Тэнло Вэйчжи – Он вернется до рассвета. Книга 1 (страница 2)
Бэй Яо пристально смотрела на него. Если бы у нее появилась возможность начать жизнь с чистого листа, что бы она изменила? Конечно же держалась бы подальше от этого придурка Хо Сюя, слушалась бы мать и отца… Больше времени бы проводила с Пэй Чуанем.
Град усиливался. Многие родители, приходя в детский сад, восклицали:
– Что это за погода! Еще утром светило солнце!
У кого были велосипеды, усаживали детей на раму и ехали домой, а те, у кого их не было, бежали с ними на руках. Ребята махали руками:
– До свидания, воспитательница Чжао!
– Пока, малыш Вэй! До завтра, Лили!
Вскоре появилась и мама Бэй Яо, Чжао Чжилань, с зонтиком. В 1996 году госпожа Чжилань выглядела совсем молодой. В уголках ее глаз не было мелких морщинок, а на щеках красовался розовый румянец.
Бэй Яо перевела взгляд на мать, и ее глаза сразу же увлажнились.
Чжао Чжилань подхватила девочку на руки.
– Почему ты плачешь, испугалась града?
Та покачала головой. «Как странно… Даже наши родители, взрослые, которые являются для нас всем, могут чего-то не знать…»
– Вот, держи зонтик, мама понесет тебя на руках! – Чжао Чжилань попрощалась с воспитательницей Чжао и ушла вместе с дочерью.
Державшая зонтик Бэй Яо задумалась и обернулась. Маленький мальчик в углу, Пэй Чуань, даже не посмотрел на нее.
Отец Чэнь Ху всегда первым забирал из сада своего наглого пухляша. За ними на велосипеде ехали Фан Миньцзюнь с бабушкой. Следом шли Чжао Чжилань и Бэй Яо. Девочка проследила за взглядом Пэй Чуаня. Он сосредоточенно смотрел на засохшую лужицу мочи около стола. Спустя восемнадцать лет Бэй Яо почувствует холодный, но нежный поцелуй этого человека. Когда она снова посмотрела на Пэй Чуаня, ее сердце заныло от боли. Девочка пошевелила пальцами, пытаясь еще раз взглянуть на Пэй Чуаня, но мама на одном дыхании взвалила дочь к себе на спину и умчалась прочь. Мальчик поднял на Бэй Яо свои темные глаза. Она становилась все дальше и дальше и наконец исчезла.
Град не переставая барабанил по крышам. У Бэй Яо совсем не осталось никаких сил. Ее мучил сильный жар. В голове крутился образ одинокого маленького темноглазого мальчика в инвалидной коляске.
Детский сад находился недалеко от дома. Чжао Чжилань успела за десять минут донести горячую Бэй Яо домой. Наконец маленькая девочка с лихорадкой уснула.
Ночью Бэй Яо проснулась, чувствуя себя растерянно. Мама приготовила спиртовой компресс и начала растирать спину дочери, причитая:
– И когда ты успела заболеть? Почему воспитательница ничего мне не сказала?
Бэй Лицай, отец девочки, вернувшись домой, поспешил выписать для нее рецепт. К счастью, аптека находилась совсем недалеко. В такую погоду добраться до больницы стало бы проблемой.
В 1996 году брат Бэй Яо, Бэй Цзюнь, еще не родился, поэтому супруги, впервые ставшие родителями, очень волновались.
Бэй Лицай коснулся пухлых щек дочери:
– Уже лучше, не такая горячая.
– Она не пойдет завтра в детский сад. Утром передай воспитательнице Чжао, – обеспокоенно проговорила мать.
Бэй Яо уже почти провалилась в сон, как вдруг услышала, что родители упомянули имя Пэй Чуаня.
– Этого ребенка сегодня некому забрать! Вэньцзюань и Пэй Хаобинь до сих пор на работе!
– Такой маленький, а вся его жизнь уже разрушена, эх…
Бэй Яо вспомнила взгляд того серьезного мужчины, который много лет спустя попытался встать со своего инвалидного кресла, чтобы обнять ее. Все называли его монстром. Признаться, и она тоже немного побаивалась его молчаливого взгляда. Но сейчас этот монстр был еще совсем маленьким ребенком…
Бэй Яо открыла глаза только на рассвете. Жар немного спал.
Чжао Чжилань готовила завтрак на кухне. Дверь в комнату дочери оставалась открыта. Бэй Лицай подошел к жене:
– Я только что был у воспитательницы Чжао, она сказала…
Бэй Яо осмотрела старую мебель в гостиной. Послышался тяжелый вздох.
– Пэй Чуаня так никто и не забрал из детского сада!
У нее закружилась голова. Вчера была одна из самых холодных летних ночей! Неужели никто за ним не пришел?!
Глава 2
К завтраку Бэй Яо чувствовала себя намного лучше. Чжао Чжилань взяла выходной, чтобы ухаживать за дочерью. Она работала на фабрике по шитью одежды, ее зарплата составляла четыреста тридцать юаней в месяц, что было очень неплохо для тех лет.
Завтрак состоял из миски риса и квашеной капусты, лишь у одной Бэй Яо в тарелке белело еще и куриное яйцо.
– Чжао Чжилань! – раздался из коридора пронзительный женский голос.
Мать Бэй Яо крикнула в ответ:
– Я не пойду сегодня на работу, я взяла выходной, иди без меня!
