Тэнло Вэйчжи – Светлый пепел луны (страница 224)

— Я никогда не оставлю тебя — тихо проговорила Су Су. — Так было и так будет.

Бай Цзи Цянь опустил руку. Еле сдерживая слёзы, он прошептал:

— Я верю тебе.

Их свадьба состоялась, когда в мире смертных наступил десятый месяц года.

Су Су брала уроки вышивания и собственноручно, без всякой магии, вышила свадебную фату.

Забирать её жених приехал к винной лавочке. Подглядывая краешком глаза через свадебный покров, она видела абсолютно счастливое лицо жениха, и сама не могла удержаться от улыбки. Одетый в красное новобрачный всем своим видом выражал скромность и почтение.

Долгожданный момент настал. Они поженились, как самые обыкновенные смертные — он больше не был демоном, воплощением зла, а она перестала быть богиней, спасающей мир. Просто мужчина и женщина, полюбившие и принявшие друг друга, дабы познать радость и слёзы, мир и счастье долгой совместной жизни. Её пожелание ему, сказанное с городской стены полторы тысячи лет назад, победило смерть и сбылось. Его измученная душа никогда о нём не забывала.

На протяжении всего свадебного обряда Бай Цзи Цянь никак не мог избавиться от чувства, что все это ему только сниться, пока ему не велели поднять свадебный покров невесты, и он не увидел смеющихся лучистых глаз Су Су.

Девушки, прислуживающие новобрачной, поздравили их и сообщили:

— Вы должны повязать прядь волос невесты лентой!

Су Су заранее узнала обряды города Чанлэ. Она взяла серебряные ножницы, остригла прядь своих волос и прядь жениха, повязала их красной ленточкой и положила в красную деревянную шкатулку.

— Мы вместе, как муж и жена, любовь наша искренняя и неподдельная. Пусть ветви и корни наши переплетутся, и мы не расстанемся до седых волос.

Служанки ушли.

Трепещущий огонь свечи отражался в глазах Су Су и плясал в них искорками, словно фейерверк в ночном небе.

Она с нежностью коснулась его щеки.

— Скажи мне, кто же ты, мой муж?

— Бай Цзи Цянь, — ответил он.

Тогда она надела на его запястье браслет из красных стеклянных бусин.

— Я была в мавзолее императора Чжоу и нашла браслет и кисточку для меча. Я знаю всё, через что ты прошёл.

Он в замешательстве опустил глаза. Голос её был таким ласковым!

— Муж мой, эпифиллум в полях вокруг дворца демонов цветёт уже много лет, и мы с А Ми так долго ждали тебя! Когда же ты вернёшься домой?

Непослушным хриплым голосом он спросил:

— Когда ты узнала? Как поняла, что я помню?

Су Су взяла его лицо в ладони.

— Тан Тай Цзинь не из тех, кто влюбляется с первого взгляда. Потому что он самый упрямый человек на свете, сумасшедший безумец и непроходимый тупица!

Кадык на его шее заходил ходуном.

— Прости! — ответил он.

Тысячу лет назад, спасая мир от гибели, он знал, что пути назад не будет. Он заставил тигра-демона, следующего за ним пятьсот лет, проглотить чудовище Таоте с древней Печати Меняющей Суть, тем самым превратив его в пустую оболочку. Тан Тай Цзинь никогда не думал о возвращении. Он хотел, чтобы Су Су стала богиней, а его душа рассеялась навеки. Без любви к ней он был безжалостным и хладнокровным чудовищем. Но так уж случилось, что прежде, чем он успел прогнать тигра, тот проглотил всё, включая душу собственного хозяина, оказавшуюся на Пути Всеобщей Скорби. Так, сам того не ведая, бестолковый тигр-демон исхитрился спасти души повелителя демонов от исчезновения из этого мира. Возродившись, Тан Тай Цзинь определил себе жить простой человеческой жизнью, не мечтать о Су Су, не искать её и не узнавать о ней, но, когда увидел А Ми, не смог пройти мимо.

Как же он скучал по своей богине! Всё происходящее в последние дни казалось ему сном. Он боялся проснуться и разрушить иллюзию, упрямо цеплялся за имя Бай Цзи Цяня, чтобы снова всё не испортить.

— Я… опять тебя разочаровал? — хрипло спросил он.

Сердце Су Су сжалось от сочувствия. После своей жертвы во имя шести миров, все чего он хотел — спрятаться и не разочаровывать её самим фактом своего существования.

Покачав головой, она обняла его и сквозь слёзы призналась:

— Ты не представляешь, как я благодарна, что ты можешь вернуться ко мне и к нашей дочери. Ты же знаешь, что А Ми твоя дочь?

— Знаю, — прошептал он. В конце концов, она куда больше похожа на отца, нежели на мать. Только небо знает, как он был счастлив это осознать.

— Когда-то третья молодая госпожа из дома Е полюбила молодого императора, который вышил ей свадебную фату. А Ли Су Су во сне влюбилась в Цан Цзю Мина, излечившего её душу. — Она помолчала и продолжила нежно, как весенний ветерок, — Так и я люблю тебя, позабывшего вернуться домой.

