Тереза Споррер – Ядовитая ведьма (страница 43)

Когда я выглянула в окно, солнце стояло высоко в небе, а в воздухе приятно пахло забытыми заклинаниями и свежим сеном. Как и говорила, Вальпурга взяла отгул и не разбудила меня, поэтому я проспала завтрак. Не то чтобы я была голодна – ссора с Блейком отбила у меня всякий аппетит. Последние несколько дней я питалась практически ядом и лишь чуть-чуть человеческой пищей.

Я с трудом заставила себя встать с постели. Проспать Самайн было бы оскорблением нашей Богини, и это единственная причина, почему я надела платье и расчесала волосы. Ноющие боли в животе из-за моей нечистой совести не отпускали меня.

Я почувствовала себя немного лучше только после того, как надела на палец помолвочное кольцо Блейка. Чтобы проснуться по-настоящему, я бросилась к шкафу с ядами королевы Сибиллы.

Поначалу я не замечала в комнате холодильник, где хранились яды, которые Вальпурга приобретала у меня последние несколько лет. Их было около двух десятков, а внешний вид бутылочек зависел исключительно от того, что могла предложить мне местная, захудалая лавка старьевщика. В мой первый Хэллоуин в Ядовитом саду я упаковала яд во флакон с черепом, а однажды нашла сосуд в форме сердца, похожий на бутылочки из аниме о волшебницах.

Но мой взгляд привлек бутылек в форме елки. В нем плавали маленькие черные ягоды. Сироп из черной бузины был очень популярен в моей сувенирной лавке в Ядовитом саду. Однако сырые ягоды были ядовиты. И в этом флаконе с ядом они служили лишь украшением. Я смешала в нем чистый аконитин, атропин и соланин и добавила извлеченный из моего тела собственный яд.

– Ах, две тысячи девятнадцатый… Хороший тогда был урожай, – выдохнула я и осушила флакон, наслаждаясь ощущением тепла в животе. – Одна бутылочка этого яда могла бы стереть с лица земли десятую часть Лондона.

Или облегчить для меня начало трудного дня. В конце концов, кому нужны сладкие энергетики, когда от яда так учащается сердцебиение?

А может, причина быстрого сердцебиения была в другом? Я дотронулась до золотого кольца на пальце и решительно направилась к двери в комнату принца-консорта.

Я позволила Блейку позлиться на меня денек. Но когда на следующий день я захотела удивить его пирогом, комната была пуста. И на следующий день после этого. И в тот, что следовал за ним.

Сегодня я снова решила попытать счастья, но все оказалось напрасно: его комната была тихой и заброшенной. Однако необычный запах Блейка тяжело висел в воздухе. Находился ли он здесь, пока я спала? Или его запах настолько мне знаком, что я теперь везде его чую?

– Я надела твое помолвочное кольцо, – попыталась я выманить Блейка, как мышь сыром. – И больше не хочу его снимать. Оно очень красивое!

Никакой реакции.

– Ты же не можешь злиться на меня всю свою оставшуюся нежизнь!

«Нет. Очень даже может».

Если быть честной с самой собой, я хорошо его понимала – я ведь и правда поступила дерьмово. Я все еще была слегка подавлена из-за того, что выставила себя идиоткой перед Коллином. И когда я потребовала от Блейка раскрыть его истинное имя, лучше не стало. Он и в первый раз отреагировал слишком остро, не стоило поднимать эту тему во второй раз.

Но нет. Эта ведьма почти шантажом требовала отдать ей полную власть. Зная истинное имя демона, я могла сделать его своим личным рабом – чего я, конечно же, делать не собиралась! Постепенно я начинала понимать, что не каждая ведьма может сдержать себя.

Блейк был прав. Королевы ведьм оставались на троне лишь до тех пор, пока были способны править в согласии с волей Богини.

Поскольку я практически сходила с ума от невозможности извиниться перед Блейком – а за все это время мне не пришло в голову узнать его номер телефона, – я поспешила обратно в покои за листком бумаги и ручкой.

Дорогой Блейк, – начала я и тут же зачеркнула слово «Дорогой». Этот негодяй потом дразнить меня будет. Поэтому краткого «Блейк» для приветствия будет достаточно.

Мне жаль, что я…

Да, о чем же я сожалела?

Что с подозрением относилась к демону?

Ведь мы, ведьмы, должны держаться вместе. Я провела десять лет в Академии ведьм, обучаясь тому, что мы можем полагаться друг на друга и должны избегать демонов.

– Ах! – разочарованно вскрикнула я. Какая-то часть меня чувствовала себя чертовски плохо из-за того, что скучала по Блейку, и сожалела о ссоре. Но другая часть постоянно напоминала о том, что Блейк был демоном.

Я вдруг вспомнила об инциденте с Ишитой несколько дней назад…

Я принесла пирог для Блейка библиотекарю после того, как глазурью написала на нем «Лучший работник». Совершенно случайно и невинно обронила замечание о том, что Блейка не видно уже два дня.

