Теона Флёр – Эхо древней связи (страница 4)

– Эльфы… привыкли одним лесным воздухом питаться, – не унималась Тамила, качая головой.

Дейв ещё раз поблагодарил её, пообещал заглянуть на обед, и мы, наконец, покинули шумную столовую. Следующей остановкой должна была стать ведьма. И от этой мысли по спине снова пробежал холодок – на этот раз не от страха, а от предчувствия чего-то необъяснимого, того, что ждало нас впереди.

Глава 5

– Чем нам поможет ведьма? – нарушила я тишину, царившую между нами с тех пор, как мы покинули столовую.

Дейв замедлил шаг, словно подбирая слова.

– Эта… связь между нами, – начал он, не глядя на меня. – Она ненормальна. Мы, волки, не испытываем такого к эльфам. У каждого из нас есть предназначенная пара. Но это случается только между оборотнями. Или, в крайне редких случаях, между волком и ведьмой. За всю историю я не слышал, чтобы подобное произошло с волком и эльфом. Тем более… – он бросил на меня тяжёлый взгляд, – вы наши заклятые врагами.

– Между эльфами тоже бывает связь душ, – тихо сказала я, глядя на убегающую вперёд лесную тропу. – Но она редкая. Моя бабушка рассказывала, что такая была у моих родителей. Это всё, что я о них знаю. Больше мне запретили спрашивать, – голос мой дрогнул, выдавая старую, детскую боль.

– Твои родители умерли? – после паузы спросил он, и в его тоне не было обычной колкости.

– Да. Я их даже не помню, – перевела дух. – А ты? Кто ты для своей стаи? Они тебя слушают. Это чувствуется.

– Потому что я альфа, – он прошипел это так тихо, что я едва расслышала. – Ощущение, будто тебя это совсем не радует.

– Так и есть, – его ответ был коротким, как удар топора.

На меня нахлынула странная тоска. Выходит, у нас есть что-то общее – оба мы пленники своего положения, своей роли, навязанной другими.

– Пришли, – его голос вернул меня к реальности. Он показал на небольшой, почти игрушечный домик, стоявший на самой опушке, вдали от других строений. Его окружала лишь вековая стена леса, шелестящая листьями и полная незримых глаз.

– Жутковатое местечко, – невольно вырвалось у меня.

– И то верно, – Дейв усмехнулся как-то беззвучно. – Заходи.

– Может, ты первый? – замялась я на пороге.

– Волков ты боишься меньше, чем местную знахарку? – язвительно подметил он. – Ладно, иди за мной.

Он толкнул массивную, покрытую резьбой дверь, и зазвенели десятки крошечных колокольчиков, подвешенных к потолку. Звук был чистым, ледяным, словно капель.

Войдя следом, я замерла от удивления. Внутри было уютно. Я готовилась увидеть мрачное логово: чёрного ворона в клетке, котёл с клокочущим зельем, полки, ломящиеся от склянок с мерзопакостными ингредиентами. А передо мной был чистый, светлый, пахнущий травами и мёдом дом. В коридоре стоял мягкий, потертый диван, дальше виднелась аккуратная кухонька, а напротив – приоткрытая дверь в комнату, вероятно, спальню.

– Здравствуй, Дейв, – из спальни послышался звук шагов, и на пороге появилась хозяйка.

Женщина средних лет, её главным украшением была копна вьющихся огненно-рыжих волос, колыхающихся при каждом движении. Глаза – яркие, пронзительно-зелёные, как два отшлифованных изумруда. Они скользнули по Дейву, затем уставились на меня. Будто она видит меня насквозь.

– Привет, Ария, – кивнул Дейв. В его приветствии я уловила нотку редкого уважения. – Что скажешь? – спросил он. Ведьма, не отводя от меня пристального взгляда, медленно покачала головой, а уголки её губ дрогнули в едва уловимой усмешке.

– Скажу, как же ты, дружок, попал, – её хихиканье прозвучало как перезвон тех самых колокольчиков. – Эльфийка… Это что-то новенькое. Даже для моих древних книг.

– Не ты ли твердила, что мне пора найти пару, – огрызнулся Дейв, но в его голосе не было прежней уверенности.

– Желала-то я, – буркнула Ария, направляясь к небольшому очагу, где на углях томился медный чайник. – Но думала, ты что-то попроще отыщешь.

Она налила в глиняную чашку густого, дымящегося отвара, пахнущего полынью и чем-то сладким, и протянула её мне.

– Выпей. До дна.

Я с недоумением посмотрела на чашку, затем на Дейва. Он молча кивнул. Доверять ли ведьме? Но выбора, похоже, не было. Я взяла чашку, обжигая пальцы.

– Пей, – повторила Ария, и в её голосе прозвучала не просьба, а спокойный приказ. – Ровно половину. Остальное отдай ему. – Она указала на Дейва. – А завтра приходите оба.

– И это всё?! – не выдержал Дейв, его голос прозвучал как рык.

– Всё остальное – завтра! – Ария уже поворачивалась к спальне, её рыжие волосы взметнулись вслед за движением. – Энергия между вами слишком сырая, неоформленная. Надо дать зелью поработать – проявиться. Теперь идите. Мне нужно подумать.

