Теа Сандет – Радиомолчание (страница 30)

Я почувствовала, как заканчивается действие стимулятора и меня затягивает обратно в собственную голову, и успела швырнуть в Коди последним образом – мой разбитый и разобранный комм, золотисто-прозрачная пластина, и как ее вшивают мне в руку. Вот так, Коди. На ней записано все, что осталось от личности человека, которого я любила, и я ношу ее в своем теле.

Ниточка, связывающая меня с братом, истончилась и исчезла окончательно. Я поморгала, привыкая к яркому свету.

– Как ты, Реталин? – спросила доктор Эйсуле. – Все получилось?

– Не знаю, – сказала я. – Может быть.

– Не знаешь, – повторила она. Эта ее привычка повторять слова собеседника бесила так, что передать нельзя. – Я дала тебе полчаса, чтобы ты знала, можешь ли установить связь с двумя людьми одновременно.

– Это сложно, – сказала я.

Ну да. К тому же я даже не попыталась. Потратила все время на то, чтобы показать Коди, как я провела лето.

Длинные пальцы доктора Эйсуле нервно постукивали по столу.

Я почувствовала беспокойство.

– Но я уверена, что сейчас справлюсь, – сказала я.

Я должна справиться, иначе произойдет что-то плохое. Я сама не знала, откуда появилась эта уверенность.

Но Эйсуле не успела вколоть мне следующую дозу. Даже шприц взять не успела. Дверь открылась, и вошла запыхавшаяся раскрасневшаяся Олли.

Доктор Эйсуле нахмурилась.

– Я велела тебе ехать в Чарну, – сказала она. – Что ты тут делаешь?

– Я хотела сказать, – произнесла она, запинаясь, – предупредить… Прибыл вертолет. Я видела того мужчину, который всегда сопровождает… груз.

Олли покосилась на меня. Я уставилась на свои ногти, делая вид, что мне не интересно.

– Винценца? – резко спросила Эйсуле и встала.

Я старалась дышать ровно. Мало ли людей по фамилии Винценц?

– Да, – кивнула Олли. – И коробки с метками Эн-Си. Судя по маркировке, это нейроимпланты. Много нейроимплантов.

– Много – это сколько?

– Штук пятнадцать, не меньше.

– Пятнадцать… – протянула Сагитта. – Все отделение Дале. Что еще?

– Остальное я не видела. Но были и другие.

– Значит, он убедил Валлерта, – пробормотала Эйсуле едва слышно. – И решил форсировать работу. Мясник.

Она это о докторе Ланге, поняла я.

– Но как же условие? – неуверенно спросила Олли.

– Условие? – рассеянно переспросила Эйсуле, думая о чем-то своем.

– Ну да, ваше условие. Что в проект «Маджента» должны попадать только те, кто иначе все равно умрет.

– Ах, это условие… – протянула Сагитта и вдруг рассмеялась.

От этого смеха мне стало не по себе, и я начала обдирать кожу вокруг ногтей в два раза интенсивнее.

– Да плевать всем давно на это условие, – сказала она. – Посмотри на рядовую Северин, которая въехала в проект на фамилии своего отца. Проект не мой, – добавила она, все так же усмехаясь, – проект национальный. А это значит – лично Валлерта. Но замажемся все. Так что давай-ка ты уезжай в Чарну. Перевод я тебе потом оформлю.

Свет мигнул и разом сделался более тусклым.

– Да чтоб тебя. – Сагитта стукнула кулаком по столу. – Это что, генератор?

– Там ветер уже довольно сильный… Наверно, электричество…

– Значит, в Чарну ты уже не уедешь, – перебила ее доктор Эйсуле и покачала головой. – Глупо. Надо было ехать сразу, как Заур. Ладно, иди к себе, на сегодня работы уже не будет. Ты что, до сих пор здесь? – вдруг повернулась она ко мне.

– Так точно, – ответила я хмуро. – Не было приказа покинуть желтую зону.

– Ну, считай, что теперь у тебя есть приказ. Иди, я не знаю, в тир или на самоподготовку. Давай, проваливай отсюда.

– Есть проваливать отсюда.

Я встала и направилась к выходу.

– Отдыхай, пока есть возможность, – догнал меня голос доктора Эйсуле.

Стоило мне выйти, как я наткнулась на Коди.

«Что происходит?» – беззвучно спросил он.

Я не успела ответить.

Из соседней двери, хромая на обе ноги, вышла девчонка, которую я видела в столовой.

– Так и знала, что это ты! – сказала она радостно. – Нет, серьезно, когда ты мне влезла в голову – это вообще улет! Фейерверк! А чего нас так рано отпустили? Вас – в смысле, нас, в смысле, отделение М – всегда так рано отпускают, да? Круто, да?

– Не всегда, – ответила я. – Просто у них дела. Привезли груз, – я посмотрела на Коди, – нейроимпланты. Судя по количеству – для всего отделения Дале.

Мне очень надо было поговорить с Коди. Узнать, что он увидел и что понял из того, что я пыталась ему передать, и рассказать то, что узнала из разговора Олли и доктора Эйсуле. И попросить прощения.

Я сделала едва заметное движение головой, и мы пошли к выходу.

– Они что, все тоже будут работать с телепатами? – спросила девчонка.

Я обернулась и увидела, что она изо всех сил старается от нас не отстать.

– Это не телепатия, – вздохнула я, останавливаясь. – Я не телепат, ты не телепат, никто, блин, не телепат. Но, наверное, они теперь тоже будут отделением М. А тебе не надо в свою палату или где ты вообще живешь?

– Я зря это все сделала, что ли? – расстроилась девчонка.

Мы с Коди одновременно повернулись к ней.

– Ты что, специально подставилась? – не поверила я. – Специально влезла в драку с Петером? Он же мог тебя убить!

– Не мог. – Она помотала головой. – Мы все знаем, что сами по себе модификанты легко срываются, так что теле… вы их контролируете.

– Это, наверное, секрет, но плевать. Знаешь, вот как раз в тот день никто никого не контролировал.

– Да не, так не бывает, – помотала головой девчонка. – Всегда кто-то дежурит. Нам сержант Дале говорил.

– Бывает, – подтвердил Коди. – Хольт отмороженный. Погнал всех проходить полосу. Дежурного медиатора не было.

– Я в последний момент успела, – кивнула я. – Еще немного, и Петер убил бы тебя.

У девчонки вытянулось лицо. Кажется, она все это время не подозревала, чем рисковала на самом деле. Но меня интересовало другое – интересовало так сильно, что я даже решила отложить ненадолго разговор с Коди.

– Зачем ты это сделала? – спросила я. – Даже если ты думала, что он тебя не убьет, все это, – я указала на железки, торчащие из ее ног, – зачем?

– А ты когда-нибудь жила в одной казарме с четырнадцатью парнями? – спросила она в ответ. – Хорошего мало, поверь. Мы все знаем, что у вас отдельные комнаты, и свои планшеты с доступом в локалку, и получаете вы больше, и страховка лучше.

– И поэтому вы все нас так ненавидите, – вполголоса заметил Коди.

– Надо было просто покалечиться как следует, чтобы мне насовали имплантов и перевели к вам. Я подписала согласие на это, когда сюда пришла. Ну, не только я, конечно. Все подписали. Но я все думала, как бы так сделать, чтобы это согласие побыстрее пригодилось, а тут как раз… Слушайте, мы ж не познакомились!

– И ты реально полезла в драку с модификантом? – снова уточнил Коди. – Сама, добровольно?