Тереза Споррер – Ядовитая ведьма (страница 75)

– Вернусь в постель. – Увидев удивленный взгляд Атропос, я объяснила: – Твой яд ослабит Анастасию на ближайшее время, да? Хорошо. Тогда я продолжу наращивать силы и попытаюсь вернуть Вальпургу в прежний облик. Анастасия что-то скрывает, и я верю, что Вальпурга мне пригодится.

– А Блейк? Что ты ему скажешь? Вальпурга и его убить хотела.

– Разберусь. Я королева ведьм, в конце концов. Анастасия – моя проблема. – Я крепко прижала ангельский кинжал к груди. – И я защищу от нее всех, кого люблю.

Эпилог. Все дело в дозе

В начале весны – во время праздника, который ведьмы называли Остара, – сад Алник расцвел невиданным прежде буйством цветов. Одетого в черное мужчину-демона практически облепили яркие лепестки. Когда он вышел из аллеи цветущей сакуры, его темные волосы были усыпаны светло-розовыми цветами.

Демон этот обладал властью над мертвыми, и поэтому власть над жизнью всегда привлекала его. Он мог только разрушать и убивать, но жаждал жизни, в которой ему было отказано с самого рождения.

Когда он одним взмахом руки стряхнул с волос цветы, они упали на землю, коричневые и увядшие.

Однако не только растения расцвели после продолжительной осени и зимы. Посреди толпы людей стояла его белокурая невеста, которая с сияющими глазами и пылающими щеками рассказывала туристам о своих любимых смертельно ядовитых растениях. На ней было одно из тех провокационных платьев, которые создавали впечатление, будто она стоит перед людьми обнаженная.

Как только она заметила его, легкая улыбка тронула уголки ее рта. Она поспешно собрала чаевые и без колебаний бросилась навстречу демону. Она даже не позволила ему поздороваться – сразу бросилась в его объятия и накрыла губы полным страсти и яда поцелуем.

Каждый раз, когда они целовались, ее яд покалывал его губы, как будто кровь текла по телу. Ее сердцебиение звучала в его груди еще несколько секунд после того, как она отрывалась от него.

Ее близость заставляла его чувствовать себя живым.

«Потому что она твоя адская невеста, – услышал он шепот своего демонического инстинкта. – Теперь наконец вручи ей адский гранат и сделай королевой подземного мира».

Коллега Белладонны завернул за угол, толкая тачку, загруженную землей и садовыми инструментами.

– О, твой парень снова забирает тебя с работы?

– Д-да…

Демон раздраженно прочистил горло.

– Блейк на самом деле мой жених.

– Поздравляю! – воскликнул человек. – Когда свадьба?

– Не раньше, чем через десять лет.

Мужчина засмеялся, а затем со свистом покатил телегу дальше.

– Ох уж эта современная молодежь!

– А чаевые у моей королевы тоже королевские?

– Сойдет. Сегодня была экскурсия у школьного класса, поэтому их меньше обычного, – выдохнула Белладонна и похлопала по своей поясной сумочке. – Этого хватит на пару кусков торта по дороге домой.

– Даже для меня?

– Даже для лича, которому не нужно ничего есть, но который превратился в сладкоежку.

Он пожал плечами, будто извиняясь.

Чего она не знала, так это того, что демоны-личи обнаруживали или вновь приобретали желание есть, как только встречали свою невесту или невест. Но это еще не все: знакомство пробуждало не только желание есть, но и желание заниматься сексом. В общем, существование нежити становилось похоже не столько на смерть, сколько на жизнь.

Тем не менее она была слишком молода, чтобы делать ее своей невестой. Он был слишком молод, чтобы выбирать себе невесту. Но это не мешало ему мысленно называть ее своей.

Спустя одну короткую и дорогостоящую остановку в кондитерской лавке перед королевой и ее демоническим возлюбленным предстал замок Алник. Его невеста сказала, что приготовила сюрприз, над которым он ломал голову с самого утра. Она уже подарила ему все, о чем он когда-либо смел мечтать. Единственное, что она могла еще сделать, – съесть гранат.