Сдавленный, почти звериный рык застрял в горле у Дейва, но он лишь резко развернулся и вышел, хлопнув дверью. Я, стараясь не расплескать странное питьё, послушно отпила половину. На вкус оно оказалось горьковато-терпким, с долгим медовым послевкусием. Затем протянула чашку Дейву. Он взял её, наши пальцы ненадолго соприкоснулись, и по моей руке пробежала волна того самого, уже знакомого жара. Он осушил чашу до дна, поморщился и бросил её в густую траву у крыльца.

– Ни черта не понял, – прорычал он, больше себе, чем мне.

– Все ведьмы такие? – спросила я, догоняя его.

– Какие?

– Загадочные. Говорящие намёками.

– Не знаю, – отрезал он. – Мало общался. Да и к Арии, я захожу редко.

Мы уже отошли от домика погрузившись в прохладную тень вековых сосен, когда я почувствовала странные изменения. Сначала это было лёгкое тепло в районе солнечного сплетения, будто выпитый отвар дал крошечную искру. Но через несколько секунд искра разгорелась в настоящий пожар. Пламя жгучего, неконтролируемого желания растекалось по венам, разбегалось искрами под кожей, затуманивало разум. Я остановилась, опершись о дерево, и взглянула на Дейва.

С ним происходило то же самое, только выглядело это опаснее. Его плечи напряглись, пальцы сжались в кулаки так, что кости хрустнули. А глаза… Его светлые, лучистые глаза помутнели, в их глубине зажегся жёлтый, хищный огонёк. В нём проснулся волк – не разумный воин, а первобытный зверь, учуявший свою единственную, предназначенную ему добычу.

– Дейв… ты чувствуешь? – прошептала я, хриплым голосом от нахлынувшей волны похоти.

– Да… – выдохнул с таким напряжением, словно воздух обжигал ему губы. – Охренеть, как тебя хочу… Прямо здесь. Сейчас.

Налетел на меня, как ураган. Его мощные руки обхватили мою талию, прижали к себе так, что я почувствовала каждую мышцу его торса, каждую пульсирующую вену. Его дыхание, горячее и прерывистое, обожгло шею.

– Нельзя… Дейв, нет, нельзя… – выкрикнула я. Но мои руки уже сами обвивали его шею, пальцы впивались в жёсткие волосы на его затылке. Разум кричал о том, что это безумие, что это предательство, но тело, разбуженное зельем и этой проклятой, божественной связью, ему не подчинялось. Похоть взяла верх, смывая все запреты, страх, память.

Дейв нашел мои губы. Его поцелуй не был нежным. Грубый, жаждущий, безрассудный. Его язык вторгся в мой рот, заявляя права. Я ответила ему с той же яростью, кусая его губы, пока в них не почувствовала солоноватый привкус крови. Его руки скользили по моему телу, срывая тонкую ткань моей одежды. Я пыталась бороться – не для того, чтобы остановить его, а чтобы эта борьба стала частью этого дикого ритуала, чтобы чувствовать его силу.

От нехватки воздуха в глазах потемнело. Он отпустил мои губы, и я жадно глотнула воздух, а его рот, жаркий и влажный, уже скользил вниз по шее, к ключицам, дальше. Он сбросил с меня остатки ткани, обнажив грудь. Его прикосновения к набухшим, болезненно чувствительным соскам заставили меня выгнуться с тихим стоном. Он ласкал их губами, языком, покусывал, и каждая капля боли моментально превращалась в волну сладкой, разливающейся по животу истомы.

– Такая сладкая… вся моя… – его шёпот был хриплым, низким, идущим из самой глубины груди. Его взгляд, полный немого обожания и животной жажды, скользил по моему телу, запоминая каждый изгиб.

Он опускался ниже. Его шероховатая ладонь провела по моему бедру, заставив кожу покрыться мурашками. Я инстинктивно раздвинула ноги, разрешая, приглашая. В этот миг не было места стыду, были только он и всепоглощающая потребность.

Резким движением он скинул с себя футболку, обнажив торс, покрытый рельефом мышц и бледными узорами шрамов. Сел на мягкий мох у корней сосны и потянул меня за руку к себе, усаживая лицом к нему на колени. Взгляд его был пристальным, почти невыносимым. Затем, медленно, он вошёл в меня.

Мир сузился до точки. До ощущения его тела, его кожи под моими ладонями, его дыхания на моём лице и той невероятной, почти болезненной полноты внутри. Я вскрикнула, вжавшись лбом в его плечо. А потом начала двигаться. Сначала медленно, неловко, а затем всё быстрее, отдаваясь ритму, который стучал в нашей крови. Он помогал мне, его руки крепко держали мои бёдра, направляя, задавая глубину.

И тогда случилось нечто. Сначала это было похоже на мерцание в воздухе – лёгкая, золотистая дымка, как солнечная пыль. Но она рождалась не извне. Она исходила от нас. От мест, где наша кожа соприкасалась, от наших переплетённых дыханий. Светящаяся аура окутала нас, мягко пульсируя в такт нашим диким сердцам. В порыве страсти до меня не сразу дошло, что это мы её создали. Мы были теми, кто был предназначен друг другу вопреки войнам и запретам. И сейчас, сливаясь воедино, мы не просто утоляли похоть – мы наполняли друг друга, обмениваясь не только телами, но и какой-то сокровенной силой, энергией, дремавшей в глубинах наших душ.