Теона Рэй – Тихоня с изъяном – 2. Наследница Севера (страница 8)

– Я мало что поняла из твоих слов, дядя Эйнар, но, кажется, я богата?

– Ты безумно богата, – усмехнулся он. – И твои подданные не бедствуют. Точнее, не бедствовали, пока на престоле сидел твой папа.

– Жаль, что я его никогда не видела.

– Видела однажды, но не запомнила. – Ронан улыбнулся. – Ты была совсем маленькой, когда он приходил с дядей Эйнаром.

– Почему он приходил только один раз? – Тоня нахмурилась.

Вот как ей сказать? Ронан мысленно отругал себя за длинный язык. Нужно было молчать.

– Я уже большая, – буркнула Тоня. – Не надо меня обманывать.

– Он видел тебя, когда ты родилась, а потом его арестовали. Мы с твоим папой много лет сидели в темнице до того, как его казнили. Прости, Тонь, ты сама попросила тебе не лгать.

Она не плакала. Вся съежилась, уставившись на огонь. О чем она думала, неизвестно, но на ее лице Ронан не видел ни намека на скорбь. Зато он видел кое-что другое – злость. Скорее, даже ярость. Она полыхала в глазах ребенка, а выворачивала душу Ронана: не должна маленькая девочка…

«Не маленькая девочка, а Владычица, – напомнил себе Ронан. – Хватит поддаваться жалости, для нее сейчас не время».

Глава 7

Сегодня детям предложили поужинать в другой столовой под присмотром нянек, чтобы взрослые могли поговорить не о ничего не значащих пустяках, а о действительно серьезных вещах – предстоящей войне.

В том, что война будет, Эйнар не сомневался. Его уверенность передалась всем нам, так что в столовой царило напряжение.

Елена и Федор, Эйнар и я, а также Забава – ее ребенком уже не считали, – молча переглядывались. Каждый хотел что-то сказать, но не решался.

– Слуги должны знать? – спросил наконец Федор. – На Земле я бы, конечно, не стал вводить их в курс дела, но здесь мы почти одна семья.

– Разумеется, – согласился Эйнар. – Но я не думаю, что в случае войны вам что-то угрожает. Совету нужны я, Тоня и Ронан, пока нас ищут, пострадает кто-то еще, но вы – вряд ли. Нет оснований. Вы никому не говорили о дружбе со мной?

– Никому! – хором ответила графская чета.

– Как вы и просили, – добавил Федор. – Если кто-то спрашивает, то мы говорим, что приехали с Востока и получили работу. Замок пустовал, нам его выделили на то время, пока мы занимаемся оленеводством.

– Верно, – кивнул десница.

Суп остыл, салаты подсыхали. Я без аппетита косилась на печенье в вазочке, крутила в руках чашку с чаем. Попробовала только ломтик сыра, но больше ничего в горло не лезло.

– И все же, – заговорила Елена, – какова ситуация в мире на данный момент? Мы, конечно, понимаем, что Совет хочет избавиться от наследницы и оставить власть над Севером себе, но есть ли в их планах что-то еще? Насколько я знаю, ее высочество не сможет пройти инициацию еще пятнадцать лет, а значит, ей не занять престол. Теперь, когда ее нашли, но вновь упустили, Совет куда яростнее станет продолжать ее поиски. Что, если не удастся скрывать драконицу так долго? Не подумайте, что я стараюсь казаться умнее, чем есть, но, может быть, стоит рассказать людям о наследнице? Если поданные узнают о принцессе, то Совет отступит?

– Хотел бы я в это верить. – Эйнар глотнул морса из бокала, качнул головой. – Люди догадываются о существовании наследницы, поэтому Совет хочет предъявить им ее труп. До этого никто не вправе назначить себя Владыкой Севера. Она последняя из нашего рода, с ее смертью земли отойдут Совету в безраздельное пользование. Они не откажутся от такого, никогда и ни за что. Наш единственный шанс спасти Тоню и Северную Элерию – переписать закон, который не позволяет наследнику проходить инициацию до двадцати лет. Тогда Тоня станет Владычицей, даст мне защиту и право быть ее десницей, и уже я на законных основаниях буду править от ее имени.

– Разве можно переписать закон без решения Мирового Совета? – Федор нахмурился, его лоб покрылся еще большим количеством морщин.

– Один – можно. Именно этот пишется и меняется любым чистокровным драконом нашего рода в любое время и не прибегая к заседанию Совета. Мне нужно только добраться до хранилища в замке Тони, где находится свод законов. Там стражи, я уверен, но я что-нибудь придумаю. Сейчас у меня другая задача.

– Дать о себе знать? – Я влезла в разговор, хотя чуть раньше решила молча слушать.

– Да. Мне нужно увести армию с Земли в Элерию, а уйдут они оттуда, только когда узнают, что я здесь. Западному королю неинтересна война с Землей, он пришел вслед за своей дочерью, чтобы забрать Тоню. Теперь у него еще одна цель – отомстить мне за смерть леди Тирен. И Тоня, и я находимся в Элерии. Армия покинет тот мир, я не сомневаюсь.

