Тереза Тур – Роннская Академия Магии. Найти крысу (СИ) (страница 56)

— Не знаю, — Петр пожал огромными плечами.

— Все? — крыс хрустнул конфеткой.

— Нет, — и Петр улыбнулся. — Вы не поверите, но около зала в субботу крутилась магистр дар Тонг.

— Ставлю на нее, — раздался с кровати слабый голос.

— Ник. — обрадовались Джен и Петр.

— Привет. Я вернулся.

— Как ты нас напугал…

— Прости, Джен… Вечно я… Погоди, — Ник с трудом приподнялся на кровати, — Почему ты…

Джен быстро вскочила, заправила свою кровать, и присела к Нику. Ей не хотелось, чтобы друг испытывал чувство вины.

— У тебя магическое истощение. Ты чуть не погиб. А я просто тут… дежурила.

Опоссум покрутил принцессе у виска, махнул лапкой, схватил пакетик с оставшимися леденцами, и исчез, оставив после себя ядовито-зеленое облачко в виде черепа и открытые рты Петра и Ника.

— Ник, — Джен попыталась отвлечь Ника от увиденного, — Что ты делал возле зала для тренировок в субботу?

— Пресс качал. — слабо, но огрызнулся Ник. — Рисовал я.

— Ах ты, морда чародейская. Подсматривал? — Петр сжал кулаки.

Ник потупился.

— Джен, я, конечно, буду защищать этого гада. Я обещал. Но сначала я сам ему рожу начищу.

— Прости.

— Где рисунки?

— В комнате, — обреченно сказал Ник. Там нет ничего такого… Я в зале не был…

— Твое счастье.

— Ладно, — Джен поморщилась, вспомнив рассказы Ивы, которые ей совсем не нравились, — А ты ничего подозрительного, пока там рисовал, не видел?

— Вроде нет.

— Ну хорошо, — Джен поднялась, — Отдыхай, ладно? Набирайся сил.

— Джен… спасибо.

— Спасибо? А ты знаешь, что она тебе, извращенцу, жизнь спасла. Сама чуть не погибла?

— Петр. — Джен сверкнула серо-зелеными глазами так, что парень смешался.

— Ладно… Я пойду. Если что — я рядом. Выздоравливай, Ник.

Они остались одни. Обоим было неловко.

— Джен, прости меня.

— Это ты нас прости. Мы вовремя не поняли, что с тобой происходит…

— Вы ни в чем не виноваты. Это я. Я один виноват. Я знал, что кольцо невидимости нельзя так долго носить. Но…

— Ник, — Джен вдруг пришла в голову идея, — а твои рисунки, они… у Нардо дар Бранта, на кафедре? Те, что ты уже сдавал?

— Нет, они все у меня. Профессор отдает их обратно после того как оценит. Последнее время почти все на «отлично».

— Молодец. А… где ты их держишь?

— У себя в шкафу. Там места много, вещей у меня почти нет. Я ж не девочка…

Они рассмеялись.

— Ник, а можно мне их забрать и посмотреть? Все?

Джен стояла перед дверью в комнату Ника. Девушка взломала защиту башни мальчиков. Ничего, к слову сказать, особенного. О чем они думают вообще? У девчонок и то сильнее на порядок. Правда, она же в этом и принимала непосредственное участие, подробно консультируясь с самим главой гильдии боевиков.

По традиции каждая башня выставляет защиту самостоятельно. После этого ее утверждает куратор. Джен до сих пор помнит, каким уважительно-одобряющим взглядом наградил ее Корри. Было приятно…

А сейчас — страшно. До дрожи в коленках. За дверью нет никого, кроме разбросанных повсюду набросков юного чародея. От воспоминаний стало не по себе. Там, за дверью — тысячи глаз… Вдох. Выдох. Пошла.

Хорошо, что Ник дал пару советов, как быстро настроиться на созерцание чар. Так. Свечи в столе, в нижнем ящике. Вот они. Три синих и две черные. Одну, черную, активировать потоком огня. Вторую — сзади. Три синих — вода, воздух, земля. Не активировать, просто коснуться и замкнуть. Сесть в основную позу контроля. Расслабиться. Поехали…

Джен забыла обо всем. Она даже не знала, с чем это можно сравнить… Как… Как сон. Очень яркий, беспокойный сон, будто в бреду. Сердце стучит часто-часто. Гул в висках.

Студенты. Преподаватели. Верховный. Какая у него добрая улыбка… Профессор Дин. Только сейчас, наблюдая со стороны, принцесса поняла, что эта женщина очень устала. Потоки силы поддерживали живые черепа на шали… Надо же. Наверное, это тяжело — постоянно носить на себе этого монстра и кормить его своей силой. Зачем?

Другой набросок — она и Лорри. Взгляд черных глаз. Таких родных… Так, не отвлекаться.

Кто это? Руввим. Сколько ненависти во взгляде. Никак не вяжется с пушистыми ресницами и нежным, легким румянцем. Улыбка такая… Гадкая. Кто это с ним? Келли? Она плачет… Смотрит на него так, будто именно он решает сейчас ее судьбу. Она в него влюблена? Да нет… Не похоже… Тогда… Почему?

Раскрасневшиеся парочки со странными улыбками, выходящие из злополучного тренировочного зала. Джен вздохнула, покачала головой и отложила наброски в сторону. Пусть Петр сам с Ником разбирается.

Кларисса и компания. Сплетницы. И… курицы. Они идут к Рине. Рина машет им рукой. Часы с Баргузином. Надо же, даже время видно. Время… Еще наброски с часами есть? Вот, вот и вот. Так — их отложить отдельно.

Мысли в голове сновали туда-сюда, будто ящерки хозяйки Марты. Джен не успевала за ними. Почему так трудно на чем-то сосредоточиться? Голова кружилась, но девушка продолжала рассматривать работы и раскладывать их вокруг себя, пытаясь уловить что-то… Важное. Но… что?

Магистр дар Зеленый, из «Мантии». Что он делает в коридорах Академии? И… почему так темно? Ночь? Так, надо найти часы. Ха-шии-рри, это не тот коридор. Кондитер двигался как боевик. Озирался. Прислушивался. Странно…

А вот магистр дар Тонг. Ходит и все время что-то пишет в большой синей тетради. На обложке — пентаграмма огня. Джен потянулась к изображению потоком силы, и еле удержалась на ногах. Артефакт. Древний. Скорее всего, родовой.

Оло дар Петри, преподаватель зельеварения. Они о чем-то оживленно беседуют с Верховным. Джен прислушалась:

— Похвально, мой друг, похвально. У вас есть время? Я собирался навестить дар Брандта. Не присоединитесь?

— Я бы с удовольствием, но у меня лекция. Очень сожалею…

— Я тоже, мой друг, тем более что она вот-вот начнется. Прошу прощения, что задержал, это моя вина…

— О. Мне и в самом деле пора, профессор. Но в другой раз непременно составлю Вам компанию.

Так-так… Это было как раз тогда, когда дар Петри опоздал к ним на занятие… Ого. Как быстро бегает старик-зельевар…

Где она? В «Зеленой мантии».

— Проходите-проходите. Очень… Очень рад. Что для вас, молодые люди?

— Девушки, что будете?

Боевики Алана Ярборро — Картер, Ормс, и еще двое. Три незнакомые девушки со старших курсов, и… Генриетта. Живая…

У Джен перехватило дыхание. Высокая, белокурая, с разноцветными глазами и контрастной подводкой, как всегда, затянутая в блестящую кожу под ученической мантией. Грациозная, яркая. Грустная… Картер глаз с нее не сводит.

— Зеленое мороженое и горячий шоколад, пожалуйста. На всех.

— Сию минуту, молодые люди, сию минуту.

Добрые глаза хозяина кафе. Ярко-зеленые волосы смешно топорщатся вокруг лысины. Он как будто стал ниже ростом. Толстый, неуклюжий, добродушный толстячок. Джен вспомнила, как он двигался в полутьме пустого коридора. Как же так?

Компания уселась за столик возле огромного зеркала, вспыхнувшего зеленым огнем, так как в нем разом отразились ученические мантии студентов. Красиво… Девушка с множеством фиолетовых косичек смотрит на Картера. Да она в него влюблена. По уши… И… где-то она ее уже видела. Фрея. Из библиотеки зельеваров.