Тэд Уильямс – Река голубого пламени (страница 30)

Прошел почти час, прежде чем последние отставшие скрылись из виду. Поток муравьев протекал под ними так долго, что у Рени не осталось ни ужаса, ни восхищения. Все чувства попросту притупились.

– У нее был шок, вот и все. – Очевидно, к Каллену вернулось самообладание. – Ленора, разумеется, вышла в офлайн… просто за этим было так жутко наблюдать. – Он взглянул через край листа на оставшуюся после муравьев пустыню, – Я не ожидал, что это будет… что будет настолько скверно.

– О чем ты тогда кричал? – спросила Рени. – О каком-то аэрозоле?

Каллен достал из кармана серебристый цилиндрик.

– Химический защитный аэрозоль против «соленопсис фугакс» – муравьев-воров. Мы его, так сказать, импортировали, чтобы обеспечить себе хоть какую-то защиту во время полевых работ. Когда кто-нибудь выходит из Улья, то всегда носит его с собой. – Он кинул цилиндрик обратно в карман и отвернулся от края листа. – Вообще-то, «соленопсис» – муравьи европейские, так что мы, пожалуй, обманывали сами себя.

Рени уставилась на Каллена, на мгновение утратив дар речи. Лишь тот, кто живет в мире фантазий (или же, как она предположила, ученый до мозга костей), мог наблюдать за тем, что только что произошло с коллегой, и комментировать все так, словно то был слегка вышедший из-под контроля эксперимент. Но спорить с ним бессмысленно – она ничего не в состоянии доказать.

– Нам лучше двинуться дальше, – сказала Рени вместо возражений. – Теперь рой уже, как мне кажется, далеко.

Каллен взглянул на нее с непониманием:

– Двинуться куда?

– К Улью, полагаю. Посмотрим, сумеем ли мы там что-нибудь наладить, чтобы выбраться отсюда.

– Нам следует вернуться к реке, – возразил !Ксаббу, взглянув на Рени снизу вверх.

– Не знаю, о чем вы говорите, – сказал Каллен. – Симуляция погублена. И я вообще вас не понимаю – вы ведете себя так, словно все вокруг реально. Нет смысла куда-либо идти. Потому что идти некуда.

– Это ты ничего не понял. – Рени направилась к центральной жиле листа – их пути вниз. – Более того, ты многого не понимаешь, и у меня сейчас нет ни времени, ни сил объяснять, но даже ты наверняка заметил, что очень многое здесь перестало работать как положено. Поэтому если хочешь выжить и снова увидеть РЖ, я настоятельно советую заткнуться и идти с нами.

Это все равно что идти по полю боя, решила Рени, – все гораздо хуже, чем выглядело сверху, с листа. Там, где прошелся муравьиный рой, в травяных джунглях не осталось ни единого живого существа, да и из растений уцелели только самые крупные: на уровне грунта муравьи оставили после себя лишь обглоданные скелеты стеблей и разбросанные неопознаваемые кусочки.

Каллен, который вел их вверх по склону в сторону Улья, после недавней эмоциональной вспышки Рени молчал – из-за того, как подозревала Рени, что он, скорее всего, считает ее опасной сумасшедшей, а не потому, что поверил суждениям случайной спутницы о происходящем.

Она и сама точно не знала, во что верить. Действительно ли они видели, как женщину жестоко растерзали гигантские муравьи, или же наблюдали сценку из симуляции, в которой воображаемую человеческую фигуру расчленили воображаемые насекомые, а сам человек при этом отключился от своего сима, как это происходило со Стивеном или с кем-нибудь из его друзей, когда они проигрывали в военной игре?

Но когда Стивен в последний раз играл в онлайновую игру, что-то изменилось, и он оттуда не вернулся. Поэтому кто сейчас может с уверенностью утверждать, что Ленора вернулась в РЖ или что Рени, !Ксаббу или молодой энтомолог, идущий впереди с плотно сжатыми губами, выживут в аналогичной ситуации, если от них отвернется удача?

!Ксаббу залез на стебель вьюнка, быстро осмотрелся и спустился.

– Муравьи ушли дальше. Я не увидел ни одного возле здания Улья.

Рени кивнула:

– Одной тревогой меньше. Надеюсь, мы сумеем поднять в воздух какой-нибудь из самолетов; путь до реки очень долгий, и даже если мы снова не наткнемся на муравьев, я не очень-то высоко оцениваю наши шансы в пешем походе.

!Ксаббу задумался:

– Мы знаем, что в этой Сети что-то испортилось, Рени. А теперь, кажется, неполадки коснулись и других, а не только нас.

– Похоже на то.

– Но из-за чего такое могло произойти? Наши друзья не могут выйти из Иноземья, то есть выйти в офлайн; а теперь этого не могут сделать и местные, а ведь они, насколько я понимаю, никак не причастны к нашим поискам.

– Значит, что-то очень серьезно разладилось во всей системе. – Рени пожала плечами. – А что именно, я даже предположить не могу. Возможно, мы никогда не получим достаточно информации, потому что, судя по словам Селларса, подобной системы еще никогда не было.