Белладонна не останавливалась ни на минуту. Ядовитый плющ на замковой стене распахнул створчатые двери для своей королевы, и Белладонна с улыбкой вошла внутрь. Она на ходу сняла с пояса сумочку с чаевыми, взяла с золотого пьедестала свою изящную цветочную корону, а змея заползла ей на шею. Он мог бы сказать, что сейчас она выглядит как королева, но для него она всегда была ею. Она была его королевой.

Блейк догадался, куда Белладонна ведет его. Около полугода назад – хотя ему казалось, чтобы прошла половина жизни – он уже шел по этому пути. Тогда у него на губах играла самодовольная усмешка, потому что незадолго до этого он нашел тело старой королевы.

В зале королевского ковена уже присутствовала библиотечная ведьма и…

– Блейки-и-и! Белла-а-а-а! – громко закричала фейри-мотылек, размахивая руками. – Я здесь!

Как будто можно было не заметить его взбудораженную сестру с ее огромными крыльями и светящимися волосами…

Королева ведьм заняла место между демоном и фейри, в то время как миниатюрная библиотекарь раскрыла книгу и достала перо.

– Итак, моя королева?

Белладонна открыла рот и заколебалась. Что бы там ни было, она не решалась произнести это вслух.

– Я стану тетей! – пискнула Нора. – Нет, нет, Ишита, не записывай! Вычеркни это!

– Нора.

– Следующее столетие я не желаю слышать разговоры о детях в своем замке! Нет, Атропос, она не надоедливая!

Фейри-мотылек надулась:

– Круто. Я просто так давно этого ждала! Мне семь веков! Я не становлюсь моложе.

– Но и старше тоже.

Демон положил правую руку поверх ладони своей ведьмы. Она больше не вздрагивала от прикосновения его холодной плоти.

– Ну же, Вишенка, что ты хочешь нам сказать? Что такого важного, что Ишита должна это записать?

– В свой выходной, – заметила Ишита.

Королева ведьм сделала глубокий вдох и выпалила:

– Я хочу стать королевой, которая хотя бы попробует объединить демонов, ведьм и фейри. Я не могу осуждать отношения между ними, когда сама помолвлена с личом, а одна из моих лучших подруг – фейри.

Фейри-мотылек прервала ее, откинув назад длинные волосы.

– Самая лучшая подруга.

– Вот почему я спрашиваю тебя, не хочешь ли ты основать ковен вместе со мной?

Ишита испуганно ахнула:

– Белл… Моя королева!

Нора подняла руку, как на школьном уроке, и спросила:

– Это какая-то штука для ведьм? Где ведьмы собираются вместе для вечеринок и танцев голышом?

– Да… Нет! Ковены очень важны для нас. Это символизирует сплоченность среди ведьм и наше почтение Богини.

– И для ковена достаточно трех участников?

– Ковены могут быть разных размеров. Три существа могут создать ковен, чествуя три облика нашей богини. Группа из пяти ведьм будет обозначать пентаграмму, а из шести – гексаграмму. Восемь – знак бесконечности, а девять – знак совершенства.

– А тринадцать? – с любопытством спросила Нора.

– Это максимальное число участников ковена.

Демон всякое ожидал от своей невесты, но не приглашения вступить в ведьминский клуб. Конечно, он сомневался, но совсем недолго. Их союз уже гарантировал, что древние и могущественные демонессы, Кармилла и Мелюзина, не тронут ни один волосы на голове Белладонны. Если Мелюзина сдержится, то Ундина и Лорелай последуют ее примеру. Фурии Левиафана также не представляли угрозы для его ведьмы. Как и вся раса вампиров, которые никогда не осмелятся восстать против Кармиллы. Они ценили ее больше, чем собственного отца, первородного князя Люцифера, и знали, что головы мятежников слишком охотно приземляются на копья.

Белладонна совершенно не отдавала отчета в том, какой вклад внесла уже сейчас.

– Этим ковеном я хочу показать, насколько искренне стремлюсь к миру между ведьмами, демонами и фейри. Я посвящу демона и фейри в священные ведьмовские обычаи.

В зале воцарилась тишина, и только царапанье пера Ишиты по пергаменту нарушало покой. Она записывала историю новой королевы. Если внимательно присмотреться к библиотекарю, то можно было заметить в ее широко открытых глазах страх.

– И что ты на это скажешь? – спросила Белладонна у своей старой подруги.