Теона Рэй – Маленькая хозяйка волшебной лавки (страница 9)

В голове не укладывалось все что рассказала официантка. Представила, что мою малышку кто-то заберет и утащит не пойми куда, и меня подтряхнуло от злости. Я бы уничтожила Молот на месте родителей Эйдена. А раз они такие сильные маги, то наверняка могут это сделать, разве что ждать открытия портала еще лет тридцать-сорок. Вот придут они через сорок лет, и куда все Молотцы будут бежать?

– Если ты думаешь о детях Эйдена, то у него их нет, – донесся до меня голос Асьи. – Никого нет, и неизвестно когда будут.

– Сколько ему лет?

– Тридцать семь. Как ты понимаешь, времени на то, чтобы обзавестись наследниками, остается очень мало.

– Еще совсем молодой, – пожала я плечами, а про себя добавила: “Но на его месте я бы отказалась от деторождения, чтобы не уготовить им такую же судьбу как и его собственная”.

В зале раздались громкие голоса, дверь качнулась на петлях и на кухне появился Доран.

– Асья! Выйди, у нас гости, – потом мужчина перевел взгляд на меня. Вскинул руку, останавливая уже собравшуюся идти в зал дочь, и прищурившись, произнес: – А давай-ка новенькая выйдет.

– Но… – я и отказаться не успела, как Доран тут же меня переубедил.

– Неделя проживания бесплатно.

– Уже бегу! – я подскочила к печи, достала из нее горячие ароматные лепешки. Положив их на тарелку и сглотнув слюну, поспешила в зал.

– Блокнот возьми, – Асья пихнула мне в руку тоненькую книжицу и карандаш.

Едва распахнув двери, я пожалела, что согласилась на просьбу Дорана. За столом у камина сидел тот мужчина, которого я видела в окно. Это и был Эйден Рэнольд, я даже не сомневалась. После того как Асья описала его, я не могла себе представить, что дознаватель Мировой магистерии выглядит как-то по-другому.

Только так. Его мощная энергия сбивала с ног, заставляла все мое тело дрожать и только чудом я смогла удержаться от того, чтобы не сбежать в ужасе куда глаза глядят.

Эйден терпеливо ждал, пока я соберусь с духом. Кажется, он даже наслаждался тем, какой эффект произвело на меня его присутствие. Страх. Эйден Рэнольд обязан вызывать страх у всего живого, чтобы никто не смел ослушаться и нарушить закон.

Но меня волновало другое. Если Эйден узнает, что я знакома с Путешественником, которого ищет весь этот крошечный городок, то я боюсь представить, что со мной могут сделать.

Собрав всю волю в кулак, я шагнула к столу с улыбкой.

– Добрый день! Желаете сделать заказ уже сейчас? – я приготовилась записывать. Никогда не была официанткой, но примерно представляла принцип работы.

– Стейк, – ответил гость тихо. Голос его был бархатистым, спокойным, и меня будто обволокла мягкая теплая пена.

Я улыбнулась уже искренне. Мне нравился Эйден.

– Что-нибудь еще?

– Нет, благодарю.

Мужчина едва заметно взмахнул рукой, и меня в сторону кухни будто подтолкнули невидимые руки. Стоило двери в зал остаться за спиной, как меня словно окатило ледяной водой. Я боялась Эйдена, и выходить к нему снова не хотела!

– Что-то случилось? – Асья выглядела обеспокоенной. – Кто там?

– Эйден Рэнольд, – ответила я хрипло, сжимая блокнот в руках так сильно, что костяшки пальцев побелели.

– Оу… Папа? – девушка обернулась к сидящему за столом мужчине. – Зачем ты его впустил?

– Замолчи! – Доран приподнялся с места, и добавил едва слышно: – Что я должен был сделать? Запереть дверь перед носом главного дознавателя?!

– Поест и уйдет, – буркнула я, дрожащими пальцами вырывая листок из блокнота. – Он заказал стейк.

– Мясо не прожаривай слишком сильно, – скомандовал Доран дочке, направляясь в зал. – Господин Рэнольд любит мясо с кровью.

Мы с Асьей скривились в отвращении, переглянувшись, когда дверь за Дораном закрылась.

– Ты встречала его раньше? – спросила я, наблюдая за тем, с какой любовью девушка солит и перчит кусок мяса.

– Нет, никогда. Я только слышала о нем, а еще видела портрет в одной из книг по истории Севера… Нарежь, пожалуйста, картофель, и пожарь со стручковой фасолью.

Я вытащила обозначенные продукты из кладовой, и принялась за дело, а Асья в это время уже выкладывала на тарелку ароматный стейк. Мясо едва схватилось, внутри оставаясь полностью сырым. К нему были готовы жареные овощи спустя несколько минут, и это значило, что мне снова пора в зал.

– Я бы вышла сама, но папа… – Асья поморщилась. – Он приказал вообще не показываться на глаза господину Рэнольду.

Я глубоко вздохнула, подхватывая тарелку. Улыбаться, главное, улыбаться и быть любезной, и тогда Эйден решит, что я о нем ничегошеньки не знаю.

ГЛАВА 8

В зал вышла, уже приготовившись вздрогнуть от страха, но ничего не почувствовала. За столом сидел обычный мужчина, а не страшный ужасный главный дознаватель. Никакой темной энергии вокруг него на этот раз не было, а на меня Эйден и вовсе не смотрел.

