Теона Рэй – Факультет бездарных магов (страница 10)
– Это как-то странно, – занервничала Экей. – В нашей экспериментальной группе кого только нет. Вот я, например, какое имею отношение к бытовикам? А Аллан к некромантии? Было бы логично разделить нас по принадлежности магии. Я бы училась с темными магами, Чед с артефакторами…
– Я тоже так считаю, – перебила я подругу. – Мне нужны лекции по зверью, а не вот это вот все. С кем у нас следующая пара? Водники? А они-то тут при чем?
– В аудиторию, живо! – громовой голос ректора заставил каждого из нас подпрыгнуть от неожиданности.
Мы отвлеклись настолько, что не заметили, как прозвенел звонок. Метнулись в распахнутые настежь двери, быстро заняли места на самом последнем ряду.
При нашем появлении другие студенты, которые уже были здесь, зашушукались. По их количеству было понятно, что в аудитории собрались первокурсники всех факультетов.
– Двести человек на первом курсе учится, – прошептала Экей, пока профессор Бомонт шелестел бумагами на столе. – Я читала…
– Вы с Чедом не хотите в библиотеку переехать? – спросил Аллан. – Не, ну а что? Читать любите, а там книг море. Нам же с Адель достанется по личной комнате.
– Тишина на последних рядах! – рявкнул ректор, посмотрев почему-то на меня.
Затихли вообще все ряды. Экей показала Аллану язык, а мне прошептала на ухо:
– Читала, говорю, что в академию поступило двести двенадцать человек, включая нас. То есть, все они сейчас здесь.
Я окинула аудиторию внимательным взглядом. Мантии, выданные нам вчера вместе с писчими принадлежностями, у каждого факультета имели свой цвет и нашивки на груди и спинах.
Здесь были водники в синих мантиях с изображениями волны, огневики в красных с пламенем, воздушники в белых с вихрем, артефакторы в бежевых со шкатулками, заклинатели животных в желтых с львиными мордочками, менталисты в серебристых с изображениями пятипалых рук, бытовики в серых с метелками, некроманты в черных со скелетами, алхимики в фиолетовых с изображениями пузырьков, лекари в светло-зеленых с пучками трав. И мы – экспериментальная группа бездарников, в одинаковых темно-зеленых комбинезонах и мантиях с нашивками по типу наших сил, но изображения были перечеркнуты красными линиями.
И вот эти линии отбивали какое-либо желание постигать магическую науку. Мы вроде маги, а вроде и никто. Я с горечью скосила взгляд на свою нашивку. Линия перечеркивала морду льва так, что задевала глаз несчастного животного. Я заклинатель, но называться им не могу.
Ректор заговорил, и я отвлеклась от грустных мыслей. На Экей старалась и вовсе не смотреть – бедная девочка беззвучно лила слезы, глядя прямо перед собой на спины настоящих некромантов.
ГЛАВА 7
Я подвинула к себе тонкий лист пергамента и повертела в руках перо с серебряным наконечником. Буквально год назад писала шариковыми ручками в тетрадях, а теперь вот…
– Начнем нашу лекцию с краткого вступления, – голос ректора, усиленный магией, заставлял меня морщиться от новых приступов головной боли. – Все вы знаете, что год назад на севере случился Большой Разлом.
Я вздрогнула и крепче стиснула перо. Историю о Разломе слышала не один раз, и когда только попала в мир, и после – когда профессор Бомонт всячески пытался доказать мне свою невиновность.
– Вражеское вторжение из мира Виафланэй удалось сдержать, но не остановить полностью.
– Профессор! – парнишка с первого ряда вскинул руку.
– Хотите что-то спросить? – ректор поправил окуляры на носу.
– Почему Редли Ринт не покинул человеческие земли, как того требует мировой кодекс? Он ведь прибыл на нашу территорию с целью помочь остановить вторжение, так?
– Верно. Но, как я уже сказал – Разлом не закрыли. Набеги удалось сдержать, и армия доблестных воинов все еще патрулирует границы. Значит, что помощь представителя Драконьих гор может понадобиться в любой момент.
– А вы? – раздалось из другого конца аудитории. – Вы ведь тоже участвовали в войне против виафланэйцев? Много недель во всех газетах писали, что вы создали какой-то мощный артефакт, который позволит запечатать Разлом. Но после того как его использовали, новости прекратились, а Разлом до сих пор не закрыт.
– Хороший вопрос, – профессор Бомонт задумчиво почесал бровь, мазнув по мне взглядом.
Я с трудом сдерживалась. Хотелось встать и во всеуслышание объявить, что артефакт сработал. Только не так, как предполагалось. Хреновый артефактор, этот профессор. Да и человек он так себе.
– Скажу одно, – продолжил ректор, – та конструкция, установленная на границе с Виафланэем, работает. К сожалению, запечатать Разлом с ее помощью не удалось, но она помогает нам сдерживать набеги каждую ночь. Виафланэйцы не отступают. Их мир вот-вот уничтожит сам себя, и его жителям нужно новое пристанище. А потому они пойдут на все, чтобы захватить наш. Но, будем надеяться, что однажды они додумаются сделать пространственную дыру в какой-нибудь пустой мир, еще не населенный или уже не населенный.
