Tenodzi CAT – Истории умирающего мира (страница 1)

Истории умирающего мира

История 1

Чтобы ни произошло, какие бы страдания ни пришлось перенести и сколько бы боли она мне ни причинила, я всегда буду любить её...

Прямо сейчас я наблюдаю за ней, моя Катя с таким удовольствием кушает мясо.

Может, это был стейк, приготовленный мишленовским шеф-поваром?

Или её любимая курочка терияки?

А возможно, это были крылышки KFC?

Нет, прямо сейчас, лёжа на полу, я наблюдал, как моя любовь ест меня.

Я всегда буду любить её...

Я встал рано, время было около 8-9... Примерно в это время открывалась аптека рядом с нашим домом, моей Любимке не здоровилось, и одновременно с ней заболели 1.000 и 1.000 людей, и даже по телевизору крутили репортажи о новой неизлечимой болезни.

«Ха. Мы пережили Эболу, пережили коронавирус и пережили хантавирус, ничто не убьёт человечество!»

Это были всего лишь слова... Её слова, которые я никогда не подвергал сомнениям.

В общем, проснувшись в этот час, я проверил, как она себя чувствует. Сегодня она была необычайно бледна. Шёл уже седьмой день, когда она хандрила. Помимо бледности, при помощи градусника я узнал, что у неё была температура 38,6°.

Помимо температуры в первые 3 дня её мучила головная боль, в последние дни наблюдались лишь температура, бледность и слабость. Она почти не вставала с кровати, и у неё не было аппетита.

Я кормил её с ложечки, заставлял поесть хоть немного, но именно сегодня мне потребовалось выйти.

В доме закончились продукты и лекарства.

До ближайшего гипермаркета было буквально 15 минут ходьбы, а если моим шагом или пробежаться, все 10 или пять, там же неподалёку находилась аптека, где я планировал взять лекарства для моей Кати.

Я подошёл к кровати, поцеловал её и, накинув на плечи куртку, покинул квартиру.

Закрывать двери я не стал, жили мы в довольно-таки надёжном жилом комплексе, незнакомых не пустит охрана на территорию ЖК, а соседей мы всех знали, со всеми общались, даже ходили в ресторан, что был неподалёку, всем этажом.

Также не стал закрывать двери, потому что ключи потребовалось бы искать как минимум 15 минут.

Ведь я любил их кидать куда попало, а я хотел вернуться как можно быстрее.

Я спустился по лестнице, когда увидел, что лифт, который я хотел вызвать, уже ползёт к первому этажу.

Мы жили на девятом этаже, и я решил спокойненько пробежаться по ступеням, не дожидаясь лифта.

Когда я вышел на улицу, меня встретило осеннее запустение, кусты и деревья в ленивой манере сбрасывали с себя последнюю листву, дни становились короче, и на улице уже становилось прохладно.

Я скинул куртку с плеч и, надев её, побежал в сторону гипермаркета.

Когда выбегал из ЖК, я увидел на парковке, прилегающей к комплексу, нашего соседа.

Он стоял у машины и не двигался, я не придал этому значения и выбежал с территории, махнув охраннику в будке.

Я бежал по тротуару, ветерок гнал листья, а те листья, что не хотели подчиняться силе природы, разлетались от автомобилей, что проносились мимо меня.

Добравшись до магазина, я отдышался и зашёл в него.

Взяв корзинку у входа, я пошёл по торговым рядам, побросав в неё супы быстрого приготовления, хлеб, колбасу.

Пройдя к секции со скоропортящимися товарами, я уложил в корзину яйца, молоко, сыр и немного йогуртов, что обожает Катюша.

Оплатив продукты на кассе, я чудом отбился от назойливого продавца, что пытался втюхать мне акцию, сказав, что я тороплюсь.

Выбравшись из магазина, я направился в аптеку, встретила меня приятная девушка, выслушав симптомы, она предложила парочку хороших лекарств, которые отпускаются без рецепта, и от себя дала пару ампул жаропонижающих.

В принципе, ничего сложного в постановке укола не было, я уже помогал любимой, она у меня любит поболеть, так что я часто ставил её на ноги, иногда играл роль медбрата и ставил ей уколы.