– Блейк не приходил несколько дней, – сказала она мне, двигая книги на столе, чтобы освободить место для пирога. – Обычно он появляется каждый день, берет новые книги и возвращает старые.

– А какие книги он берет?

Ишита показала мне список самых разных книг про растения и ведьмовские обряды. Конечно, можно подумать, что Блейк читал их только для того, чтобы выявить мои слабые стороны, но эти книги я прочла еще в десять лет. Они были написаны простым и доступным языком – даже для тех, кто мало знал о растительных ядах или ежегодном ведьмовском цикле.

– Он тебе нравится? – прямо спросила я у Ишиты.

– Он демон, – выпалила она как из пистолета.

– Он причинил тебе вред?

– Нет, но это не отменяет того, что он демон, а мы, ведьмы, не должны с ними общаться. У королевы Фаустины была подруга-человек и поклонник-демон. – Ишита снова вспомнила старую историю. – Для нас, ведьм, полиамория не является чем-то предосудительным, но этот демон Мефистофель… если бы не он…

– Тогда Грета никогда бы не умерла, и Фаустина не сошла бы с ума. Знаю эту историю. Но доверься своей королеве, – отмахнулась я от Ишиты. – Я знаю, что делаю.

Этого я, конечно же, не знала, но была почти уверена, что настоящая королева никогда бы не проявила слабости.

Мне не нравилось, что королеву Фаустину всегда приводили в пример, когда дело касалось отношений между ведьмами и демонами. Ходила молва, что именно ее романтические и сексуальные отношения с демоном свели ее с ума. Дар создавать хаос не виноват в ее неприглядной кончине.

А теперь вернемся к письму с извинениями. Что мне написать? Я знала только версию событий Блейка, а демоны редко лгали. Демонам не нужно лгать, потому что они и без того умели заставлять людей плясать под их дудку. Блейку достаточно прикоснуться ко мне, чтобы я растаяла и продала душу за его поцелуй. И в то же время в его прикосновениях чувствовалась какая-то неуверенность, трепет, даже неподдельная похоть – и все это заставляло меня надеяться, он не притворяется.

Я обхватила себя руками. Мне казалось, что меня разрывает на части.

– Что я тут вообще делаю…

Мне очень жаль. Белладонна, – написала я после того, как почти час пялилась на бумажный лист, и оставила рядом с запиской плюшевого мотылька. Я надеялась, что если он вернется, то найдет письмо и поймет, что я чувствую себя паршиво из-за нашей ссоры. Я мало что написала, но эти слова исходили из той части моего сердца, которая игнорировала демоническое происхождение Блейка.

Глава 24. Cicuta Virosa. Вех ядовитый

Я находилась в замке совершенно одна, за исключением нескольких служащих-людей. Даже Ишита взяла два выходных, чтобы навестить свою семью и их ковен огненных ведьм в Эксетере. Анастасия забежала в столовую с круассаном во рту, но она выглядела такой занятой и напряженной, что я ничего ей не сказала.

Поэтому совсем неудивительно, что после скудного и запоздалого обеда я покинула замок через парадную дверь и, вооружившись тыквой, направилась в Ядовитый сад. В конце ведьмовского года я хотела избавиться и от других старых проблем, и какое место было более подходящим, чем мой прежний дом?

На сердце стало невероятно тяжело, когда я прошла через выкрашенные в черный цвет ворота сада и услышала приглушенный шелест моих растений. Десятки голосов трещали без остановки, называли меня королевой и плакали, потому что соскучились.

Горячие слезы тут же навернулись на глаза. Я отсутствовала всего несколько недель, но мне казалось, что минули долгие годы. Будто я в прошлой жизни бродила по этим садам и осматривала растения на предмет тли и других вредителей.

Больше всего на свете мне хотелось пустить корни в Ядовитом саду, и некоторые растения тут же восприняли это как вызов.

– Я польщена, Ицли, – сказала я веху ядовитому, который бурно приветствовал меня, разрастаясь у моих остроносых туфель. – Но в этом саду есть и другие люди, и я не хочу, чтобы тебя без надобности подстригали.

Растение с ворчанием удалилось обратно во влажную среду обитания.

Мое имя эхом разносилось по всему саду.

– Белладонна! – радостно завопил Майкл, бросившись мне навстречу.

Прежде чем он успел обнять меня, я протянула ему тыкву Блейка. После моего ядовитого коктейля на завтрак, возможно, даже моего дыхания хватило бы, чтобы мужчина упал в обморок.

Я попыталась проглотить огромный ком в горле.

– У тебя есть чайная свеча?

– О, какая красивая! – прокомментировал садовник мой украденный подарок. – Она займет почетное место среди других тыкв у входа. Ты стала вырезать лучше! Выглядит действительно хорошо.