Теодор Тория – Товарищ Полянский (страница 1)

Теодор Тория

Товарищ Полянский

Если когда-нибудь захотите создать шедевр, то не поступайте так, как ранее поступил товарищ Полянский.

Полянский создал порядка девяносто девяти работ за время своей тихой и лишенной признания карьеры художника, однако, в широких кругах ценителей настоящего хардкорного авангарда всем было известно, что он был серьезно настроен оставить в конце своей жизни сто одну работу. Сотая работа была найдена в одном из захолустных кафе, расположенных на западном побережье. Вся она была покрыта толстым слоем смеси масла и пыли, в которых насчитали застрявшими и встретившими смерть порядка двадцати мух. Точнее никто не стал считать, одна эта довольно точная цифра заставляет задуматься о том, какие цели преследовались людьми, их считавшими. Настоящий ли это Полянский? О да, настоящий. Сколько вы за него хотите? Две сотни. Две сотни?! Да разве это годится? Не больше ста восьмидесяти – за каждую муху, похороненную в нечистотах, смешавшихся с масляными красками. Что-то вроде того. Сотая работа проверялась долго. Очень долго. Мне это удалось узнать благодаря владельцу ломбарда рядом с часовой площадью, в который она попадала несколько раз за год и всякий раз по разной стоимости, варьировавшейся в широком диапазоне числовых значений в зависимости от избранного эксперта-оценщика. Когда ее наконец почти испортили и уничтожили, сотую работу Полянского под названием «Синие матрасы под белой крышей» окончательно признали работой Полянского. А что же насчет сто первой работы?

Если существование сотой работы ставилось под сомнение, то в возможность физического воплощения сто первой работы уже не верил никто. Может быть, десяток эскизов или набросков и имели место быть, но ни один из них не имел права претендовать на ярлык «завершено», категорию «работа» или совокупность понятий «завершенная работа». Товарищ Полянский, впрочем, оставил множество лазеек усложнить жизнь ценителям искусства, изложив серьезные, нелогичные, но методически верные принципы создания своих картин в трехсот сорока трех страничной монографии «Точка делимая *или статическое выражение динамических законов в палитре двухсот пятидесяти шести цветов*».

Именно эта буквальная инструкция и была источником проблем, ведь сам товарищ Полянский то и дело нарушал свои правила построения композиции, выбора цвета, определения *вкуса* и *фактуры*. Впрочем, лучше один раз прочитать, чем сто раз услышать мнение критика о прочитанном, потому…

«Картины состоят из формы, полотна, цвета, твердости или мягкости, геометрических форм и запаха. Они вызывают эмоцию тем, что зритель хочет ее завершить… Состоит из всего прочего и названия. Дать картине название – такая же большая работа, как и написать ее».

«Отклик рождается как реакция на обнаруженные несовершенства, и именно это является истинной целью любого творца. Не само произведение, а *пост-вкус* самого наблюдателя после вкушения произведения».

«Обыкновенно, развитая синестезия приводит к тому, что от картины лошадью пахнет».

«Вся она создана не ради целой себя, а как бы ради части, как если бы вся книга была написана ради одной-единственной реплики. И реплика эта – воспаленный глаз и призрачный каменный с лазуритом остров в самом низу (полотна), отгороженный, фактурный, отличный от всего (прочего).»

И, наконец:

«Мы считываем символы, понимая их или нет».

Автор именно этих слов, лишенных ясности, но предельно четких и ограненных, утверждал, что станет автором ста и одной работы. Сценариев было меньше, многим меньше сотни, а именно:

Товарищ Полянский не успел создать сто первую работу и умер, не выполнив обещание, данное себе ли, миру ли по причине уплаты общечеловеческого долга;

Товарищ Полянский действительно сотворил сто и одну картину и сейчас она, так же, как и сотая, где-то пылится, покрывается жиром, лежит забытая;

Ее нужно искать

Ее можно найти

Спустя времяt=x она появится перед нами или одним из следующих поколений

Очень оптимистично!

Товарищ Полянский сделал работ значительно больше, но в настоящий момент, учитывая труд тысячи подражателей, готовых обвалить рынок подделками, сто первая картина, сто вторая или сто сотая уже не стоит ничего и найдена она не сможет быть никогда…

Продолжить список?

Что я всем этим хотел сказать… Мне позвонил незнакомый человек и предложил некоторое время погостить у него. Мысли о данном предложении, как о предложении сомнительном, практически сразу отпали, ведь ни один преступник, маньяк или психопат не сможет быть столь обворожительно наглым. Он дал адрес и указал время и дату, в которые я должен был прибыть по указанному адресу вместе с определенным списком вещей, надиктованным таким строгим голосом, точно я собирался стажироваться на место экономки. Вот он:

Свитер безразмерный

Дубовые ветки

Пятнадцать стеклянных бутылок живого пива, годных к употреблению не более 8 дней после даты производства

Каре ягненка

Офицерская куртка зимняя

Книга, которую порекомендовала бы женщина в енотовой шубе

Три стандартные упаковки свекольного сахара

и

Блин для штанги весом один целый и еще четверть килограмма

Само собой, я поинтересовался, с чего бы мне тащить все это на другой край побережья совершенно незнакомому человеку, на что получил вполне понятный и чудовищно короткий ответ, порождающий ровно столько вопросов, сколько человек пожелает задать. Ответ звучал так:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.