Тереза Тур – Империя Тигвердов. Книга 2. Танго в пустоте (страница 16)

Утром следующего дня милорд Милфорд снова посетил нас. На этот раз родители были дома. И мама, хотя и поглядывала на вельможу с подозрением, усадила его завтракать.

– Я должен извиниться, – оглядев всех, проговорил милорд Милфорд. – Мое поведение было безобразным, а мои подозрения в адрес миледи Вероники – необоснованными.

Родители молча переглянулись. Иногда у меня складывалось ощущение, что они разговаривали вот так – без слов.

– Хорошо, – кивнул отец. – Ваши извинения приняты.

Дети быстро поели и унеслись по своим делам. Феликс уже спокойно общался с обоими мальчишками. Рэма – чтобы рассказать ему о ночной беседе во сне – я перехватить не успела.

Мама и папа быстро оставили нас с Милфордом, чтобы не мешать образовательному процессу. И началось. Колдовство оказалось нелегким делом. Сегодня я поняла, что магический браслет с жемчужиной, подаренный мне Повелителем глубин Иром, мне подчиняется. Более того, он подстраивался под меня. Словно он живой и ему доставляет удовольствие приносить мне радость. У меня было такое чувство, что он как ласковый щенок. И пока милорд Милфорд учил меня ставить защиту – все было легко и приятно.

Потом начальник контрразведки решил, что мне пора заняться перемещением.

– Миледи Вероника, выстраивайте портал. Давайте теперь во дворец. В первый раз у вас получилось. Охрану я предупредил.

Я и стала стараться. Толку было немного. Уже привычно заболела голова.

Перстень же вообще не реагировал. Никак.

– Странно, – почесал нос милорд Милфорд. – Ничего не понимаю! Так… а попробуйте позвать на помощь. Мысленно.

Меня все так достало, что возопила я на полном серьезе.

Мгновение – и я почувствовала, что меня окутывает защитный кокон. Увидела, как отлетает милорд Милфорд. Услышала, как рычит император:

– Кто посмел напасть?!

– Тренируемся мы! – заорала я в ответ.

Мне показалось, или в дальнем углу гостиной мелькнула тень, и я не увидела – почувствовала, что это Ричард. Он скользнул по мне взглядом – убедился, что все в порядке – и исчез.

Милфорд тяжело поднялся.

– Ирвина вызвать? – спросил император. – Я приложил сильно.

Начальник контрразведки кивнул.

Они удалились.

И в тот момент, когда я осталась одна, передо мной замерцало марево портала, в который меня и поволокло.

Дом Ричарда. Гостиная. Камин. Перед ним стоят два кресла, словно ждут нас… А за окном – метель. Точно такая же, как в тот день.

Я как зачарованная опустилась в кресло и уставилась на пламя камина. Не знаю, сколько просидела, пока не очнулась от голоса Джона Адерли – камердинера милорда Верда.

– Миледи Вероника… Вы вернулись?

Перевела взгляд на него. Грустно покачала головой:

– Нет. Просто учусь строить порталы, и у меня плохо получается.

– Порталы строить – это нужное дело, – рассудительно заметил бывший солдат. – А вот то, что не возвращаетесь – плохо. Хотя… после того, что произошло…

Он прошел через гостиную, тяжело ступая. Налил себе в бокал чего-то из господских запасов. Посмотрел на меня вопросительно:

– Миледи?

– Третий день подряд алкоголь – это сильно, – отрицательно покачала я головой. – Пока воздержусь.

Джон не стал спорить, выпил, сел в кресло рядом со мной.

– Дом по ночам скрипит. Как будто плачет, – пожаловался он мне. – А днем так тихо… Словно все вымерло. Ни голосов. Ни движения. Только мы и бродим привидениями. Жутко.

Я опять уставилась в пламя камина. Оно мне напоминало цвет глаз Ричарда, когда они начинали полыхать от страсти… Или от дикого гнева. И то, и другое помнили эти стены.

– Миледи… Вы сможете простить моего господина? Когда-нибудь? – вдруг спросил Джон. – Ведь он, как только скинет заклятие и опять начнет мыслить здраво – обязательно придет к вам.

– Не знаю, – вздохнула я. – А вы откуда знаете, что милорд под заклятием? Он так уверен, что я и император…

Не смогла продолжить.

– Тьфу, глупость какая… – поморщился камердинер. – Видел я эту гадость на кристалле, пока люди графа Крайома запись не изъяли. Там же понятно, что все это затеяла графиня Глория Олмри, чтобы хоть напоследок гадость вам и милорду сделать.

– А вы как поняли, что на записи графиня? – Я окаменела.

– Да что там понимать, если это все происходит в ее столичном доме – как есть ее будуар. А тот, кто императора изображает – мальчишка, наверное, какой-нибудь, что влюбился в крокодилицу эту. Да и не понял, дурак, чем ему это грозит.

Я вспомнила зеркало в золоченой раме. Содрогнулась. А вслух сказала:

– Пять лет рудников. Но без поражения в правах.

– Император милостив, – недовольно проворчал слуга. – Излишне.

– А откуда вы знаете, как выглядит будуар графини?

– Что ж у нее – слуг нет?

– Вы что – показывали запись еще кому-то? – обомлела я.

– Нет, что вы! – возмутился слуга. – Только картинки с интерьером.

– Простите.

Джон поднялся. Снова дошел до столика с алкоголем. Выпил.

– Вопрос только в том, почему милорд не почувствовал, что его обманывают, как позволил себя провести, – тихо сказал он. – Вряд ли графиня смогла бы его так околдовать. А молодой человек, который участвовал в этой… инсценировке? Смог бы?

– Не знаю. Но уверена – если бы он был в этом виновен, то приговор был бы совсем другой.

– И то так, – согласился он со мной. – А вы не знаете, где милорд?

– Нет. – Не говорить же, что я встречаюсь с бывшим женихом во снах.

– Простите его, – снова попросил меня слуга. – Я никогда не видел его таким счастливым. А уж в тот вечер, когда вы вернулись из дворца… Он же ни в чем не виноват. Вас подставили, его околдовали… Это все просто зависть!

– Я не знаю и знать не хочу, кто кому завидовал. Но ваш хозяин все сделал сам.

– Ваша правда, миледи, но все-таки…

– С кем вы разговариваете, Джон? – раздался голос Оливии.

Увидев меня, горничная взвизгнула и затараторила в полном восторге так, что у меня голова закружилась.

– Вы помирились? А где милорд? Что подать на ужин? Когда прибудут мастер Пауль Рэ и мастер Рэм Рэ?

Я никак не могла дождаться хоть какой-нибудь паузы в ворохе вопросов, чтобы сообщить, что все остается по-старому.

Когда мне удалось это сделать, я увидела, как по-настоящему, искренне огорчилась молодая женщина.

– А мы за вас с хозяином все стихии молим, – тихо проговорила она.

Потом я отвечала на вопросы прибежавших на наши голоса остальных. Пришли и Каталина, и Натан, и мама Вилли. В доме был и сам мальчик, что меня очень и очень обрадовало. Оказалось, что милорд не отменил приказ платить ему как посыльному.

Когда я, наговорившись вволю, собралась уходить, то выяснилось, что меня просто так не отпустят.

– Время обедать, миледи, – торжественно объявила Каталина.

Я только попросила, чтобы стол накрыли на нашей половине, а не на господской.