Я поставила перед ним тарелку, положила на тряпичную салфетку столовые приборы, и спокойно вернулась на кухню.

Асья пекла для меня лепешки. Когда я вошла, она вытащила из печи третью, последнюю, и положила на тарелку к тем двум что я уже испекла. Я поблагодарила девушку и отправилась к себе в спальню. Проходя через зал, зачем-то обернулась на Эйдена, и вновь столкнулась с ним взглядом. Что-то внутри меня вспыхнуло, но тут же погасло, оставляя после себя чувство опустошения.

Оно мучило меня до тех пор, пока я не скрылась за дверью, ведущей к комнатам.

Эйден Рэнольд определенно обладал очень странными магическими способностями. И желанием пугать людей, вот это уж точно.

Соня уже не спала, и я отругала себя за то что оставила дочь одну. Она сидела на кровати растерянно хлопая сонными глазками, а увидев меня расплылась в улыбке.

– Я готовила нам ужин, – виновато улыбнулась и я. Оставила тарелку на прикроватной тумбочке и чмокнула дочь в лоб. Жар не спал, кажется, наоборот усилился. – Но сначала нужно выпить таблетки, хорошо?

– Фу-у-у, – скривила она губки.

– Надо, милая. Ты заболела, а к доктору мы не попадем, понимаешь?

Соня снова скривилась. Она всегда так делала, когда ей что-то не нравилось, но выполняла просьбы беспрекословно. Таблетку я разломила на две части, и одну протянула дочери. Соня запила невкусную пилюлю остатками чая, и без аппетита покосилась на лепешки.

– Я не хочу есть, мам. Хочу спать.

Насильно кормить ее я не стала. Укутала дочку в одеяло, и легла рядом.

– Спи, я побуду с тобой пока ты не проснешься, – шепнула ей на ухо.

Что ж, сегодня на поиски работы мы не идем. Я не потащу больного ребенка на улицу, хоть там и не сильно холодно, а завтра мне уже выходить на работу на кухню. Если в “Ночлеге” всегда так мало гостей, то у меня будет время на дочь, пусть ей и придется находиться со мной на кухне, но это все же лучше чем одной в комнате, где даже мультики не посмотреть.

Пока я даже слабо не могла себе представить наше будущее. Соня заболела так не вовремя! Нет, болезнь никогда не бывает вовремя, но почему именно сегодня, когда мы только-только прибыли в Молот?

Дочь мирно сопела, иногда покашливая во сне. Я гладила ее по руке, а потом села на кровати и с жадностью вгрызлась в лепешку. Желудок тут же радостно заурчал, и свою порцию еды я проглотила буквально за минуту. Этого достаточно для того, чтобы продержаться еще день.

За окном вновь началась метель. Сквозь щели в оконной раме в комнату попадал сквозняк, так что мне пришлось надеть пальто. Одеяло было для Сони, но и оно ее не спасало от холода. Впрочем, дочка не мерзла. Она словно горела в огне из-за температуры, а я прижимала ее к себе и старалась не плакать. Так мы пролежали до самой ночи. Я и глаз сомкнуть не могла, боялась что усну, а Соне станет еще хуже. Хотя, что я могла сделать?

Ветер вдруг резко затих. Снежинки за окном застыли в воздухе, и время будто остановилось. Я попыталась повернуть голову в сторону двери, услышав скрип, но не смогла. Меня парализовало так же как уже было сегодня днем, и совсем глупой надо быть, чтобы не понять кто пришел.

– Забирай ее, – раздался в мертвой тишине уже знакомый голос.

Меня окатило волной ужаса, но я не могла пошевелить и пальцем. С паникой смотрела, как руки, обтянутые черными кожаными перчатками, вытаскивают Соню из-под одеяла, как она куксится, начинает дергаться и распахивает глаза.

– Мама! – Дочь пыталась кричать, но из-за больного горла могла только сипеть.

“Нет, нет, нет!” – орала я мысленно. Во мне бушевала ярость, я готова была разорвать Эйдена на части прямо в этой комнате, но могла только лежать, а моя рука, которой до этого я обнимала Соню, висела в воздухе недвижимо.

– А с этой что делать? – спросил тот, кто забрал девочку, явно имея в виду меня.

Ему не ответили. Послышались шаги, дверь хлопнула, и в этот же миг все вновь ожило. Комнату наполнил свист ветра, шум с улицы, и громкие разговоры за стеной. Оцепенение прошло, я вскочила с кровати и бросилась к двери.

– Соня! – мой крик разнесся по пустому коридору. – Эйден! Соня!

Их не было. Словно растворились в воздухе! Я бросилась в зал. Пусто. Выбежала на улицу, в лицо тут же прилетела горсть колючих снежинок, волосы растрепались от порыва ветра.

– Соня!

Из глаз брызнули слезы. Я бежала вдоль дороги, звала Эйдена, звала дочку, но их словно здесь и не было! Люди мирно спали в своих домах. Пару раз я слышала окрик из открытых форточек, но когда я спрашивала появившихся в окнах людей, видели ли они двух мужчин и девочку, мне никто не отвечал. В тот же миг люди прятались, захлопывая форточки.