Теа Сандет – Радиомолчание (страница 69)
– Пора уходить. Что с этими двумя? Оставим тут?
– Можно запереть в камере, – сказал невидимый мне Детлеф. – Силовое поле сейчас включится. Видеонаблюдения в этой зоне нет, найдут не сразу.
– Отлично. Давай, перекладывай их туда и бери ее. Сама она не дойдет.
– Пусть Петер возьмет, – сказал Детлеф и скомандовал охраннику: – Вставай и двигай к той стене.
Охранник поднялся, кидая на него злобные взгляды. Детлеф оттащил Винценца за светлую черту на полу. Наклонился к охраннику, делая что-то с его рукой, вернулся обратно.
В камеру вошел Петер, набрал код на панели – возникло силовое поле, отрезая нас от остальных.
– Ну все, времени мало, – сказал Детлеф, – давайте бегом отсюда.
Петер подошел, аккуратно подхватил меня на руки, и я сжала зубы, чтобы не издать ни звука.
– Больно? – спросил Петер тихо.
– Нет, – соврала я.
Врать о том, что я могу идти сама, я не стала. Просто ухватилась за его плечи.
Я все еще не могла поверить в происходящее. Может, Детлеф все-таки застрелил меня, как я просила. Может, я уже умерла. Потому что не может быть, чтобы они все явились сюда спасать меня.
Но жесткие плечи Петера под моими пальцами – это было реально, и его руки, которые давили на мои синяки – это было реально, и свет, на который мы вышли из темной камеры, очень реально бил по глазам, и только тогда я кое-что вспомнила:
– Стойте! Подождите, мы не может уйти! Там Аре!
Детлеф, шедший впереди, обернулся.
– Иди быстрее, – зашипела Эрика.
– Там Аре, мы должны ее забрать, – выдохнула я.
– Рета, она мертва, – сказал Детлеф. – Я видел ее, подошел проверить… У нее огнестрельное в голову.
– Но… – пробормотала я и осеклась.
Я хотела спросить – как, я же отказалась стрелять в нее, но нашла ответ, не успев закончить вопрос. В этой маленькой камере мы с охранником стреляли друг в друга, и одна из пуль срикошетила. Я никогда не узнаю, кто из нас ее выпустил, но так или иначе полковник Валлерт получил что хотел – Аре была мертва.
Глава 24
ДАЛЕКО МЫ НЕ УШЛИ. Найдя первую попавшуюся открытую комнату – по странному совпадению это оказалась комната для допросов, – Детлеф махнул рукой, мы вошли, и он запер дверь.
– Петер, следи за обстановкой! – велел Детлеф.
Петер стал возле двери – глаза прикрыты, одна рука расслабленно свисает вдоль тела, другая так же расслабленно лежит на рукоятке пистолета. Это было обманчивое впечатление. Я знала, что Петер за секунду способен расправиться с тем, кто попытается открыть эту дверь. А услышит его приближение вообще за пару уровней.
– Рета, – обратился ко мне Детлеф, – нам надо избавиться от твоего трекера. Нельзя, чтобы нас отследили.
Тут я обратила внимание на его руку. Темного квадратика, который я привыкла видеть, не было. Вместо него была только красноватая точка. Я перевела взгляд на руку Эрики – то же самое. Они что… все собираются бежать отсюда? Почему?
– Ей бы помыться, – сказала Эрика. – А то нас по запаху отследят. Трекер не понадобится.
– Иди к черту, – ответила я.
На большее я сейчас не была способна.
Детлеф взял меня за руку и принялся колдовать над моим запястьем. Я прикрыла глаза. Было почти не больно. Так, легкий дискомфорт.
– Сколько прошло времени? – спросила я.
– В смысле? – не поняла Эрика.
– Сколько дней меня не было? Сколько я просидела в камере?
– А ты сама не знаешь? Четыре. Почти с половиной.
– Мне нельзя было спать. В голове все путается.
– Что вообще с тобой было? – спросила Эрика без своего обычного раздражения.
Я помедлила, размышляя над этим вопросом.
