Тери Браун – Весеннее пробуждение (страница 32)

Она сглотнула, сделала глубокий вдох, потом молча кивнула Виктории и отвернулась. Ей не хотелось оставлять Эндрю в таком состоянии, но доктор был прав: нельзя забывать о себе. К тому же требовалось высказать Виктории несколько неприятных слов.

Глава четырнадцатая

Всю дорогу до машины Виктория без умолку болтала. Она знала, что стоит перевести дыхание, и Пруденс задаст ей взбучку, и даже догадывалась почему. Без сомнения, доктор Санборн сообщил ей, что дядя Конрад готов оплатить все медицинские расходы Эндрю, если их не покроет армия. Учитывая историю их знакомства, гордость Пруденс наверняка заставляла ее негодовать при мысли о благотворительности, несмотря на крайнюю необходимость. Поэтому Виктория продолжала бессмысленную болтовню, хотя сама ощущала ее неуместность – ведь они только что оставили Эндрю одиноко и беспомощно лежащим на больничной койке.

Хотя Виктория не обладала особыми познаниями о беременности, даже она видела, что Пруденс выглядит не слишком хорошо. Еще до того, как рассказала Пруденс об Эндрю, она заметила ее бледность и тени под глазами. Вряд ли беременным женщинам полагалось так выглядеть. С другой стороны, Виктория не могла похвастаться широким знакомством с ними. Большинство дам ее круга в ожидании ребенка после пятого месяца уже не показывались на людях.

Когда они садились в машину, Виктория краем глаза заметила, что Пруденс повернулась к ней и поджала губы, от чего ее рот превратился в прямую, некрасивую линию. У Виктории в голове мелькнуло сравнение с сердитым попугаем, но она тут же передумала делиться этим замечанием с Пруденс – вряд ли та оценит.

Поскольку Пруденс явно собиралась заговорить, Виктория поспешно спросила:

– Ты голодна? Может, заедем куда-нибудь пообедать? – И тут ее осенило, какой сегодня день. – Ах да, все же закрыто. Тогда хочешь, поедем к Кейти? Уверена, они не обидятся за опоздание. Особенно когда узнают… Нет? Ладно. Тогда поехали ко мне. – Она вскинула руку, чтобы предупредить возражения. – Нет, я больше ничего не желаю слышать. Тебя нельзя оставлять одну. Ты и так с ног валишься. Элинор и Сюзи должны быть дома. Устроим настоящий праздник. – Она завершила речь вымученной улыбкой.

Внезапно навалилась усталость, и Виктория откинулась на спинку сиденья. Ей сегодняшний день тоже дался тяжело. Две недели она почти не отходила от постели Эндрю, а когда сошла с корабля на английском берегу, только и думала о том, чтобы продержаться, пока не найдет Пруденс и не отвезет ее к мужу. Облегчение от наконец-то выполненной задачи вылилось в краткий прилив энергии, но он уже заканчивался, и на смену ему приходила глубокая усталость.

Виктория устроилась поудобнее и прикрыла глаза, надеясь, что Пруденс не станет ругать ее слишком сурово.

– Виктория?

Она приготовилась к худшему.

– Ммм?

– Спасибо, что привезла Эндрю домой.

У Виктории перехватило горло. Не открывая глаз, она протянула руку, и Пруденс с готовностью ее сжала.

– Не за что.

Остаток дороги они молчали. Виктория знала, что не стоит рассчитывать на забывчивость Пруденс или тешить себя надеждой, что все сойдет с рук, но сейчас Пруденс требовалась лишь ее поддержка.

В квартире было темно, но натоплено. После того как Виктория привезла Эндрю в госпиталь, она не заезжала домой, а сразу поспешила к Пруденс.

– Сюзи? – позвала Виктория. – Элинор?

Ей не терпелось, чтобы Элинор поскорее взглянула на Пруденс, дабы убедиться, что с ней все в порядке.

Из кухни в длинный коридор примчалась Сюзи. Круглые, как блюдца, глаза выделялись на узком лице. На ней было красное платье с короткими кружевными рукавами, а волосы зачесаны в более свободной манере, чем обычно.

– О, мисс Виктория! Я не знала, что вы приезжаете сегодня. Почему вы не предупредили, мисс?

Сюзи стрельнула глазами в сторону кухни.

Увидев взволнованно приплясывающую на месте служанку, Виктория догадалась, что причина не только в неожиданном приезде хозяйки. Но она так устала, что даже не пыталась разобраться, в чем дело.

– Я не знала, когда доберусь до дома. Сюзи, что происходит? Где Элинор?

– Мисс Элинор сказала, что после смены навестит мать, но долго у нее не задержится. Мы решили приготовить простой рождественский ужин, пикшу под белым соусом с картофельным пюре. Вам с Пруденс тоже хватит. Хотя прошу прощения, но у Пруденс такой вид, что ей лучше присесть.