Тени от свеч на стенах опочивальни закачались, и чистые слезы омыли его глаза. Он мечтал услышать эти слова, когда пять столетий искал её душу в реке Плача Призраков, когда брёл по бесконечной пустыне одиночества под полной луной и когда собирал свою потерянную душу на ветреном Пути Всеобщей Скорби. Его судьба была тяжкой, а любовь слишком горькой.

Что бы ни делал Тан Тай Цзинь на протяжении многих сотен лет, в душе своей он всегда оставался мальчиком из кошмарного сна, глотающим осколки разбитой вдребезги стеклянной статуэтки, глаза которой всегда смотрели в дальние дали и не замечали его жалкого существования.

И вот прекрасная богиня обернула на него взор, и он увидел в её глазах свое отражение.

Склоны холмов в царстве демонов цвели синим и сиреневым эпифиллумом. Все обитатели здешних мест знали, что их повелитель возвращается. Сы Ин с особенной тщательностью привела себя в порядок. Сделала эффектную прическу, покрыла кожу рисовой пудрой и подвела брови. Старшие демоны выстроились у пограничных столбов в ожидании владыки.

Многое из увиденного в темном царстве заставило Тан Тай Цзиня задуматься. Он не допускал и мысли, что вернётся сюда, и, тем более того, что его будут встречать с благодарностью. Даже на глазах циничного Цзин Ми и суровой Сы Ин были слёзы. Из-за спин взрослых демонов выглядывали мордашки юных и совсем еще маленьких демонят, взирающих на повелителя с благоговением.

Он не привык к подобным взглядам. В детстве его предпочитали не замечать, а если и обращали на него внимание, то только для того, чтобы поиздеваться. Став императором, он читал в глазах своих подданных отвращение и страх. Когда он обратился демоном, бывшие бессмертные собратья презирали и ненавидели его. Тан Тай Цзинь полагал, что жизнь его всегда будет похожа на холодный зимний день.

Но оказалось, что небеса милосердны. Трудности, что он пережил и жертвы, что он принес, вознаграждены сторицей. Он посмотрел на свою прекрасную жену, а потом на А Ми. Его маленькая дочь высоко держала голову, гордясь тем, кто её отец.

Цзин Ми бросился и подхватил малышку на руки.

— Какое счастье, что с тобой всё хорошо! Попади ты в неприятности, как бы я посмел смотреть в глаза повелителю!

Девчушка чувствовала себя виноватой.

— Прости, дядюшка, А Ми заставила тебя волноваться!

Су Су взяла Тан Тай Цзиня за руку и вместе они пошли по цветущему царству демонов. В его глазах отражались полноводные реки и заливные луга, столетние леса и поля синих эпифиллумов в зелёных звёздочках светлячков. Это была земля, питаемая мощной демонической силой из созданных им энергетических меридианов.

Тан Тай Цзинь, рожденный повелителем демонов, никогда и нигде не ощущал себя на своем месте, но эти земли стали его настоящим домом.

КОНЕЦ

Перевод с китайского Риммы Морозовой, литературная редакция Елены Поповой.

Глава +1: «Секта Сяояо. Встреча»

В тот памятный день, когда Тан Тай Цзинь встретил владыку Чжао Ю, небо было особенно синим. Накануне, он случайно нашёл на дне реки Плача сильнейший демонический артефакт и с его помощью не только выбрался на берег, но и кое-как восстановил своё почти разрушенное тело. Пятьсот лет Тай Цзинь искал Е Си У среди призраков, но не обнаружил и следа. Несмотря на все страдания, сверхъестественная способность к выживанию, данная повелителю демонов при рождения, не позволила ему умереть. Теперь Тай Цзинь думал, что это и к лучшему: он должен остаться живым хотя бы для того, чтобы однажды все-таки увидеть её.

Худой и изломанный он выглядел, как призрак, вернувшийся с того света — да, собственно, им он и был. Его обессиленное тело восстанавливалось с большим трудом. Хвала небесам, хоть глаза, столь тщательно им оберегаемые в ядовитой воде, все ещё могли видеть и даже различали небесную голубизну.

Здесь его и нашёл Чжао Ю, проезжавший мимо на осле. Бледное тело, покрытое язвами и струпьями, даже муравьи и ящерицы обходили стороной, крысы гнушались его, но милосердный старец подошёл. Он сразу понял, что оставаться живым в таком состояние мог только человек с невероятной силой духа и желанием выжить и, сочувственно вздохнув, произнёс:

— Гадание на триграммах показало мне, что на юго-востоке происходит что-то странное. Не знаю, на счастье или на беду, но, похоже, речь шла о тебе. Одной мыслью можно и воскресить, и уничтожить, а душа есть у всякой твари. Кто ты, и где твой дом?

Тан Тай Цзинь молчал, лишь судорожно сжал бледными костлявыми пальцами пучок травы.

При слове «дом» его остекленевший взгляд на секунду приобрел осмысленность и в глазах промелькнула растерянность. Чжао Ю стало искренне жаль юношу. Ему подумалось, что такая реакция может быть у того, кто много лет скитался, не имея крыши над головой.