Тереза Тур – Роннская Академия Магии. Найти крысу (СИ) (страница 60)
— Сынок. Как же так…
И она закрыла узкими ладонями лицо.
Лиандр подошел. Похлопал сына по плечу. То ли признавая за сыном право на нежданную любовь, то ли обещая поддержку.
— Пожалуй, тебе пора.
— С вашего позволения, матушка.
Лорри поднялся, поклонился.
Руфаль кивнула. И снова замерла.
— Вот почему так? — спросил принц у отца, когда они вышли из гостиной.
— Ей надо свыкнуться с этой мыслью, — улыбнулся Лиандр. — Она сейчас мне мою маму напомнила. Та вздыхала точно так же, когда узнала, кого полюбил я.
— В каком смысле?
— В прямом. Думаешь, мои обрадовались? Я и владычица. Абсурд же.
— Почему? Ты силен, умен. И… мама тебя любит. — Лорри почувствовал обиду за отца.
Лиандр благодарно улыбнулся.
— Мы встретились на представлении лучших выпускников военных училищ. Я сопровождал своих. Меня к тому времени уже перевели на учебную работу. И… я увидел ее. И все… Без нее мир стал блеклым. Ненужным. Даже нет, не так. Без нее мира не стало. Так, наверное, правильнее…
— А… потом? — Лори осторожно нарушил долгое молчание супруга Владычицы.
— Потом? Потом… мысли… О пропасти между нами. Мой род… Мы бойцы. Всегда на службе. Но… И рядом с троном не стояли. К тому же возраст — я намного старше. А она… на тот момент — совсем девочка… Юная. Прекрасная… Я сходил с ума, я тосковал. Но не смел…
— Но ведь демон, если он оторван от любимой… Гибнет.
Лиандр кивнул. И добавил с бесконечной нежностью:
— И она пришла сама. Ко мне…
— Тогда ты как никто должен понять меня.
— На самом деле, Лорри, и я, и мама тебя понимаем. Но… твоя избранница не демон. И дело даже не в том, что она Ярборро.
— А в чем?
— Она знает, что демон, которого предала возлюбленная, сходит с ума и гибнет? Способны ли люди вообще на любовь, подобную нашей?
— Вот и узнаем.
— Мы с матерью боимся за твою жизнь. Ни больше, ни меньше.
— Я понимаю. Но… это МОЯ жизнь.
***
— Живая. — Кара бежала к дочери. — Дженни, солнышко. Девочки. С вами все хорошо?
— Нормально, — буркнула Дженни. Но все же позволила матери себя обнять.
— Мы с отцом так испугались.
— Мам. Да там не о чем было беспокоиться. Ну что ты…
Слезы текли против воли, оставляя на маске следы.
— Простите нас, — тихо сказала Шарль. А Ива и сама расплакалась.
Конвоируемые куратором, студентки ушли на занятия.
— Посидят по карцерам, одумаются, — проговорил у нее за спиной Алан. Ей показалось — или у него получилось растерянно?
Кара только покачала головой. Она вспомнила все о своей той, прошлой жизни, осознала, как похожа на нее дочь. Так что… задумка с карцером вряд ли ее остановит, если не сказать больше. Джен, Шарль и Ива не успокоятся, пока не выяснят правду. Она должна быть рядом. Любой ценой.
— А еще я верну на нее обратно маячок. Не хочу больше таких потрясений.
Он склонился над Карой, поцеловал ее. Нежно. Сладко. Ни от кого не скрываясь.
— До вечера.
Кара кивнула, неожиданно смешавшись.
— Жду тебя дома…
Совсем недавно у них появился собственный дом, и оба пытались к этому привыкнуть. Они выбрали небольшой замок на самой окраине Ронна, с восточной стороны побережья. От Академии, конечно, это было достаточно далеко, но вид из окна спальни того стоил. Замок был крошечный, с одной башенкой, четырьмя спальнями, залом, кухней и подсобными помещениями. Подготовка комнаты для Джен шла полным ходом. Они готовили дочери сюрприз…
Целый день Кара приглядывала за девочками. В отличии от магов, которые пользовались амулетом, магия демонов позволяла создавать эффект невидимости, при этом тень оставалась видна и становилась ярче. Эту магию Каре удалось освоить, и дэми ходила за дочерью следом. Ругала себя — ведь так всю жизнь не сможешь, и потом если Джен узнает… Но думать об этике было некогда. Ситуация и так вышла из-под контроля. Однако, когда Джен встретилась с Лоррианом, пришлось ретироваться — демон чувствует тень…
— Лорри, что случилось? — принцесса видела грусть в глазах демона, чувствовала боль.
