Тери Терри – Стертая (страница 17)

– Они ехали классом на экскурсию в Британский музей в Лондоне, когда последовала атака АПТ. Они не были целью нападения, просто отклонились от маршрута, и автобус попал под обстрел. Выжили немногие.

Я смотрю на нее непонимающе.

– АПТ?

– Антиправительственные террористы. – Миссис Али кривит губы, как будто попробовала что-то горькое. – Идем, – говорит она.

Я иду за ней по дорожке, машинально переставляя ноги, а в голове сменяющие одна другую картины: зажатый в лондонском трафике автобус, взрывы, пламя. Крики, окровавленные руки стучат в окно… последний взрыв… И тишина.

Каменный мемориал, тернистые розы, список имен.

Миссис Али оставляет меня на стуле возле офиса.

– Подожди здесь, пока она позовет, – говорит ассистент преподавателя и исчезает за поворотом коридора.

На двери табличка – «Доктор Уинстон, педагог-психолог». Вскоре дверь открывается; из кабинета выходит ученик.

– Следующий! – доносится из комнаты женский голос.

Кому это она? Мне? Никого больше поблизости нет.

– Следующий! – повторяет тот же голос, но теперь громче. Я поднимаюсь со стула, неуверенно заглядываю в офис.

– Привет! Кайла Дэвис? Не стесняйся, входи.

Женщина улыбается. Или нет? Накрашенные ярко-красной помадой губы похожи на повернутый вверх полумесяц. Косметики на лице столько, что если она улыбнется по-настоящему, оно может треснуть.

– Вижу, идентификационную карточку ты уже получила. Хорошо. Посмотри, там, у двери прибор. Когда входишь, нужно провести по нему карточкой, и прибор скажет, кто ты.

Я оборачиваюсь: на стене у двери небольшая коробочка со слотом. Смотрю на свою карточку. Беру ее в руку и перевожу взгляд на женщину.

– Можешь не снимать. Просто поднеси лицевой стороной к слоту.

Я следую указанию, и прибор пищит.

– Молодец. Садись. Вот так ты и будешь теперь делать при входе и выходе. Таким образом мы знаем, где находится каждый ученик. – Снова улыбка.

Я опускаюсь на краешек стула перед ее столом.

– А теперь слушай. Я объясню, чем тебе предстоит заняться до конца дня.

Она говорит, что я должна пройти тесты, чтобы решить, в какие классы меня определить: общие, специализированные для начинающих и другие. И тогда завтра утром я получу расписание с предписанными занятиями.

– Вопросы есть? – спрашивает доктор Уинстон, уже закрывая папки на экране компьютера.

– Да, один.

– О? – Она выжидающе смотрит на меня.

– Можно мне в класс искусств? Я уже хорошо рисую. И медсестра говорит, что мне нужно…

Я умолкаю. Доктор Уинстон бросает нетерпеливый взгляд на часы. До меня ей нет никакого дела.

– Вот что я сделаю: положу записку в твой файл. – Она опять улыбается и пробегает пальцами по клавишам. – Вот: «Кайла интересуется искусством». Все так? А теперь поспеши вниз, на ланч, и будь хорошей девочкой.

Я поднимаюсь и направляюсь к двери.

– Подожди.

Останавливаюсь.

– Тебе же нужно отметиться! А иначе компьютер будет думать, что ты еще здесь.

Я вставляю карточку в слот, и прибор пищит.

Внизу самостоятельно нахожу столовую и замечаю сканер у двери. Вставляю карточку. Сканер срабатывает.

После ланча, как и обещала доктор Уинстон, меня ждут тесты. Все выполняются на компьютере, все многовариантные. Миссис Али внимательно наблюдает, как я снова и снова нажимаю А, В, С или D. Вопросы по большей части простые и касаются многих тем: математики, английского, истории, географии, биологии.

К концу тестирования занемели плечи и устали глаза. Думаю, я все сделала правильно.

Результаты будут готовы завтра, говорит миссис Али и провожает меня до двери. И тут же звенит звонок – уроки закончились.

Домой еду на автобусе с Беном. Эми отправилась с Джаззом. Бен убедил ее, что со мной все будет в порядке.

Иду за ним по проходу. Теперь, когда голова свободна от тестов, мысли возвращаются к памятнику и расстрелу террористами автобуса с учениками. Автобусу, такому же, как этот.

Замечаю движение слишком поздно.

Цепляюсь ногой за выставленную и тут же убранную ногу, спотыкаюсь и лечу вперед. В последний момент пытаюсь выставить руки, но кто-то дергает мой рюкзак, оттягивая назад плечи. Я врезаюсь лицом в спинку сиденья и падаю в проход.

По салону раскатывается смех.

Поднимаюсь на колени, трогаю губу – на пальцах остается кровь.

Выпрямляюсь. Оборачиваюсь.

Это она. Та самая девушка, которая не дала мне вчера сесть на свободное кресло рядом с ней.

– Приятная поездочка? – ухмыляется она.

Сжав кулаки, шагаю к ней, и улыбочка сползает с ее лица. Зрачки расширяются…

– Кайла? Кайла! – Бен хватает меня за руку, дергает и тянет за собой в конец салона.

Водитель встает со своего места и выходит в проход.

– У вас тут все в порядке?

Все молчат. Я стою за Беном, и меня ему не видно. Он возвращается, садится, и через минуту автобус отъезжает от школы.

Бен обнимает меня за плечи и ведет к свободному месту сзади.

– Надо быть осторожнее, Кайла. Смотреть под ноги. – Лицо его непроницаемое, но в глазах не злость, а озабоченность. Конечно, он понимает, что это она сделала мне подножку. Умышленно.

Бен роется в кармане, достает салфетку и протягивает мне. Я прижимаю ее к губе, потом отнимаю и вижу ярко-красное пятно. Хотя и небольшое.

Бывало и хуже.

Или нет?

Глава 16

– Я в порядке.

– В порядке ты не выглядишь. – Мама промокает мою губу салфеткой с антисептиком. – Что случилось?

– Споткнулась. В автобусе. Ударилась лицом о сиденье.

Я не говорю о выставленной ноге, о смехе, под который поднималась с пола. Не говорю, как повернулась и уже была готова врезать той девчонке кулаком в лицо. И она поняла это – за секунду до того, как Бен увел меня прочь, я увидела в ее глазах неуверенность и страх.

– А где была Эми, когда это случилось?

Что сказать? Не знаю. Да, что Джазз – ее бойфренд, это секрет. А что Эми была в его машине, это тоже секрет? И мамы не должно было быть дома так рано – ушла с работы пораньше. Как будто уловила что-то своим драконьим радаром.

– Она не смогла меня поймать, – говорю я. Вроде бы и не соврала – Эми ведь там не было.

– А где она сейчас?