– А раньше нельзя было сказать? – пробормотала женщина и хлопнула дверью, выходя из дома.
Бэй Яо посмотрела на мать. Казалось, она чем-то озабочена.
Ту женщину, которая окликнула Чжао Чжилань, звали Чжао Сю, они были землячками. По стечению обстоятельств обе вышли замуж в городе С и нашли работу на швейной фабрике. Спустя время они одновременно забеременели, а затем, через девять месяцев, в августе, родили дочерей! Окружающие постоянно называли их сестрами и нередко сравнивали друг с другом. Но Чжао Чжилань не могла ни в чем превзойти Чжао Сю. Муж ее, то есть отец Бэй Яо, работал на кирпичном заводе. Труд тяжелый, а получал он за него сущие копейки. Муж Чжао Сю – учитель математики в начальной школе. Местные его уважали, считали, что у него достойная работа. Дочь Чжао Сю зовут Фан Миньцзюнь, она на полмесяца старше Бэй Яо. Фан Миньцзюнь родилась стройной, с маленьким сияющим, словно нефрит, личиком. Любой, кто видел ее, говорил, что она вырастет красавицей! В отличие от Бэй Яо… В ее внешности не было ничего выдающегося. Круглое лицо, большие глаза… Чжао Сю часто высмеивала пухленькую Яо-Яо:
– Что такого ела Бэй Яо, у нее руки толще, чем у моей Минь-Минь!
Поскольку Чжао Чжилань была женщиной тучной, подруга нередко намекала ей на генетические проблемы в их семье.
Бэй Яо тихонько вздохнула. Она прекрасно знала, что ей и ее родителям далеко до преуспевающей семьи Фан. Скоро они купят новый дом, который потом пойдет под снос через два года. В качестве компенсации им дадут две квартиры. Семья Фан Миньцзюнь становилась все богаче, а ее семья, наоборот, одалживала деньги и погрязала в долгах…
Но однажды все изменится. Пройдет первый год средней школы, и Фан Миньцзюнь вырастет уродиной. Маленький нефрит превратится в ничего не стоящий камень. А Бэй Яо, словно гадкий утенок, превратится в прекрасного лебедя. Но сейчас девочка не сможет утешить мать. Чжао Чжилань сочтет ее слова бессмысленным детским лепетом. Бэй Яо благодарна за то, что может начать все сначала. Теперь у нее появился шанс стать гордостью своих родителей.
Чжао Чжилань промокнула губы салфеткой и убрала тарелку в мойку. Дочь тоненьким голоском произнесла:
– Мама, я хочу пойти в детский сад.
Чжао Чжилань рассмеялась:
– Что это за новости? Ты ведь терпеть не можешь детский сад! Неужели болезнь так странно на тебя влияет?
Бэй Яо действительно плохо себя чувствовала, но все же упрямо проговорила:
– Я хочу пойти.
Женщина улыбнулась и прикоснулась ко лбу дочери:
– Пойдешь после обеда.
Бэй Яо вспомнила слова отца, сказанные утром: «Пэй Чуаня так никто и не забрал из детского сада!» – и по ее телу побежали мурашки.
Во второй половине дня Бэй Яо отвели в детский сад. Перед входом во двор было посажено несколько деревьев вида махагон[3], которые неприятно пахли, когда к ним прикасаешься. С другой стороны, в саду, росли несколько слив, которые распускались зимой.
В 1996 году детский сад был плохо оборудован. Во дворе стояли лишь две деревянные качели-балансиры. Летом, когда то выглядывало солнце, то гремела гроза и шел град, на качелях нельзя было кататься. Поэтому воспитательница Чжао сама придумывала игры для детей.
Когда Чжао Чжилань переложила мягкую ручку Бэй Яо в ладонь воспитательницы, дети играли в потерянный платок[4]. Все ребята хлопали в ладоши и пели. Все, кроме Пэй Чуаня… Мальчик наклонил голову и встретился взглядом с Бэй Яо. Казалось, в его глазах была лишь пустота. Через мгновение он отвернулся и перевел свой взгляд в потолок. Пэй Чуань, несомненно, был самым необычным ребенком в детском саду. Одни дети боялись мальчика, а другие и вовсе ненавидели его. Но Сяо-Чжао жалела его. Для нее все дети были одинаковыми.
Нежные детские голоса запели песенки, и воспитательница Чжао улыбнулась, усадив Бэй Яо в середину комнаты. Напротив нее оказался Пэй Чуань.
– Бросайте, бросайте, бросайте платок, осторожно… Никто не говорите ему, скорее! Скорее ловите!
Платок упал за спину Чэнь Ху, но малыш никак не отреагировал. Он не понимал, почему все остальные над ним смеются. Когда Чэнь Ху уже разозлился, то обернулся и увидел позади себя синий платок. Он резко подпрыгнул, пытаясь осалить других ребят, но все они уже давно вернулись на свои места. Чэнь Ху стал следующим, кто будет «терять платок». В наказание он спел детскую песенку, которую ребята разучивали вместе с воспитательницей, а затем продолжил игру.
Малыши в кругу хлопали в ладоши:
– Бросай, бросай, бросай платок!
В разгар детской песенки Чэнь Ху скосил глаза в сторону Пэй Чуаня в инвалидном кресле. Сердце Бэй Яо подпрыгнуло: она точно помнила, что не приходила в детский сад в этот день! А на следующий день заметила, что Пэй Чуань больше ни с кем не разговаривал! Что же тогда произошло?