Тэнло Вэйчжи – Светлый пепел луны (страница 227)

— Понятно…

Вечером он открыл и пролистал «Просветление». Первая глава называлась «Любовь». Некоторое время он с удивлением смотрел на это слово, затем перевернул страницу и прочёл следующий подзаголовок: «Доброта», дальше шла «Верность».

Тан Тай Цзинь внимательно прочитал всю книгу от корки до корки и запомнил её наизусть с первого раза. Но учитель, вопреки его ожиданиям, не спросил урок. Вместо этого он, взяв его за край рукава и проговорил:

— Пойдешь со мной, у меня есть для тебя важное дело.

Тан Тай Цзинь приготовился сразиться с чудовищами и демонами, и никак не ожидал, что для выполнения первого задания его приведут в захудалый переулок на окраине маленького города. На противоположной стороне улочки в вихре снежной поземки стояла ветхая старушка с клюкой в руке.

— Видишь эту женщину? Вот уже пятнадцать лет она изо дня в день приходит сюда, чтобы встретить своего сына, ушедшего на войну. Она всё ещё не верит, что он погиб. Дни её жизни на исходе. Завтра наступит её смертный час. Ты должен исполнить мечту матери о встрече с сыном.

— Владыка, — хмуро поклонился Тан Тай Цзинь.

— Ступай, Цзю Мин. — Чжао Ю провёл рукой перед лицом молодого человека, и оно изменилось.

Тан Тай Цзинь постоял немного в задумчивости, и, решившись, наконец, подошел к старушке. Жизнь почти покинула её тусклые глаза, и сама она была худенькой и скукожившейся, словно трухлявая коряга, закутанная в старое залатанное тряпьё. Падающие на её белые волосы снежинки мгновенно становились неразличимы. Прищурившись, она не без труда разглядела подошедшего и заплакала.

— Чжи-эр, сынок! Наконец-то ты вернулся?!

Её тонкие иссохшие словно сучья пальцы мягко гладили его по лицу.

Тан Тай Цзинь молчал. Он и понятия не имел, что значит материнская любовь и ласка.

Он никогда не видел её сына и не знал, как им притвориться, но старушка была так счастлива, что не заметила молчаливости своего Ли Чжи. Она повела сына в дом, налила воды, чтобы он умылся, а сама принесла для него стопку одежды, сшитой тонко и аккуратно, с любовью к каждому стежку.

— Сыночек, посмотри-ка, что мама подготовила для тебя. Примерь, подойдёт ли.

Тан Тай Цзинь взял из рук старушки сшитую для её сына одежду, изумляясь тому, какая она красивая и добротная, особенно по сравнению с потрепанное платьем самой женщины.

Вечером они сели ужинать. Снаружи завывала метель, а в маленькой комнате, освещенной крохотной, как бобовое зернышко, лампой, было тепло и уютно. Приготовленная матерью Ли Чжи куриная похлебка получилось вкусной и наваристой. Старушка, глядя на обожаемого сыночка слезящимися подслеповатыми глазами, то и дело подкладывала ему в миску лучшие кусочки и вспоминала о том, каким он был шалопаем в детстве. Тан Тай Цзинь молча слушал, опустив глаза.

Комната, в которой Тай Цзинь устроился на ночлег, выглядела так, словно сын несчастной женщины никогда её и не покидал. Старушка прибиралась в ней ежедневно, просушивала белье и застилала постель. Тан Тай Цзинь лег, заложил руки за голову, но сон не шёл. Уже перед рассветом, словно почувствовав что-то, он встал и потихоньку приоткрыл дверь в комнату старушки, она не дышала. В её изголовье высилась аккуратная стопка новой одежды для сына. Кисти рук умершей уже начали синеть, но лицо с застывшем на нем выражением счастливой безмятежности, всё ещё было светлым. Тан Тай Цзинь долго не мог оторвать от него взгляд, затем вышел и тихо прикрыл за собой дверь. Он шел по двору, усыпанному снегом, и под ногами ему то и дело попадались пух и перья. Это мать Ли Чжи ощипывала кур, чтоб накормить любимого сыночка. Она ждала его пятнадцать лет и умерла счастливой.

За воротами его встретил наставник, и в молчание они покинули утопающий в снегу город.

На протяжение года Чжао Ю почти не учил Тан Тай Цзиня магии бессмертных. Вместо этого он постоянно брал его с собой в путешествия. В них он перевоплощался в других людей и переживал в их теле поучительные ситуации.

Так ему довелось стать генералом, которого из окружения ценой собственной жизни вывел младший по званию офицер. Сдай он командира врагам, получил бы немалое вознаграждение и вместе со своей женой и малыми детьми не нуждался бы ни в чём до конца жизни. Но вместо этого, он переоделся в накидку генерала и увел преследователей прочь. Командир выжил, а его самоотверженный офицер пал под дождём из стрел.

В другой раз Чжао Ю превратил Тай Цзиня в восьмилетнего мальчика, бродяжничающего вместе со старшим братом. Однажды тот украл паровую булочку и был жестоко избит торговцами. Едва живой, он вернулся в полуразрушенный храм, в котором они прятались от холода и дождя, и отдал братишке испачканную и холодную, но такую желанную еду.

