Тео Самди – Отравленное очарование (страница 4)

– В душ ушла. Ей уже по замку послоняться невтерпёж, – сонным голосом ответила Каролина.

– А ты где? Каро? Каро? – нарочито озабоченно, сложив руки рупором окликнула Люси, потом вздохнула. – Пить охота.

Из недр одеял и подушек поднялась рука и палец указал на столик между двумя креслами, где красовались милый графинчик с водой и два стакана.

– Издеваешься, – констатировала Люси, оценив предложение.

– Понятно, – рука Каролины упала обратно.

– Ладно, пойду тоже освежусь. Скажи Ники, чтобы без меня не уходила. Заблудится.

В подтверждение, из бездны кровати вынырнул кулак с поднятым вверх большим пальцем, и тут же снова утонул в мягкой белой пучине.

– Ну кто-то из нас должен это сделать?! – прислонив ладонь к микрофону трубки, Шанталь говорила сдержанно но настойчиво, – Это такой прекрасный случай! Кто бы мог подумать, что она здесь окажется! – ее тон сменился на игривый: – Ну котик. Да не беспокойся ты так, всё будет о’кей! Ты уже скучаешь? Точно? Ну ладно. Це-лууу-юююююю.

После нескольких, кажется, сотен поцелуев на обоих концах провода, Шанталь положила трубку. Вздохнула. Ее глаза блеснули. Она открыла дверь и вынырнув из “телефонной кабинки” быстро поднялась по лестнице.

В проходе, между гостевыми спальнями, царила тишина. Одна из дверей медленно открылась, и из нее выглянула Арлен. Убедившись, что снаружи никого нет, она вышла и аккуратно закрыла за собой дверь. Беззвучно прокравшись по ковровой дорожке, Арлен негромко постучала, или точнее, поскреблась в спальню напротив.

Через минуту история повторилась. Теперь из своей спальни выглянула Ивон. Убедившись, что в коридоре пусто, она мягко закрыла за собой дверь и быстрым шагом направилась к лестнице.

Стоя перед зеркалом Николь внимательно вглядывалась в свое отражение. За ее спиной, на необъятных просторах царства подушек и перин, дремала Каролина.

В спальню, на этот раз вообще не утруждая себя условностями, ворвалась Люси:

– Ники!

Николь резко развернувшись к Люси, прижала указательный палец к губам и кивнув в сторону Каролины, сложила ладони, показывая, что та спит.

Люси двумя пальцами красочно изобразила в воздухе шаги и решительно махнула головой в сторону выхода.

Николь, прихватив портсигар и стараясь не шуметь, вышла следом за Люси, и бесшумно закрыла за собой дверь.

Подруги прошли к лестнице и спустились в холл.

– Так, – в Люси просыпалась собака-ищейка. – Пошли в столовую, там обязательно будет прямой выход на кухню.

– Уверена?

– А как, ты думаешь, на стол попадают блюда?

Они вошли в столовую.

– О-ля-ля! – только и смогла вымолвить Николь. “Вид столовой поражал своим убранством” – штампануло у нее в голове. Нехотя она остановилась, заглядевшись на большущий букет цветов в центре необъятного круглого стола темного дерева, сервированного серебром и лебедями, искусно сложенными из накрахмаленных салфеток. В ожидании гостей вокруг стола были выстроены стулья с высокими спинками украшенными витиеватой деревянной резьбой. Зал был украшен гобеленами, а окна закрывали тяжелые бархатные портьеры пурпурного цвета. Колоссальная золотая люстра со множеством хрустальных подвесок была изящна. По размерам, она, кажется, не уступала столу, и поражала тем, что, до сих пор не рухнула, под тяжестью всего ее великолепия.

– А-а-а. Да, да, – остановилась Люси, заметив, что рот Николь постепенно открывался все больше и больше, пока она оцепенев, разглядывала и впитывала в себя окружившую ее красоту. – Нора, она такая! Она может!