Оплатив лекарства, я покинул аптеку и направился в обратный путь.

В течение 10 минут я уже подбирался к дому и, зайдя на территорию, позвонил в домофон. Из будки охраны мне никто не ответил, тогда я полез во внутренний карман в поисках карточки для входа на территорию.

Приложив её к сенсорной панели, я услышал звонкий сигнал открытия замков, и воротина впустила меня внутрь.

На удивление, во всём ЖК было пусто, и на парковке не было того соседа.

В будке охраны не было никакого копошения или хотя бы не было замечено охранника, который пытался сделать вид, что работает, сидя в телефоне.

Хоть время и было ранее, но никто не ехал на работу. Задумавшись сейчас, честно сказать, я даже не понял, почему не обратил на это внимание.

Я поднялся на свой этаж, в коридорах никого не было, и я зашёл в нашу с девушкой квартиру.

Я уже хотел поставить пакет и пройти в зал, где она лежала на нашем двухспальном диване, но тут я увидел её в прихожей.

Она стала ещё бледнее, чем когда я её оставил. Она медленно шла в мою сторону.

Я развёл руки для объятия.

Начал говорить что-то вроде: «Ты поправилась?» — «Как себя чувствуешь?» Она подбежала ко мне в упор и обняла.

Только я хотел погладить её по её волосам цвета пшеничных колосков, что впитали в себя весь свет лета, но тут я почувствовал боль.

Она укусила меня в плечо, прокусывая куртку и футболку под ней, кровь побежала под футболкой, от неожиданности мои ноги подкосились, и я упал, выронив пакет с покупками на пол.

Я услышал, как разбились яйца и как с грохотом разбилось стекло, скорее всего, это были ампулы.

И вот я — её главный деликатес.

Я очнулся, осмотрел окружение вокруг себя.

Всё было в каком-то непонятном красном спектре, я осмотрелся и увидел мою Любимку, что утеряла человеческие черты ещё больше.

Она держала меня за руку, это была уже не её нежная ладонь, а когтистая лапа. Она была бледна. Лицо, руки и все обнажённые части тела были покрыты выступающими венами, её волосы, что были цвета лета, стали холоднее и приобрели пепельный цвет, цвет смерти, определённого угасания жизни.

Она проснулась и подняла на меня взгляд, мёртвый взгляд. Я не увидел в её изумрудных глазах прежней нежности, любви и привязанности, но это были её глаза, что я обещал любить вечность, я протянул свободную ладонь к её щеке и положил.

Я обратил внимание, что моя рука была тоже бледна, но явно выступающих вен, как у моей любимки, у меня не было, плюс моя рука, которую держала она, также больше напоминала человеческую.

Чтоже, раньше, когда я смотрел фильмы-катастрофы, естественно, про зомби-апокалипсис, я всегда задавался вопросом, остаётся ли от человека хоть что-то после этой метаморфозы, чувствуют ли они что-то, могут ли мыслить? Ну, получается, я получил на этот глупый вопрос ответ, которого я не просил.

Да, я могу мыслить.

Да, я могу двигаться так же, как живой, иногда тело не слушается, а иногда меня упорно тянет вдаль моя Любимка.

Не знаю, может ли мыслить она, или лишь голод ведёт её вперёд. Мне приходилось иногда чуть ли не силой затаскивать её в магазины, когда слышал проезжающие машины выживших.

Город погиб, погиб настолько быстро, что люди даже не начали эвакуацию, дороги вроде не забиты, и те, у кого были машины, стали властвовать в этом городе, кто-то сходу поехал в полицейские участки, в некоторых таких местах были организованы безопасные зоны, а в некоторых уже царил хаос.

Мы были неподалеку от безопасной зоны.

Моя Любимка все так рвалась напасть на мимо проходящих выживших, но я останавливал её, потому что это было опасно.

В первую очередь для неё, нет, это не было какой-то моральной установкой, «что людей убивать нельзя», нет, я и сам хотел их съесть.

Но, судя по всему, в нашей связке я сейчас за мозг. И мне нельзя терять самообладания, пока мы не выйдем из этой потенциально опасной зоны.

Любимка была сильнее, быстрее, но явно не умнее.

Она не рассчитывала варианты.