– Но теперь все они, там, на Земле, вспомнят о вас, – негромко сказала Елена. – Когда мы жили в Клещине, то слышали легенды о чужом мире и драконах, но не верили. Никто не верил. О колдунах и драконах писали в сказках, сочиняли песни, ставили спектакли, но считали это выдумкой. Теперь же все поймут… точнее, вспомнят.

– Этого мы изменить уже не сможем, – сказал Эйнар. – Армия летела на вивернах много километров, несколько недель, их наверняка видели. Позже они сожгли целый город, это не скрыть. Мне жаль.

Елена смахнула со щеки слезу, взяла в руки вилку и нож. Отрезала себе кусок курицы, налила брусничного морса. Федор тоже принялся за ужин, пряча глаза в тарелку.

– Что нам делать дальше? – спросила я у Эйнара тихо.

– Просто жить. Обучением детей займутся, у Елены и Федора одна из бывших горничных, как оказалось, имеет образование преподавателя.

– И весьма неплохое, – поддакнула Елена. – Она учит наших сыновей.

– А ты займись собой. – Эйнар улыбнулся мне. – Просто поживи для себя, пожалуйста. Спи до обеда, гуляй, вышивай и танцуй. Что тебе интересно?

– Учиться, – прошептала я. – Я тоже хочу учиться, чтобы потом уметь читать книги.

– Вот и отлично. Не думай о плохом, все будет хорошо. Я тебе обещаю.

Я кивнула. Почему-то я верила Эйнару, он как будто не мог лгать, хотя еще ни разу не выполнял данные мне обещания – потому что ничего не обещал. Но он уверен в своих словах. Все будет хорошо.

Он не сказал, когда наступит это «хорошо», но я старалась об этом не думать.

Зато много думала о Тоне. Как она там? На чем спит, что ест? Не холодно ли ей? У меня сжималось сердце при мысли об условиях жизни девочки.

Я не стала докучать Давыдовым вопросами о жизни в Элерии, но все равно все разошлись далеко за полночь. Обсудили каждый шаг Эйнара, который он собирается предпринять, выдвинули по несколько вариантов, как можно добраться до хранилища и где потом искать Тоню. Ведь даже десница не знал, где Ронан ее прячет.

Все наши предложения и предположения были пусты. Дракон кивал, улыбался, но я догадывалась: он поступит по-своему, у него уже есть план, а нам он позволяет поучаствовать в его деле болтовней лишь для того, чтобы мы чувствовали себя спокойнее.

Перед сном я заглянула в комнаты детей. Не стала заходить к сыновьям Елены и Федора, разумеется, мы еще недостаточно близко знакомы. Ярику, Вове и Вите выделили отдельные комнаты, каждому свою. Счастью мальчишек не было предела, но они почему-то собрались в одной комнате, у Витьки. Сидели на широкой кровати, наглухо задернув плотные шторы на окнах.

– У нас тут тайная дверь, – радостно сообщил мне Вова. – Представляете? Мы можем не выходить в коридор, а просто пройти сквозь стену сначала в мою комнату, потом в комнату Ярика.

Я поговорила с ними несколько минут, справилась о самочувствии, узнала, как они переживают переезд из одного мира в другой. Несмотря на тревогу из-за Тони, парни были всем довольны. Они считали новую жизнь приключением и уже вовсю раздумывали над тем, кем собираются стать.

– Рыцарем буду! – провозгласил Ярик, запрыгнул в глубокое кресло и принял позу воина с мечом.

Мальчики захохотали. Я пожелала им спокойных снов и отправилась к девочкам.

Девчонки также собрались в одной комнате – у Забавы. Она лежала посреди кровати, а Оля, Лиля и Света облепили ее с обеих сторон. Забава «читала» им сказки из красивой книжки, но, конечно, она их сама придумывала по картинкам и рассказывала, потому что читать не умела.

– Тета Агая! – воскликнула Олька и завозилась на постели. – Тета Агая, ди нам!

– Иду-иду. – Я запрыгнула на кровать, потрепала всех по волосам, чмокнула в круглые щечки. – Как вы тут?

– Лучше, чем было на Земле. – Забава улыбнулась. – Графиня так добра, что позволила нам остаться здесь на любое время. Она убедительно доказывала, что не будет против, даже если мы решим никогда не уезжать. У них достаточно комнат для всех, и детей они любят. Я думаю, ее светлость говорила это не из вежливости.

– Можешь быть уверена, – согласилась я. – Давыдовы здесь совсем одни, их дочери разъехались кто куда, сыновья, как я поняла, большую часть жизни кочуют с оленями.

– Один сын, старший, – кивнула Забава. – А второй у них приемный. Когда они переехали в этот замок десять лет назад, то нашли в одной из комнат умирающего мальчишку. Он был бродягой. Граф принял его в семью.

– Они чудесные люди.

– Да. – Забава отложила книжку, обняла Лильку, которая липла к ней, трогала за волосы, тискала за шею. – Нам здесь нравится, Аглая. Мы бы не хотели возвращаться в свой мир, там нас никто не ждет. Я знаю, сколько вы для нас сделали, и усадьбу выпросили у администрации, отремонтировали ее… столько денег потратили. Но мы не хотим. Простите.