– Как же она собирается пускать сюда людей? – удивилась сама себе Николь, но почему-то это первое, что пришло ей в голову. – Сюда ж без визы пускать нельзя.

– Это только для почетных гостей столовая. С другой стороны есть чуть поменьше и попроще.

Вдруг подруги услышали приглушенный женский смех, доносящийся из-за двери, как они предполагали, на кухню.

– О! Люди, – подняла указательный палец Люси. – Пойдем, спросим.

Дуэт следопытов направился на звук. Подойдя к двери, Люси хотела было открыть ее, но та резко распахнулась и из нее вылетела Ивон. Зацепив Люси плечом, Ивон быстрым шагом пересекла столовую и вышла в холл.

– Извиняться надо! – крикнула ей вслед Люси и повернувшись к Николь, заметила: – Горло пришла промочить. Не выдержала.

Николь развела руками, изобразив недоумение.

– Да! – указала Люси вслед убежавшей Ивон. – Но она-то – первая прискакала!

Пройдя по коридору, соединяющему столовую с кухней, подруги, наконец, достигли своей цели.

При их появлении Марьяна взяла луковицу и, не очистив ее, разрезала пополам.

– Марьяна? – обратилась Люси к горничной, стоявшей к ней с Николь спиной.

Марьяна обернулась. Ее глаза слезились.

– Лук? – Люси подошла ближе.

– Да, вот – мужу помогаю, – ответила Марьяна и попыталась улыбнуться.

Люси кивнула:

– Марьяна, скажите, а нет ли у вас чего-нибудь, вроде “Мартини”? Для души грешной.

– Ой, конечно. – засуетилась горничная. – Я вам сейчас приготовлю.

– Это совсем необязательно, – остановила ее Люси. – Нам главное, исходный продукт. Стакан, лед, “Мартини” и водка…

– Оливку или луковичку? – уточнила Марьяна.

Люси с восхищением посмотрела на нее:

– Наш человек!

Марьяна вытерла руки о передник и пошла к холодильнику.

Повеселевшие Николь и Люси, с длинными стаканами в руках, шли по коридору между гостевыми спальнями. Проходя мимо одной из них, они услышали доносящийся из-за двери возбужденный женский стон. Подруги остановились, подошли ближе к спальне, переглянулись.

– Ого! – тихо сказала Николь. – Не успели приехать.

Люси осторожно прислонилась ухом к двери, прислушалась и вдруг подзадоривая крикнула:

– Давай, девочка, давай!

Николь вздрогнула. Люси подхватила ее под локоть, и они, смеясь, побежали в спальню спящей Каролины.

Глава 4

Зажженная люстра наполняла и без того величественный зал столовой магическим светом. Блеск хрустальных подвесок создавал впечатление сверкающих бриллиантов, играющих на солнце. Переливаясь всеми цветами радуги и отражаясь в хрустале бокалов и серебре столовых приборов свет умножался, словно волшебный фейерверк, разгорающийся в каждом уголке зала.

Ужин был в самом разгаре.

Глаза гостей тоже блестели, но за этим блеском стояло отнюдь не волшебство люстры.

– Я такой утки сто лет не ела! – Люси откинулась на спинку стула. – А этот ягодный соус! Объеденье!

– Жермен закупает птицу у фермера в деревне, так что, утки эти – самые, что ни на есть, органические, – не без гордости пояснила хозяйка.

– И нежные. – Люси закатила глаза от удовольствия. – М-м!

– Наш сосед, художник, тоже берет у него птицу, несмотря на то, что находится довольно-таки далеко.

– И расплачивается рисунками8? – подмигнула Люси. – А Жермен – это повар?

– Замечательный повар! Он и кондитер, и пекарь! А Марьяна еще и соленьями занимается. Удивительная пара!

– Они женаты? – поинтересовалась Ивон.

– Лет двадцать, как она за него вышла, когда во Францию переехала.

– Откуда она? – вступила в разговор Жаклин.

– Из Словении. Ой девочки, с помощниками мне повезло. Люка, например.