Темирлан Муслимов – Цветущая вечность. Структура распада (страница 13)

Дрожащими пальцами Александр набрал комбинацию: 1-5-0-4.

Щелчок, и дверца приоткрылась.

За ней оказалась небольшая ниша, внутри которой лежали два предмета: тонкий серебристый ноутбук и запечатанный металлический контейнер размером с обувную коробку.

Сердце Александра забилось чаще. Он осторожно извлёк ноутбук и контейнер, положил их на лабораторный стол. Компьютер выглядел старомодным, но отлично сохранившимся. Когда он открыл крышку и нажал кнопку включения, устройство неожиданно ожило, запрашивая пароль.

Опять препятствие. Но на этот раз кнопка "подсказка" была активна. Он нажал её.

На экране появилось: "Первый взгляд".

Александр нахмурился. О каком первом взгляде шла речь? Первый взгляд на что?

Он попытался вспомнить все возможные "первые" события, связанные с родителями. Первая встреча? Нет, слишком сентиментально для отца. Первая публикация? Первый грант? Первый…

И тут его осенило. Первая формула, первый вариант "Мнемоса". Отец иногда в шутку называл его "первенцем". М-1, так он обозначался в ранних работах, до того как трансформировался в печально известный М-7.

Александр набрал "М-1", но компьютер отверг пароль. М1? MemOne? Первый?

Внезапно он вспомнил строчку из дневника отца: "Впервые наблюдали эффект когерентности на микротрубочках в 20:42. Доказательство нашей гипотезы. Первый взгляд на новую реальность."

20:42. Он набрал эти цифры.

Экран мигнул, и пароль был принят.

Компьютер загрузился, открывая файловую систему, поразительно организованную, как и всё, что делали его родители. Папки были подписаны чётко и понятно: "Теоретическая база", "Эксперименты", "Результаты", "Побочные эффекты", "Модификации", "Частные заметки".

Александр открыл "Теоретическую базу", и экран заполнился формулами, диаграммами, графиками. Он начал читать, и с каждой строчкой его глаза расширялись от удивления и растущего восхищения.

То, что делали его родители, выходило далеко за рамки обычной нейрофармакологии. Они не просто создавали препарат для лечения деменции. Они пытались фундаментально изменить способ, которым мозг обрабатывает информацию.

Гипотеза: микротрубочки в нейронах работают как квантовые процессоры, поддерживая особые состояния, которые формируют сознание. Эти состояния можно изменить, чтобы укрепить связи между нейронами.

Квантовая теория сознания. Идея, которую большинство учёных считало псевдонаучной фантазией. Но родители Александра разработали математическую модель, которая делала её не только правдоподобной, но и потенциально применимой.

"М-7 воздействует на микротрубочки, усиливая их когерентность и стабилизируя квантовые эффекты. Результат: усиление синаптических связей, восстановление повреждённых нейронных цепей, потенциально – создание новых путей передачи информации."

Это объясняло как терапевтический эффект препарата на пациентов с деменцией, так и его катастрофические побочные действия. "Мнемос" не просто восстанавливал память – он менял сам способ её формирования и хранения. Но этот процесс оказался нестабильным, приводя к галлюцинациям и дезориентации.

Александр перешёл к папке "Модификации" и нашёл последние заметки родителей перед катастрофой.

"Проблема М-7 в отсутствии достаточного контроля над областью воздействия. Препарат влияет на все микротрубочки, а не только на те, что ответственны за повреждённые нейронные связи. Результат: хаотичное усиление всех когнитивных процессов, включая воображение, сновидения, подавленные воспоминания."

"Возможное решение: модификация молекулы для целенаправленного воздействия только на определённые типы нейронов. Теоретически возможно создать версию, воздействующую на моторные нейроны, не затрагивая когнитивные функции."

Моторные нейроны. Именно те, что поражаются при БАС.

Дрожащими руками Александр открыл металлический контейнер. Внутри, в специальных держателях, находились шесть пробирок с прозрачной жидкостью, каждая помечена этикеткой с надписью "М-7" и датой. И маленький блокнот, исписанный знакомым почерком матери.

"Последняя партия перед остановкой испытаний. Сохранена на случай, если наши теоретические выкладки о целенаправленной модификации подтвердятся. Не использовать без полного понимания последствий."

Александр откинулся на спинку стула, чувствуя, как дрожь охватывает всё тело – частично от нарастающих симптомов болезни, частично от осознания масштаба открытия.

Его родители были на пороге создания препарата, который мог бы воздействовать именно на те нейроны, которые разрушались в его собственном мозге. Они почти нашли способ остановить или даже обратить вспять дегенеративный процесс. Но катастрофа с М-7 остановила их исследования, а последовавшее за ней самоубийство навсегда закрыло эту дверь.

До сегодняшнего дня.

Внезапно его охватил приступ этического ужаса. Использовать препарат, который привёл к трагедии? Вернуться к исследованиям, которые родители считали настолько опасными, что предпочли смерть, чем продолжение работы?

Но альтернатива была не менее ужасной: медленная, неумолимая дегенерация, потеря контроля над телом, и в конечном итоге – разум, запертый в неподвижной оболочке.

Между двумя невозможными вариантами был третий: модификация формулы, устранение её недостатков, создание версии, которая воздействовала бы только на нужные нейроны и не имела бы катастрофических побочных эффектов.

Это было бы не предательством родителей, а продолжением их работы. Исправлением ошибок, завершением начатого.

Но прежде чем принять окончательное решение, ему нужно было больше информации. Он вернулся к компьютеру и открыл папку "Побочные эффекты".

То, что он там прочитал, должно было отпугнуть его. Детальное описание галлюцинаций, психозов, самоубийств участников эксперимента. Случаи, когда пациенты полностью теряли способность различать реальность и воображение. Записи психиатрических интервью, где люди описывали свой опыт как "существование одновременно в нескольких мирах".

Но вместо страха Александр почувствовал растущее волнение. Для здорового человека такие эффекты были бы катастрофой. Но для него, с его прогрессирующим БАС, даже это было лучшей альтернативой, чем постепенная потеря всех функций.

К тому же, он был уверен, что сможет решить проблему избирательности препарата. Его собственные исследования микротрубочек, его эксперименты с растительными экстрактами Розы – всё это давало новую перспективу, которой не было у родителей.

Он посмотрел на часы. Прошло почти три часа с тех пор, как он спустился в подвал. Роза могла начать беспокоиться. Нужно было вернуться наверх, поддержать видимость нормальности, прежде чем погрузиться в работу над модификацией формулы.

Но прежде, чем закрыть компьютер, он открыл ещё одну папку – "Частные заметки". Там был всего один файл, текстовый документ под названием "Для тебя".

Его сердце пропустило удар. Файл, созданный специально для него?

Он открыл документ. Там было написано всего несколько строк, датированных днём смерти родителей:

"Саша, если ты читаешь это, значит, ты нашёл наше наследие. Может быть, из любопытства. Может быть, из необходимости. В любом случае, помни: то, что мы создали, не является ни чудом, ни проклятием. Это инструмент. И как любой инструмент, он может созидать или разрушать, в зависимости от того, как его использовать.

Мы не смогли справиться с последствиями нашего открытия. Груз ответственности оказался слишком тяжёл. Но мы верим, что ты сможешь увидеть то, что ускользнуло от нас.

Если ты решишь продолжить нашу работу, будь осторожен. Не спеши. И никогда не забывай, что самым важным объектом исследования всегда остаётся твоё собственное сознание.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.