Тед Белл – Живая мишень (страница 72)
Сток посмотрел на Родриго, который сидел с дымящимся в руках «Магнумом» и взводил курок. Вот негодяй. Он видел, что парень раздумывает — пострелять в него еще немного, не нанося серьезных ранений, или оставить на произвол судьбы.
— Должно быть, больно? — полюбопытствовал Родриго.
— Эй, глянь-ка! — внезапно воскликнул Сток. — Вон к нам идет мертвец! Почему бы тебе не спросить у него? Ему наверняка досталось почище моего! — Сток схватил свое правое плечо левой рукой. Кость была цела. Просто ранил в мышцу, но кровь текла как сумасшедшая, и боль в плече заставила забыть о боли в ноге. Жижа уже подбиралась к его грудной клетке.
— Ты что, хочешь меня наколоть? Какая-то детсадовская шутка, — усмехнулся Ножницы. В этот момент Росс так хватил его палкой между лопатками, что тот кувыркнулся вперед, прямо в жижу, рядом со Стоком.
Парень начал кричать, дергать руками и ногами, пытаясь выгрести на берег. Одним словом, рыл себе могилу, что избавило Стока от множества хлопот.
— Ну ты, как всегда, в последний момент, — выдохнул Сток, обращаясь к Россу.
— Извини. Только что пришел в себя, — заявил Росс. Он протянул Стоку ветвь кипариса.
— Ты, кажется, обгорел до неузнаваемости.
— Меня ведь взорвали.
— Похоже на то.
— Сеньор, я прошу вас! — испуганно кричал Ножницы. Он был уже по пояс в трясине. — Спасите меня…
— Спасти тебя? — удивился Сток, приблизившись к трясине и глянув в его белые глаза последний раз. — Спасти тебя? Но зачем?
— Пожалуйста!
— Никто не может спасти тебя, Родриго. Ты сам поразмысли. Ты ведь идешь прямиком в ад. И ты уже на полпути.
Этот человек умирал долго. Он размахивал руками, пытался разгребать грязь, но это не помогало. Он тонул как надо. Стокли и Росс сидели на сухой траве и наблюдали за ним. Некоторое время он еще умолял и просил о помощи. В конце концов все, что осталось на поверхности, — это кончик носа, как в том африканском кино, что Сток видел в детстве.
Нос на мгновение задержался, а потом исчез. Вслед за этим из трясины всплыли два пузыря — и опять все так, как в том фильме.
Буль-буль.
— Ты ранен? — наконец поинтересовался Сток у Росса.
— Немного. Я не слышал, как он подошел. Но потом упал за борт и испытал твою методику — дышал через тростник. Все было нормально, до тех пор пока не рванули боеприпасы, и меня не вынесло на поверхность, как дохлую рыбу. А ты как?
— Да так, несколько царапин, ерунда.
— Думаю, тебе больше не нужен пояс. Он бы больше сгодился в качестве шины для твоей ноги.
— Хорошая идея. Спасибо.
— Да не за что.
— Знаешь, Росс, что мне особенно понравилось? Мне кажется, что в конце — я имею в виду, в самом конце — Родриго понял, куда отправляется.
— Точно.
— Ты понимаешь, о чем я?
— Да.
— Вики тогда стояла на церковных ступенях. Девочка была уже на полпути к небесам, когда он убил ее.
— Да.
Сток встал и протянул руку, чтобы помочь Россу подняться на ноги.
46
«Даймлер» подкатил к массивному рифленому ангару и со скрипом остановился. Реактивный самолет «Гольфстрим», который должен был отвезти бин Вазира домой, к Синим горам, стоял снаружи, прогревая двигатели.
Сней и доктор на мгновение задержались за пределами ангара, наполненного сверканием дуговой сварки. Сердце Снея бин Вазира дико колотилось. Он знал, что может таиться внутри, и тем не менее был не готов увидеть недавно перекрашенное металлическое чудовище, залитое ярким светом бесконечных огней.
Это было само совершенство. Точная копия. Все до последнего болта и гайки.
Старший пилот, Халид, вышел ему навстречу из группы механиков, столпившихся под носом у теперь неузнаваемого «Боинга». Из разъема под передним шасси вились толстые кабели, протянутые к двум древним суперкомпьютерам «Крей» на передвижных платформах. Сней, улыбаясь, словно десятилетний мальчик, крепко обхватил Халида, похлопав его по спине.
— Это великолепно! Просто великолепно!
— Спасибо, сэр, это действительно так, — сказал Халид с заметным английским акцентом. Он немного отступил от Снея. — Эта машина просто потрясающая! Пилотов бин Вазир переманил несколько лет назад из «Бритиш Эйрвейз», предложив им зарплату вдвое больше. На Халиде была идеально выглаженная черная униформа. Секунду спустя к ним подошел старший помощник, Джонни Адар. Как и его начальник Халид, он был в новенькой униформе.
— Сэр! — уверенно обратился Адар к бин Вазиру. — Самолет почти заправлен. Мы заканчиваем загрузку похищенных кодов ретранслятора и координат глобальной системы навигации. Мои ребята в сингапурском международном аэропорту Чанги сумели на час «позаимствовать» оригинальный план полета и изменить его на борту самолета «Бритиш Эйрвейз» без уведомления. Как вы нам и обещали, силы безопасности в ангаре на тот момент отсутствовали. Все, что нам теперь может понадобиться, — это опознавательный индекс нашего друга, который мы можем легко выяснить по радиосвязи. Как только мы закончим загрузку программного обеспечения и топлива, можно будет взлетать, сэр.
— Сколько вам еще понадобится времени? — спросил бин Вазир у Адара, глянув на часы. Все эти разбирательства у клетки с рептилиями стоили ему почти час. Чтобы состоялось намеченное рандеву над Тихим океаном, его самолет должен был вылететь за час до рассвета.
— Два часа, сэр.
— Управьтесь за час.
— Так точно, — отрапортовал Адар. — Придется охаживать плеткой этих ублюдков аборигенов чуточку покрепче. — Адар на мгновение помолчал и продолжил: — Один вопрос, сэр, если не возражаете. Пассажирам нужно подниматься на борт уже через полчаса. Но мы еще не получили… груз.
— В последнюю минуту планы пришлось немного изменить, — ответил бин Вазир. — Этот добрый доктор, что стоит перед нами, объяснит тебе все подробно. Знакомьтесь, господа, мой коллега. Его зовут доктор Сунг. Он полетит с вами в кабине. Посадите его на откидное сиденье.
— Замечательно, сэр, — сказал Халид, сначала пристально посмотрев на Сунга, а затем на бин Вазира. — Никаких изменений в плане полета? Место назначения остается прежним?
— Не о чем беспокоиться, Халид. Этот рейс изменит мировую историю. Я желаю вам хорошего полета.
— Отлично, сэр. Тогда надо готовиться к полету. Доктор Сунг? Вы идете?
Пилоты повернулись на пятках и направились к трапу. Адар обернулся назад, посмотрев через плечо на эту странную небольшую фигуру, с трудом волочащую за собой два огромных черных чемодана «Хэллибертон». Человек издавал какие-то неразборчивые звуки.
— У вас есть какие-нибудь пожелания? — спросил Адар странного человека.
— Да, — ответил доктор Сунг, — есть. Не могли бы вы попросить кого-нибудь помочь мне, пожалуйста? Я имею в виду механика. Нужно произвести некоторые изменения в системе питания самолета аварийным кислородом. Незначительные изменения.
— Мне все это не нравится, — прошептал Адар Халиду, входя в самолет. — Вообще не нравится. Никакой полезной нагрузки. Теперь еще этот докторишка хочет что-то наворотить с нашим аварийным кислородом. Если это не Ядовитый Плющ собственной персоной, то я — Маргарет Тэтчер.
— Мне тоже это не очень-то нравится, — вздохнул Халид. — Но ведь сегодня — День возмездия, Джонни, мальчик мой. Мы с тобой лишь поведем самолет. Так что не унывай.
Когда все это закончится, Халид хотел потратить заработанный миллион долларов на покупку того небольшого дома в Бартон-он-Уотер. А потом отправить своих детей учиться в хорошую частную школу, подарить жене несколько красивых платьев и небольшой сад, и, наконец, на досуге прочитать все собрание сочинений Лоренса начиная с «Семи столпов мудрости». А Джонни собирался купить паб на углу хорошо знакомой ему улицы в Белфасте, мысль о котором давно уже не давала ему спокойно спать. Он и название придумал подходящее — «Лоскутный верблюд».
Взревели двигатели, и самолет взмыл над темными джунглями, громоподобными раскатами вспугнув дикую природу и пробудив на час раньше уставших крестьянок, которые с опаской смотрели в сторону пробуждающегося вулкана.
Даже при том, что машина была заправлена под завязку, а на борту находилось четыреста пассажиров, сильно перегруженный самолет все же сумел достигнуть взлетной скорости 180 миль в час, прежде чем закончилась взлетно-посадочная полоса. Самолет, взлетая, сделал разворот и растаял в предрассветном небе. Несколько ранних землепашцев, которые впрягали волов на краю своих наделов, содрогнулись при виде «Боинга». Они не могли сказать, почему, но что-то неестественное и зловещее было в большом самолете, взлетающем в темное небо без навигационных огней. Теперь, поднявшись в воздух, пилот понял, что за чертовщина творилась на экране бортового радара. Быстро приближающаяся черная стена — штормовой фронт, который надвигался с Южно-Китайского моря.
В другое время пилот мог просто обойти его стороной или же набрать высоту и пройти над непогодой. Но не сегодня. Сейчас этого делать нельзя. Он должен придерживаться курса. Четыре реактивных двигателя ревели навстречу бушующему ветру.
— Поднимайтесь! Поднимайтесь! — испуганно воскликнул доктор Сунг, когда ему показалось, что самолет идет слишком низко. — В чем дело? Мы снижаемся?
В кабине мерцал слабый красноватый свет, исходящий от приборных панелей, и второй пилот Адар заметил испуганное выражение на лице доктора. Сунг носил толстые черные очки с засаленными линзами, которые скрывали глаза, но Джонни Адар все равно понял, что смешной карлик не слишком-то наслаждается полетом.