Виктория обернулась. Сюзи оказалась права: Пруденс слегка покачивало.

– Идем в гостиную, – потянула ее за руку Виктория. – Сюзи, будь добра, разожги камин посильнее. Я поставлю чайник.

– О, мисс, не беспокойтесь. Я сама все сделаю. На вас тоже лица нет. Присядьте, а остальное предоставьте мне. Просто вы так неожиданно приехали, вот я и удивилась.

Виктория нахмурилась, но спорить не стала. Она действительно очень устала. Пока Сюзи хлопотала над Пруденс, Виктория рухнула в любимое кресло. Маленькая служанка накрыла ноги Пруденс пледом, принесла хозяйке одеяло. Виктория чувствовала, как начинает оттаивать. Когда речь заходила о прислуге, отец испытывал противоречивые чувства, но всегда хорошо им платил и относился как к членам семьи. Виктория следовала его примеру и, как и сэр Бакстон, ни разу не пожалела о своем добросердечии.

Сюзи растопила в камине жаркий огонь и скрылась на кухне, готовить чай.

– Как ты себя чувствуешь? – с тревогой спросила Виктория у Пруденс.

– Так, словно могу проспать целую неделю. Боюсь, что до дома сегодня не доберусь.

– Не волнуйся, дорогая. Подберем тебе что-нибудь из моих ночных сорочек, и переночуешь здесь, свободная кровать есть.

Пруденс кивнула.

– Почему ты так поступила, Вик? – неожиданно спросила она.

Виктория вздрогнула. А ведь она уже надеялась, что сегодня неприятного разговора удастся избежать.

– Я должна кое в чем признаться, – вздохнув, сказала она.

– Неужели? – фыркнула Пруденс.

– Сиди тихо и слушай. – Виктория нахмурилась. – Не перебивай.

– Не думаю, что в твоем положении стоит выдвигать требования.

Виктория сбросила одеяло. Внезапно ей стало жарко.

– Пойду посмотрю, почему Сюзи так долго не несет чай.

Она торопливо выскочила в коридор и замерла как вкопанная. Сюзи стояла в обнимку с каким-то мужчиной и целовала его со страстью, в которой прослеживался определенный опыт. Виктория непроизвольно открыла рот:

– Сюзи!

Служанка отскочила от мужчины, будто тот внезапно превратился в соляной столб.

– Прошу прощения, мисс Виктория. Я не знала, что вы сегодня приезжаете. – Она зажала рот рукой, словно сболтнула не то, и Виктория вопросительно подняла бровь. – То есть я хотела сказать: Гарету, мистеру Джонсону, негде встретить Рождество, а раз вы уехали и Элинор ушла, вот я и подумала, то есть… – Сюзи сложила перед собой руки и опустила голову. – Мне очень стыдно, мисс Виктория.

– И поделом.

– Тогда я откажусь от места.

При этих словах мужчина даже в лице переменился, и Виктория впервые обратила на него внимание, забыв на минуту о служанке. Он неловко вертел в руках кепку. Небольшого роста, чуть выше Сюзи, и старше ее лет на десять. Зато под взглядом Виктории он выпрямился и не опустил голову.

– Что вы можете сказать в свое оправдание, мистер Джонсон?

Он еще выше задрал подбородок и смело взглянул ей в глаза:

– Прошу прощения, что вошел в дом без вашего приглашения, мисс. Но я не жалею о том, что поцеловал Сюзанну, если вы об этом. Мы не сделали ничего дурного. Я люблю ее и готов жениться, но она все время отказывается. Говорит, еще слишком молода, чтобы понять, чего хочет, и не допустит, чтобы я решал за нее.

От удивления Виктория заморгала, и тут из гостиной выглянула Пруденс.

– Что происходит? – в растерянности спросила она.

Виктория взмахнула рукой:

– Спрашивай у Сюзи, я сама ничего не понимаю.

Служанка гордо представила своего ухажера, и Викторию снова поразило его самообладание в таких неловких обстоятельствах. Гаррет повернулся к ней:

– Я бы не хотел, чтобы Сюзанна потеряла из-за меня место, мисс. Моя семья живет в Йоркшире, и Сюзанна не хотела оставлять меня на Рождество в одиночестве. Она всего лишь проявила доброту.

– Я не собираюсь увольнять Сюзи за это, хотя было бы лучше, если бы она не сочла нужным вас прятать. Просто я думала, как мне с ней повезло и что без нее мы как без рук.

Впервые в голубых глазах мужчины промелькнуло негодование.

– Подозреваю, что вы поступите, как и все богатые дамы: просто найдете себе другую служанку. Но мне пора.

Он кивнул Пруденс и Виктории и сжал руку Сюзи:

– Увидимся в среду вечером, как всегда.

Сюзи кивнула, и он ушел.

– Так вот чем ты занята в выходные? – накинулась на нее Виктория. – Ах ты, хитрая лиса!