– Думаю, я умерла, – ответила я серьезно. – А еды у вас нет?
– С собой нет, – покачал головой Детлеф. – Но подожди, есть аптечка, можно кое-что сделать…
Он закончил с трекером и швырнул его в угол:
– Есть ксентамин. Военная фарма, психостимулятор как раз для таких случаев.
Я подставила плечо под инъектор. Через несколько секунд мне и правда стало лучше. Черное облако вокруг головы почти рассеялось, думать стало легче, воспоминания стали возвращаться. Голод и боль отступили, и теперь я действительно могла бы некоторое время идти… Самое время узнать куда.
– Какой у вас план?
– Выбраться отсюда и по возможности не умереть, – бросила Эрика.
Посвящать меня в детали она явно не собиралась. Может, и правильно. То, чего не знаешь, не сможешь выдать на допросе.
– Я смогу попрощаться с Коди? – спросила я осторожно.
– Зачем?
– Он мой брат. И я буду любить его, что бы ни происходило.
– Ты что, хочешь остаться? – изумилась она. – После… вот этого?
Конечно, я не хотела. Платой за дальнейшее участие в эксперименте был выстрел в голову Аре. А я вместо этого выстрелила в Винценца. Моя смерть теперь легкой не будет. Но и не попрощаться с Коди я не могла, даже если он поддержал Валлерта.
– Нет, конечно. Но даже если получится сбежать… Раз Коди согласился пойти в следующий этап программы, стать модификантом следующего поколения, полковник вряд ли его когда-нибудь выпустит. Мы точно больше не увидимся.
Эрика уставилась на меня, потом схватилась за голову:
– Да с чего ты взяла-то?! Ты там за четыре дня совсем головой поехала? Коди с Хольтом сейчас прикрывают нас, следят, чтобы наше отсутствие не заметили.
Детлеф посмотрел на меня с сочувствием:
– Рета, не знаю, что тебе сказали, но это ложь. За Коди следили эти дни, скорее всего, и сейчас следят, поэтому ему было опасно идти. Но он нам все рассказал, Эрика была нашим связным. Понадобилось время, чтобы придумать, как тебя вытащить. И еще… вообще-то пришлось шантажировать сержанта Хольта. Он дал знать, когда тебя повели на допрос – это был единственный шанс до тебя добраться. Но Коди точно ничего не предлагали.
– Мне предлагали, – заявила Эрика. – Сказали, что есть способ повысить мои медиаторские способности с помощью какого-то состава. Я сделала вид, что согласна, и моя мачеха дерьмом изошла…
– Потому что этот состав за пару лет разлагает мозг в белковый коктейль, – сказала я. – Я им дышала. Она наверняка в курсе.
– Она вообще много про что в курсе, – зло процедила Эрика.
– Мы договорились, что вытащим тебя, а потом заберем Коди и попытаемся бежать, – закончил Детлеф. – Он хотел пойти за тобой сам, но ему пришлось согласиться.
– Как ты вообще могла поверить в такой бред? – спросила Эрика. – После того, что ты рассказала Коди – ты думала, он социопат какой-то или что?
Я пожала плечами. Я все еще пыталась осознать тот факт, что мне не придется прощаться с Коди. Я боялась разрешить себе радоваться. Словно стоит мне поверить во что-то хорошее, как все рухнет.
–
Я подняла на нее взгляд. Она внимательно смотрела на меня. Смотрела в мои покрасневшие слезящиеся глаза. Потом взяла мои руки в свои, рассмотрела отметины на запястьях. Зачем-то сжала двумя пальцами кожу на тыльной стороне ладони. Потрогала одежду, которая до сих пор была влажной. Обошла меня, я почувствовала ее руку на затылке.
– И еще тебе нельзя было спать, – кивнула она каким-то своим мыслям, словно вела диалог сама с собой. – Боль, жажда, страх и депривация сна – безотказная комбинация. – Она полезла в аптечку и достала шприц-ампулу. – Антибиотик широкого спектра. Тебе не помешает.
– Что дальше? – спросила я.