Уже привычным движением ее притянули хвостом к себе, и все проблемы сегодняшнего дня… Она не сразу поняла, что принц уже несколько минут что-то увлеченно рассказывает:
— Демоницы играют на флейтах во время целительских ритуалов. Думаю, Аль поможет. Вот, держи. Это — слезы демониц, самых сильных на курсе Теневиков. Они сильнее моих и использовать их в твоем зелье предпочтительнее, — Джен прижала к себе пузырек из черного, как сама ночь стекла.
— Что-то еще узнал?
— Да… Когда Кара попала к нам, магия демонов оказалась бессильна. Шрамы не заживали. Кара могла умереть. Ее боль, подкрепленная неизвестной теневикам магией стихий, блокировала все усилия.
— И… что сделали с мамой? — Джен сжала пузырек с такой силой, что Лорри пришлось забрать его обратно. Он провел по щеке черным когтем, поцеловал любимую в лоб, чтобы хоть как-то успокоить.
— Ее унесли в Долину фавнов. Мердос сказал, что, если боль не утихнет, магиня из другого мира уйдет в Долину вечных. И тогда фавны сыграли Песню Забвения. В Долине пошел снег, и Кара все забыла. Навсегда.
— Но мама все вспомнила.
— Ее память возвращается постепенно. Она еще не вспомнила тот день. Если это произойдет, шрамы, возможно, вновь начнут кровоточить. Гурр Элффин считает, что нам надо поторопиться с лечением. Он даст лучших флейтисток с курса теневиков. Тех, что одобрит сам Мердос. Я пойду в долину, поговорю с ним сам. Зелье готово?
— Мне надо поговорить с профессором Дин. Мы хотели проверить на одном из шрамов Кавендиша. Он не хочет их сводить, но думаю, одним пожертвует. Ты не мог бы попросить Аль, чтобы она с ним поговорила?
— Конечно. Джен, я…
— Сколько у меня времени, Лорри? Сколько?
— Не реви, бестолковая Ярборро. — ядовито-зеленое облачко вспыхнуло над правым плечом, — Есть время. Шрамы покраснели, но еще не кровоточат. И даже пока не беспокоят. По крайней мере, Эмма не жаловалась.
— Чай. А ты откуда знаешь?
— Я все знаю. И то, что вы натворили — тоже знаю. И если ты думаешь, что после всего этого, я буду с тобой водиться — ошибаешься, Ярборро.
Опоссум исчез, а Джен спрятала лицо на груди демона и… разревелась. Слишком много навалилось последнее время. Арест Рины, Ник, мама, Кларисса, набивающаяся в невесты отцу, и наказания, наказания, наказания… Она лишь пытается всем помочь. Она хочет узнать правду. Спасти. Маму, Рину, отца, всех.
Генриетту уже убили. До сих пор перед глазами стоит стройная фигура, затянутая в блестящую кожу. Ярко подведенные глаза. Упрямый взгляд. Она была честной, смелой, и… очень ранимой. Джен это чувствовала. Ген могла бы быть счастлива с Картером. А Картер? Теперь он будет ходить как отец — с Тьмой под мантией и мертвым взглядом.
Так как же можно жить и ничего не делать? Учиться, соблюдая правила? Почему они все… не понимают… А тут еще и Чай обиделся… Он… он никогда теперь ее не простит.
— Ну, с этим я могу тебе помочь, — демон будто прочитал ее мысли, — Правда, принес я это тебе, но раз такое дело… Вот, держи.
— Что это?
— Решение проблемы. Можешь считать, что Чай тебя уже простил.
Вытирая слезы, Джен взяла коробочку, перевязанную черной атласной ленточкой. В мире демонов черный цвет считался самым нарядным и… романтичным. Коробочки с украшениями и сладостями неизменно украшали черные ленты и цветы из черного шелка. Коробочка пахла так, что Джен не сомневалась — Чай ее простит. Обязательно.