандарты. Не знаю, почему ты оказалась такой, какая ты есть, но я уверен: это нужно по определенной причине, и создана ты цельной.

Его брови сошлись в одну линию.

— Если тебе так приспичило беспокоиться, я не думаю, будто причина в том, что ты обязана своим существованием Богу, Слову или еще кому бы то ни было. Думаю, тебе стоит побеспокоиться на тему: каковы сейчас ожидания на твой счет и что тебе делать, чтобы не стать огромной головной болью для твоего создателя.

Она смущенно потрясла головой.

— О чем это ты?

— Вот о чем. Все существует в единстве противоположностей. Слово — лишь часть такого единства, Нест. Пустота — вторая половина. Слово и Пустота — один создатель, другой разрушитель, один добро, другой зло. Они постоянно воюют между собой с начала времен. Один старается поддерживать равновесие жизни, другой стремится уничтожить его. Мы все участвуем в этой борьбе, потому что от этого зависит наша жизнь. Равновесие важно не только вокруг, но и внутри нас. Добро — Слово — тоже находятся внутри нас, так же как и Зло — Пустота. И каждый пытается взять верх, ищет способ победить другого.

Он сделал паузу, изучая ее.

— Ты уже поняла, что отличаешься от большинства людей. Ты — нечто особое. Одна твоя нога твердо стоит в мире людей, другая — в мире лесных жителей. Таких, как ты, немного. Как я уже сказал, для этого есть причина, как и для всего в мире. И, пожалуйста, не подумай, будто Пустота этого не понимает. У тебя есть сила и мощь. У тебя есть задача. Пустота хочет, чтобы все это служило ей. Ты можешь считать себя хорошим человеком, но это ничего не меняет. Тебя еще не проверяли. По-настоящему. Перед тобой не стоял выбор, который может изменить тебя настолько, что ты и не осознаешь этих изменений. Рано или поздно, это должно случиться. Может быть, раньше, учитывая оживление среди пожирателей. Что-то уже происходит, Нест. Так что лучше сконцентрируйся на этом. И будь бдительна!

Когда он закончил, воцарилась долгая тишина, и Нест задумалась над его предостережением. Он напряженно замер в ее руке, сложив руки на деревянной груди, сжав рот в тонкую линию, лишь глаза дерзко сверкали. Он пытается таким образом что-то сообщить, догадалась девочка. Слова содержали не единственный смысл; предостережение касалось чего-то еще. В душу закралось сомнение, какая-то тень. Она обнаружила, что раздумывает над прошлыми днями, над спасением Беннетт Скотт из ущелья, попытками мэнтрога вылезти из заточения, ростом числа пожирателей и увеличением их наглости. Связано ли предостережение Пика с этими событиями?

И что он пытается до нее донести?

Она знала: сегодня ей не удастся это понять. Она уже видела подобное выражение на лице своего друга, упрямое и раздраженное. Оно было красноречивее слов.

Она вдруг почувствовала себя опустошенной и усталой. Опустила Пика на землю, дождалась, пока он слезет с ее руки, и снова выпрямилась.

— Я пошла домой, — сообщила она. — Увидимся вечером.

И, не дожидаясь его ответа, она повернулась и скрылась среди деревьев.

Однако домой она не пошла. Вместо этого прогулялась по парку, свернув по склону к рукаву реки и пройдя по западному берегу. Она старалась успокоиться и поразмышлять о том, что ее беспокоило. Сформулировать некоторые проблемы, хоть пока еще не все. Ее тревожили и уже прошедшие события, и те, что должны были вот-вот грянуть. Впрочем, это не было настоящим предчувствием — так, невнятный неприятный шепоток внутри.

Жаркий день был в разгаре, солнце что есть силы палило с безоблачного неба, потихоньку сдвигаясь к западу. В парке было пусто, даже голоса людей на пикнике казались далекими, едва различимыми. Как будто кто-то ждал того же, что она предчувствовала. Как будто некое событие вот-вот грядет.

Она прошла внизу под санным спуском, обойдя двух рыбачивших пареньков. Подняла глаза на длинную деревянную шлюзовую перемычку откуда зимой начинался спуск на санях, вспоминая ощущение: как здорово нестись по замерзшей реке, набирая скорость и влетая в ледяной желоб. И сейчас она ощущала нечто подобное: захватывающее чувство, обширное, но опасное, когда все скользко и можно потерять управление.