— На, Вэнь, кушай!

— А ты?

— Я не хочу, на улице наелся!

Худой мальчонка схватил своими грязными руками остывшую булочку и жадно откусил от неё кусочек. Его брат, немногим старше, отвернувшись, сглотнул слюну, и повалился на грязную солому в углу. Устроившись поудобнее, он заговорил:

— Я сегодня шел мимо школы и подумал о том, что, когда ты подрастёшь, тебе нужно пойти учиться. Ты непременно станешь лучшим в классе и добьёшься всего, чего пожелаешь. Тогда у тебя каждый день на обед будут сочные жареные куриные ножки!

Младший брат с набитым булочкой ртом спросил:

— А ты?

— Надеюсь, когда ты разбогатеешь, и мне найдётся у тебя какая-нибудь работёнка.

Наутро дождь закончился. Проснувшись в теле младшего мальчика, Тай Цзинь скрючился от голодных резей в животе. Брата нигде не было видно. Рядом на полу он обнаружил старую плетёную корзинку, а в ней — изрядный кусок жареной курочки.

Вскоре за ним явился Чжао Ю. Дождь лил с новой силой, и, хотя у них не было зонтов, одежда осталась сухой. Наставник, улыбнувшись проговорил:

— Пора возвращаться.

— Да, учитель, — ответил Тай Цзинь.

Больше он ничего не сказал, а наставник ни о чем и не спросил.

Через некоторое время Цан Хай поинтересовался:

— Брат, учитель так часто берёт тебя с собой, чему ты в этих путешествиях научился?

Услышав этот вопрос, их тотчас окружили другие собратья. Весь прошедший год они осваивали боевые навыки для сражений с демонами и тренировались в магии воды. Поэтому всем было очень любопытно, чему научил самого талантливого послушника секты сам владыка.

— Чему я научился?

Тан Тай Цзинь задумался о старушке на зимнем ветру, об офицере, пожертвовавшим своей жизнью за верность, об умирающем от голода мальчике, отдавшим последнюю еду младшему братику… Целая вереница лиц…

— Этот мир устроен слишком глупо! — наконец холодно выпалил он.

Братья застыли в изумлении.

«Секта Сяояо. Испытания любви».

На второй год пребывания Тан Тай Цзиня в секте Сяояо у его духовного брата Цан Линя появилась возлюбленная. Новую ученицу младшего наставника дядюшки Сяо Туо Фэна звали — Не Шуэй.

Очарованный красавицей, Линь всем уши прожужжал о том, какая его избранница красивая и умная. Тан Тай Цзинь видел эту девушку. Она носила синее платье секты Сяояо и вязанную кисточку на поясе. Брови её были красиво изогнуты, а губы всегда мягко улыбались. Среди неловких и неуклюжих собратьев она сияла подобно живой драгоценности. При первой же встрече она одарила Тай Цзиня приветливой улыбкой и принялась расправлять складки на его длинном ханьфу.

Не привыкший к подобной фамильярности молодой человек удивлённо приподнял бровь и прошептал ей с усмешкой:

— Сестра, а что, если брат Линь нас увидит?

Девушка испуганно ахнула, затем быстро обернулась и осмотрелась. Никто за ними не наблюдал. Но она все равно отдернула руки от его одежды. Интересно, подумал Тай Цзинь, она действительно смущена или только притворяется?

В процессе обучения в Сяояо послушникам надлежало сражаться с нечистью и добывать духовные сокровища, порой, рискуя собственной жизнью. И каждый раз, возвращаясь после очередного поединка, израненный Цан Линь приносил своей возлюбленной магический подарок: то нефритовый браслет-оберег, то красивую заколку, оборачивающуюся смертоносным шипом.

Братья переживали за простодушного Линя.

— Мы знаем, что тебе нравится Не Шуэй, но, похоже, она совсем не так проста, как кажется. С удовольствием принимает дары, но не спешит стать твоей даосской парой. Может быть она не искренна с тобой?

Но тот лишь упрямо качал головой в ответ:

— Зачем вы наговариваете на неё? Она не просит у меня ничего. Это мне нравится баловать и защищать её, тем более что она такая хрупкая.

Цан Фэн как-то попросил Тан Тай Цзиня:

— Цзю Мин, помоги мне убедить Линя не тратить сил на эту кокетку.

Молодой человек задумчиво покачал головой и ответил:

— Думаю, это бесполезно.

Однажды летней ночью Тан Тай Цзинь забрался на старое высокое дерево и уютно устроился на толстом, словно ложе, стволе, любуясь звёздами.

Но вскоре ему пришлось стать свидетелем любовной сцены, разыгравшейся под деревом. Оказалось, что Не Шуэй в тайне ото всех встречается с послушником из секты Хэхуань. Этот парень был довольно красив, и девушка, обвив его стройный стан тонкими руками, ворковала, как горлица.

Намиловавшись вдоволь, её возлюбленный спросил, ехидно посмеиваясь:

— Ну, расскажи, что этот простодушный дурак тебе ещё подарил?

— Столетний корень.

— Что ж, это хорошая штука для очищения костного мозга.