Тереза Тур – Танго в пустоте (страница 26)
– Он его допрашивал! Нашего друга!!! Я слышал. Вероника, Ричард понял, что вы не виновны! По-настоящему в этом убедился! Вы понимаете?
– А что я должна понимать? – Я выкинула сигарету, посмотрела Милфорду в глаза. – Что, по-вашему, я должна понимать?
– Ричард все осознал. Он понял, что его околдовали. Понял, что напрасно обвинил вас! Я специально привел Адерли. Натан, конюх, рассказал ему в подробностях, что произошло.
– Да какая мне разница, что произошло! Какая мне разница, что понял и что не понял принц Тигверд. Просто оставьте меня в покое!
– Но, миледи… Милорд страдает… – вмешался Джон.
– А вы знаете, – улыбнулась я, – меня это радует. Больше скажу – по заслугам и награда!
– Пойдемте в дом, вы замерзли.
– Я пойду в дом, – кивнула. – После того, как провожу вас.
– Миледи, когда вы исчезли – хозяин обезумел! Он скинул Натана, сам вскочил на козлы! Экипаж вместе с лошадьми взмыл в воздух! Стекла дворца выбило… Хвала стихиям, никто не пострадал! Но принц Тигверд… исчез – взрыв, черное марево – и карета пропала! Внизу разгорелся пожар – хорошо, маги воды подоспели. Хорошо, что все целы – но милорд Верд! Император Фредерик сначала решил, что сын погиб, что это покушение.
– И именно в тот момент, когда Рэ резвился в небе Роттервика, император провожал посольство Османского ханства, – печально добавил начальник контрразведки.
Меня это насмешило.
– Это просто чудо, миледи Вероника, что милорд жив! Император Тигверд в этом уверен! Но повелитель не знает, где он, и никто не знает…
– Какая неприятность… Господа, а при чем тут я?
Милфорд смотрел на меня осуждающе. Мне даже стало любопытно, честное слово!
– Но вы должны его разыскать. Успокоить. И…
– И я не собираюсь этого делать.
Милфорд задумчиво смотрел на меня. Долго смотрел. Долго молчал. Наконец произнес:
– Разве вам не приятно, что мужчина обезумел только потому, что осознал, как сильно он вас обидел? Разве это не извиняет его? Не доказывает его любовь и безграничную преданность вам?
Теперь я смотрела на Милфорда. Долго. Грустно.
Я вдруг осознала, что сказочный мир оказался слишком опасным. Жестоким. Нежный, ласковый убийца! Платья, магия, свежий воздух, сладкая лимарра и красивые, сильные, страстные мужчины – это только одна сторона медали. В этом мире были свои законы, был свой… менталитет… Как-то дико звучит это слово в данной ситуации, и тем не менее. Мужчины империи. Прекрасные принцы – огромные, длинноволосые. Они владеют шпагой. Они сверкают черными очами. И искренне считают, что женщина должна быть польщена тем, что они способны испытывать сильные эмоции относительно нее…
Люблю ли я Ричарда? Да. Смогу я смириться с этим? Нет. Виноват ли он в этом? Нет… наверное. Вот и все. Все.
И я ушла. Не отвечая. И не оглядываясь. Пить не стала – запал как-то прошел. Да и на работу после литра коньяка вставать тяжко, всяко я на рюмочке не остановлюсь в таком состоянии. Поэтому я разрезала шнуровку на платье – порезалась. Кровь капала, а у меня даже не было сил что-нибудь приложить к ранке. Ни сил, ни желания. Рубиновые капельки аккуратно вывели на белоснежной простыне вензель «Р».
Пить надо меньше, наверное… Надела пижаму и легла спать.
…И всю ночь носилась под облаками на летающей карете. Я знала, что в нее запряжена четверка горячих вороных коней. Рядом со мной – принц Тигверд, его глаза полны нежности, он пытается меня обнять. Я ласково улыбаюсь ему в ответ, распахиваю дверцу кареты и выталкиваю вон!
Проснулась я бодрая и веселая. Я радостно пошла на работу. Потом радостно занималась с учениками – их набралось как-то быстро и много. Дьявольщина, я даже по пробкам в городе и за его пределами ездила радостно. Изо всех сил радостно! Я в своей жизни столько не улыбалась. Это отметили даже мои студенты, которые вдруг утихомирились, старательно учили историю родной страны и старались со мной лишний раз не связываться.
Лекция закончилась. Я была довольна: меня слушали, записывали тезисно, старались не терять со мной визуального контакта, поднимали глаза от тетрадок. Это хороший знак. Были местами сосредоточенны, местами, где в тему, – улыбались. Я приучила себя анализировать внутренним взором прошедшие уроки. Вспоминала, прислушивалась к себе.
Уже собиралась уходить, когда взгляд упал на парту. Тетрадка – кто-то забыл. Пыталась вспомнить, кто – девушка, не с моего потока. Какой-то был у нее отсутствующий вид, и она что-то писала в тетрадке, особо не слушая. Я внимания не обращала – на лекцию могли прийти все учащиеся, если есть время и желание. Надо будет отнести в деканат.
В этот вечер я решила съездить к своим за город. Как-то соскучилась. Паша со мной ехать отказался. Он вообще в последнее время был в своих планах… Села в «пыжик», кинула сумку рядом на сиденье – из сумки выпала тетрадка, раскрылась… Вот ведь, забыла в деканат отдать. Надо отнести хотя бы на вахту. Взгляд зацепился за строчки. Надо же… Стихи: