Тереза Тур – Роннская Академия Магии. Найти крысу (СИ) (страница 42)

— Ты издеваешься?

— Нет. Я плакала, злилась и нервничала…

— Зачем?

Боевик растерялся. Нежно прижал к себе жену. И прошептал ей на ушко:

— А пойдем домой?

***

 — Вы сегодня что-нибудь узнали? — Ива зашла в комнату Дженни, оглядела своих подруг. Обе забрались на кровать, и каждая, казалось, думала о чем-то своем. На узкой красноватой ладони Шарль то появлялся, то исчезал огненный цветок. В темно-синих глазах рапи мерцали звезды, а Дженни улыбалась. Нежно и таинственно…

Ива вздохнула, покачала головой и спросила:

— Может, просто поверим магистрам? Будем надеяться, что расследование будет справедливым и объективным, — Ива с деланным равнодушием присела на краешек кровати. Трогательные веснушки вокруг слегка курносого носика, огромные голубые глаза, искренне и простодушно верящие в силу и справедливость магистров Академии…

Все это вместе произвело на девушек то самое впечатление, на которое рассчитывала Ива. Обоюдоострая секира осталась в тренировочном зале, но сдаваться девушка не собиралась.

Романтическая муть и трепетные мечтания мгновенно исчезли не только из глаз принцессы и герцогини, но и из комнаты студентки Ярборро. Девушки вернулись.

— Ты говорила с Корри? — спросила Дженни.

Ива кивнула.

— И что? — Шарль подвинулась ближе к Иве, а Джен уже хлопотала, доставая пирожки и кисель. От обсуждения стратегических планов почему-то всегда очень хочется есть…

— Ничего. Магистр Албертон был… сильно пьян. Чем-то очень расстроен. Как всегда, сердился и предупреждал о том, чтобы мы никуда не влезали.

Ива не собиралась рассказывать подругам о том, как у нее стучало сердце, когда он взял ее за руку и повел в башню. К себе. Ей на мгновение даже показалось, что…

— Так… Что делать будем? — спросила Шарль. И обе девушки вопросительно уставились на Дженни.

— Будем, — решила дочь магистра Ярборро. — Мы будем вести собственное расследование. Мы должны помочь Рине. Нужны доказательства. Железные доказательства ее невиновности.

— А это можно сделать, только если мы… — Ива говорила, глядя перед собой, ни к кому особенно не обращаясь.

— Найдем того, кто убил Генриетту, — закончила за нее Джен.

— Я сказала Рийсу, что это — не Рина, — прошептала Шарль.

— И?

— Не знаю…

И девушка так густо покраснела, что ее подругам стало ясно — разговор о сокурснице закончился… примирением.

— Меня вот что волнует… — нахмурилась Дженни. — Магистры боятся, что убийство Генриетты — не последнее. Кем бы ни был этот убийца, ведь он… Он ведь может быть в Академии, так?

— Мне Диг уже об этом говорил, — кивнула Шарль.

— И магистр Албертон, — отозвалась Ива.

— Да… — вздохнула Дженни. — И у меня последнее предупреждение от магистра Рийса. Про папеньку и говорить не хочется. Мало не будет. Хотя… Кларисса очень вовремя решила выйти за него замуж, так что он сейчас немного занят. Можно попробовать.

— А как? — Ива взяла пирожок.

— С расспросами к магистрам сейчас лезть нельзя. Надо сделать вид, что мы испугались и послушались, — Джен разлила кисель по чашкам. Взгляд принцессы упал на демонский кубок. Черная звездочка внутри стекла вспыхнула и погасла. Лорри… Лорри… здесь?

— Можно поговорить с Риной. Она — моя служанка, и я имею право требовать свидания с ней. Не думаю, что Рийс мне откажет, — предложила Шарль.

— Ну… ты уж постарайся, пожалуйста, — и девушки улыбнулись, под смущенный, но счастливый перезвон браслетов.

Песня артефактов рапи наполнила комнатку каким-то особенным теплом. Всем вдруг показалось, что они обязательно что-нибудь придумают. И все у них получится…

— А если свидание разрешат лишь в присутствии безопасников? Рину ведь задержали. Ее подозревают в убийстве, — Ива посмотрела на Шарль.

— Это не проблема. Для окружающих звон браслетов — просто поведение артефактов. Кто-то думает, что они всего лишь выражают наши эмоции.

— А разве нет? — Джен даже есть перестала.

— Отчасти — да. Но если мы захотим — можем поговорить. Это — язык. Очень древний. Мало кто пользуется этим сейчас, но меня, как герцогиню, учили. А я научила Рину. Еще в детстве. Это было… Весело. Только мама могла нас понять.

На какое-то время в комнате воцарилась тишина. Когда-то они все были детьми. Когда-то все за них решали взрослые. Когда-то… Но не сейчас. Сейчас они должны помочь Рине. Сами.

— Я пойду к профессору Дин, — решила Дженни, — она должна что-то знать.

— А она тебя отцу не сдаст?

— Не думаю. В любом случае нужно попросить Чая.

— А он поможет? — в голосе Ивы прозвучало сомнение.

И тут возле демонского кубка вспыхнуло ядовито-зеленое облачко:

— Конечно, поможет. Что ж не помочь таким красавицам? Вопрос в том, что мне за это будет?

Девчонки дружно взвизгнули, а Джен улыбнулась:

— Чай. Как хорошо, что ты здесь. — принцесса и опоссум переглянулись. Конечно, Чай так и общался с ней в своей особенной манере, но… Они за это время стали друзьями. Что-то особенное появилось между ними, Джен это чувствовала, и от этого было… тепло.

— Только ты девочек напугал.

— Очень хорошо, золотоволосая моя. Пуганые живут дольше… А теперь шутки в сторону. Объясняю всю серьезность положения.

— Ты что-то знаешь?

— Конечно.

— А нам скажешь?

— Скажу.

— И…

— Берите бумагу и пишите. Первое…

— Чай. — Джен нахмурилась.

— Погоди, не сбивай меня.

— Говорите, — вежливо склонила голову Ива и приготовилась записывать.

Джен чувствовала подвох. Чай явно издевается, но все же надежда на то, что опоссум действительно знает что-то важное, еще жила. Хотя и таяла с каждой секундой.

— Вот. Учись, принцесса. Почтительность и ядовитой крысе приятна.

— Диктуй. — простонала Дженни.

— Меньше обреченности — больше воодушевления, Ярборро.

Наглый крыс, устроившись у нее на плече и задумчиво наматывая рыжий локон на палец, держал театральную паузу. Джен сложила руки на груди и закатила глаза, давая понять, что его фокусы уже не новость. Во всяком случае, для нее. Но опоссума это нисколько не смутило. Он прыгнул на стол, и приняв величественную позу, похоже, подсмотренную у какого-то героического военачальника древности (спинка ровненько, ножка отставлена, передняя лапка на груди), приступил к декламации.

— Итак. — грозный взгляд на девчонок. — Пирожные лимонные с кухни замка Ярборро — пять штук на дню. Демонских тянучек. Скажем, по вторникам. Один пакетик. Ленточкой перевязать. — последнюю фразу опоссум выделил особенно, почему-то глядя в правый дальний угол комнаты…

— Чай. — у Дженни устала рука писать. — А ты не лопнешь?

— Фу. Такая красивая — и такая жадная. Не хочет порадовать милого доброго Чая…