– А мне их жалко, – всхлипнула девчонка в серебристой мантии, сидящая передо мной. – Почему бы не пустить их в Уавэру? У нас ведь есть лишние земли!
– Оставь свои фантазии при себе, – хохотнул Чед.
– Тихо! – рассердился ректор.
Я пихнула Чеда локтем в бок:
– О чем ты?
– В смысле?
– Ну, ты сказал, чтобы она оставила фантазии при себе. Я думаю так же, как она – почему Уавэра не может поделиться землями?
– Поделиться? – темные глаза парня сверкнули злобой. – Лично я не желаю стать рабом виафланэйцев. А они обязательно захватят мир целиком, и, конечно же, не честным голосованием.
Перо я отложила. На этой лекции записывать было нечего. Профессор еще долго говорил о том, как важно не выходить за ворота академического городка в темное время суток, поскольку редкие особи из враждебного мира все же пробираются в наш. И пусть север далеко, время от времени виафланэйцев ловят по всему Уавэру.
Потом он сообщил о комендантском часе, начавшемся с сегодняшнего дня. На улицу выходить можно только до десяти часов вечера, а позже – по личному разрешению профессора, и то, только тем, у кого в городке проживает родственник, преподающий в академии.
К концу лекции я уже откровенно засыпала. Экей все еще рыдала над своей магией, которая никогда не позволит ей надеть мантию черного цвета с нормальной нашивкой. Чед зевал, а Аллан взглядом заигрывал с девушкой, сидящей справа от него. Чуть позже они обменялись записками, и Экей наконец отвлеклась от страданий. Хмуро взглянула на девицу-водника, на записку от Аллана в ее руках, и обернулась ко мне с немым вопросом в глазах. Я только пожала плечами. Парни, что с них взять?
– А теперь кратко о том, как будут проходить ваши занятия…
Я вновь посмотрела на ректора и приготовилась записывать. Сначала он сообщил о предстоящих лекциях и практических занятиях “нормальным” факультетам, а после – нам.
– Экспериментальная группа, прошу минуточку вашего внимания. Следующая лекция у вас в этой же аудитории, и все остальные – тоже. Здесь вы будете изучать теорию, а практика будет проходить на подземном уровне, как и у всех остальных. Разве что в отдельной лаборатории, подготовленной специально для вас.
– В ней наверняка стены из лунной крошки, – хохотнул кто-то со средних рядов.
– Вам не о чем переживать, Сноу, – профессор стрельнул взглядом в говорившего.
– Сноу, ну, конечно, – фыркнула Экей.
– Студенты экспериментальной группы, – продолжил ректор, – ничем не отличаются от других. Да, их магия чуть другая, иногда она смешана из двух разных силовых потоков, но, поверьте, вреда не причиняет. Тем более, под наблюдением преподавателей…
Я все же прикорнула, подперев щеку рукой. Чед захрапел рядом, уложив голову на мое плечо. Лекция закончилась со звонком, который нас и разбудил.
– На этом я с вами прощаюсь, – громко сказал профессор Бомонт. – И, надеюсь, что не возникнет случаев, когда нам с вами придется встречаться.
Я усмехнулась. Тоже надеялась, что наша группа не натворит ничего, из-за чего мы могли бы попасть “на ковер”. Знала бы я, как наивна была в тот момент.
Когда разошлись все, включая ректора, мы с ребятами перебрались на первый ряд. Экей успокоилась, когда объявили, что наша группа будет заниматься отдельно от всех.
– Позориться не придется, – со вздохом утерла она последнюю слезинку. – Нет, ну вы видели сколько первокурсников? И все они, вообще все, с нормальной магией! У каждого из них будет диплом: красный, серебряный, ну, или, в крайнем случае белый.
– Зеленый еще, – встрял Чед. – У лекарей – зеленые дипломы. И черный, фиолетовый…
– Давайте радоваться справке, а? – не выдержала я. – Что нам те дипломы? Крошечный процент жителей Уавэры допускается в магические академии, а мы уже здесь! Ну, справка, и что с того? С ней тоже на работу в Магистерию берут.
– Берут, – вздохнул Аллан. – Уборщиками, секретарями, кладовщиками.
Экей треснула Аллана тяжелой папкой для бумаг и взвизгнула, когда парень ей ответил тем же. Они рванули по аудитории друг за другом, вопя и ругаясь.
– Я спокоен насчет обучения, – сказал Чед, поудобнее устраиваясь на скамье. – Мне нет никакого смысла даже пытаться развить силу. Так что я давно смирился с тем, что буду изучать теорию для общего развития. А работа у меня уже есть. Точнее, будет через пять лет. Дядюшка Тедд возьмет меня к себе на фабрику по производству валенок.