– О проклятье!

Каллен остановился на вершине невысокого холма. Перед ним лежал распахнутый настежь и разграбленный Улей.

Большие окна по всему фасаду оказались разбиты – скорее всего, не выдержали напора огромного количества муравьев. Те вытащили наружу всевозможные вещи, но, похоже, многие тут же бросили: площадка перед зданием была усеяна виртуальными предметами из здания. Более или менее узнаваемыми остались секции стен, куски мебели и образцы из музея. Среди них повсюду валялись и менее приятные останки – куски симулированных тел, которые некогда носили жившие в Улье люди. Оторванные или откушенные, они смотрелись менее реальными, чем когда составляли единое целое с симами, напоминая разбросанные детали кукол, но все равно выглядели ужасно. Каллен уставился на них столь мрачно, что, казалось, желание идти дальше к нему уже не вернется.

Рени взяла ученого за руку и потянула за собой. Они вошли внутрь через одну из скользящих дверей ангара – ее поднимали, пока она не согнулась, и образовавшийся проем оказался для путников более чем достаточным. Теперь уже у Рени похолодело внутри. Небольшой воздушный флот Улья муравьи тоже растерзали – наверное, из-за того, что самолеты выглядели как насекомые. Осталось лишь несколько более или менее целых фрагментов, но их не хватило бы даже на то, чтобы смастерить пляжный стульчик, не говоря уже о летательном аппарате.

Рени захотелось плакать, но она сдержалась.

– Тут есть какие-нибудь другие самолеты?

– Не знаю, – угрюмо ответил Каллен. – Возможно, прыгун Анжелы.

– Что это? И где?

– Рени! – !Ксаббу стоял у двери ангара, глядя на усеянный обломками склон. В его голосе появилось странное возбуждение. – Рени, помогите мне.

Встревожившись, она подбежала к бабуину. Вверх по склону, мерно вышагивая, к ним направлялось очень большое ярко-зеленое существо размером со строительный кран. Треугольная голова поворачивалась из стороны сторону, словно бесцельно осматриваясь, но двигалось чудище точно к ним.

– Это он, – хрипло прошептал !Ксаббу. – Прадедушка Богомол.

– Нет, это не он. – Рени сжала пальцы на хрупкой передней лапе бабуина, пытаясь оставаться спокойной, несмотря на терзающий ее страх, из-за которого сердце колотилось о ребра и перехватывало дыхание. – Это… это еще одна симуляция, !Ксаббу. Самый обычный богомол. – Словно нечто размером с тиранозавра можно назвать «обычным», мелькнуло у нее в голове. – Очередное насекомое Кунохары.

– Так нечестно, – глухо проговорил Каллен. – Это Sphodromantis Centralis. Они не обитают в здешней местности. Это африканский вид.

Рени подумалось, что забавно слышать такое от человека, который носит с собой в этой симуляции аэрозоль против европейских муравьев, но богомолу до них остался лишь десяток шагов, и он быстро приближался, поэтому она решила, что сейчас не самый подходящий момент для обсуждения этики ВР. Рени потянула !Ксаббу за мохнатую руку:

– Пойдем отсюда.

– Если только не предположить, что он попал сюда на корабле, – бормотал Каллен. – Именно так они впервые оказались в обеих Америках.

– Господи, заткнись! Давайте… – Она запнулась. – Богомол повернулся к ним и прибавил скорости, вытянув перед собой похожие на косы передние лапы. Он напоминал огромную, утыканную лезвиями машину с часовым механизмом внутри. – Чем они питаются? – спросила она севшим голосом.

– Всем, что движется, – отозвался Каллен.

Рени выпустила !Ксаббу и затолкала Каллена на несколько шагов в ангар:

– Пошли! Ты говорил, что здесь есть самолет или нечто в этом роде… какой-то самолет Анжелы. Где он?

– Ее прыгун. Думаю, на крыше. Если она на нем не улетела.

– Правильно. Пошли! – Она обернулась. – !Ксаббу! Что ты делаешь?

Бабуин все еще сидел на корточках возле покореженной двери ангара, словно дожидаясь смерти. Она подбежала к нему и подхватила на руки – немалое усилие после того, как она полдня тащила на закорках Ленору.

– Это он, и я его видел, – прошептал !Ксаббу. – Даже не верится, что такой день настал.

– Это не «он» и уж точно не бог, а огромное насекомое, пожирающее глупых обезьян. Каллен, ты так и будешь стоять столбом? Я не знаю, как попасть на крышу. Веди нас!

Словно неожиданно проснувшись, энтомолог развернулся и побежал к задней стене ангара. Рени отстала от него на шаг-другой. Когда они добрались до прохода, ведущего внутрь здания, дверь ангара из симулированного металла протестующе заскрежетала. Рени обернулась. Богомол почти полностью протиснулся в ангар и теперь втягивал внутрь длинное брюхо и задние ноги. Голова повернулась жутким механическим движением, как у робота, – зеленые полушария глаз отслеживали их бегство.