День тянулся и тянулся. Она поискала пожирателей, но не увидела ни одного. Поискала Дэниела, и его тоже нигде не было. Вспомнила, что забыла спросить Пика, удалось ли тому обнаружить следы кота Беннетт Скотт. Когда она проходила мимо деревьев, с них шурша слетали листья, и Нест представила себе изображенные на них лица и фигуры. Подумала о своих родителях — оба были загадочными фигурами в ее жизни, исчезнувшими во времени, почти мистическими. Вспомнила про упорное нежелание Ба рассказать о них что-либо конкретное. Холодная, суровая догадка начала зарождаться в ее сознании. Она заставит Ба рассказать все, пообещала себе Нест. Заставит.

Она прошла к подножию холмов, стоя спиной к тому месту, откуда начинались пещеры. Пик предупреждал ее, чтобы она никогда не ходила туда. Взял с нее слово. Это небезопасно, настаивал он. И неважно, что другие ребята регулярно лазали в пещеры без какого-либо вреда. Другие не видят пожирателей. И не пользуются магией. Ей нельзя рисковать, так что пускай держится подальше.

Нест тряхнула головой и начала подниматься в гору. Вот оно, опять. Ощущение своей непохожести. И так всегда.

Она поднялась наверх и повернула к кладбищу. Подумала, что стоит навестить могилу матери. Ей внезапно захотелось этого — соединиться с прошлым. Она пересекла дорогу перед индейскими захоронениями и повернула к лесу. Солнце добела раскалилось в небе, оно ослепляло. Нест сгорбилась и прикрыла глаза рукой.

Впереди двигалась чья-то фигура.

Она медленно вошла в тень и попыталась разглядеть, кто это. Вначале решила, что это Два Медведя, явившийся на встречу слишком рано. Но потом заметила: другой мужчина, в зеленом комбинезоне работника парка. Он сгребал мусор граблями, собирая его в холщовый мешок. Она замешкалась, но потом продолжила путь. Когда дошла до мужчины, он обернулся и посмотрел на нее.

— Жаркий денек, верно? — Его приятное лицо было гладким, лишенным выражения, голубые глаза казались столь бледными, будто в них забыли добавить краску.

Она кивнула и неуверенно улыбнулась.

— Собралась прогуляться на кладбище? — спросил он.

— Моя мама там похоронена, — сообщила она, остановившись.

Мужчина воткнул грабли в землю, положив руки на рукоятку.

— Тяжело это — мать потерять. Давно она ушла?

— Я тогда была маленькой.

— Угу, давно, значит. Знаешь, я тоже свою едва помню.

Нест вдруг захотелось рассказать ему про гигантский дуб, но потом она решила, что они уже и так сделали все, что могли, и Пик лучше обо всем позаботится.

— А отец у тебя есть? — вдруг задал вопрос мужчина.

Нест помотала головой.

— Я живу с дедушкой и бабушкой.

Лицо мужчины стало печальным.

— Это не то же самое, что иметь отца, правда же? Старики недолговечны, значит, рано придется полагаться только на себя. Потом начинаешь искать себе работу. Но взгляни на эти деревья. Вот это — старое и дряхлое. Вроде бы ему и не надо ни от кого зависеть. Но вдруг приходит лесоруб и за пять минут срубает его. И что оно может поделать? Улавливаешь мою мысль?

Она посмотрела на него, смущенная.

Мужчина перевел взгляд на небо.

— Погода еще не собирается меняться. Пойдешь в понедельник на фейерверк?

Она кивнула.

— Хорошо. Это будет грандиозно. Четвертого июля всегда что-то происходит. — Его улыбка стала слегка насмешливой. — Может, там и увидимся.

Она вдруг ощутила беспокойство. Что-то в этом человеке опечалило ее. Ей захотелось уйти от него подальше. Пришла мысль: скоро обед, и лучше отправиться домой. Навестит могилу матери вечером, когда будет тихо и прохладно.

— Мне пора идти, — выдавила она.

Мужчина снова посмотрел на нее, ничего не говоря. Она заставила себя улыбнуться ему и повернулась, чтобы идти. Тени высоких деревьев уже стали длинней. Она быстро удалялась, ощущая дискомфорт.

Она не оглядывалась, поэтому не видела, как странные глаза мужчины стали жесткими и холодными, сосредоточившись на цели. Он наблюдал за ней.

Стоило Нест Фримарк скрыться из виду, как демон подхватил холщовый мешок и грабли, взвалил их на плечо и отправился в путь. Он пересек дорогу, ведущую к индейским захоронениям, свернул вниз к реке, тихонько насвистывая себе под нос. Скрываясь среди деревьев, он спокойно шел на восток через парк. Там, где холмы закрывали солнце, свет был тусклым и серым, тени же — глубокими. Заканчивались дневные матчи, люди с пикника собирались домой. Демон улыбнулся и двинулся дальше.