Теа Сандет – Голос Вессема (страница 9)
– Привет, ― сказала девушка. ― Ты Рита, да? Тео сказал, придет Рита. Я Анне.
Это ― А. Маноа? Однако.
Может, она модель или актриса? Не удивлюсь, если за дверью обнаружится телохранитель, из тех, что каждый месяц отчисляют государству круглую сумму за специальную лицензию, которая дает право избить или даже убить любого, защищая своего клиента.
– Здравствуйте. ― Я выдавила из себя улыбку.
– Идем! ― Анне только что не подпрыгивала от нетерпения.
Ну что же, кажется, я ей понравилась, так? Или они тут всем так улыбаются?
Видно, посчитав, что я слишком медлю, она схватила меня за руку и потащила за собой. Что-то внутри царапнуло, но я тут же сама себя успокоила ― если бы я ей не понравилась, она бы меня тут же выставила, правда? ― и сосредоточилась на том, что Анне мне показывала. Огромный зал, посреди которого закручивалась лестница на второй этаж. Настоящее дерево, черный матовый камень. На стенах картины с цветными пятнами. Какие-то металлические конструкции. Камин! Черт, я такого в жизни не видела.
– Это гостиная, ― болтала Анне, волоча меня за собой, ― там дальше ванная и кухня, там гостевые комнаты, спальня на втором этаже, еще там терраса, ну я сейчас покажу…
Беспокойство снова дало о себе знать, хотя я не могла понять, в чем дело.
– Анне, подождите, ― прервала я ее. ― А что мне нужно будет делать? У вас в семье есть кто-то, хм, с проблемами слуха?
– О, это все Тео придумал, ― засмеялась Анне. ― Он как раз наверху, пойдем. ― Она потащила меня к лестнице.
Мое беспокойство превратилось в плохое предчувствие. Очень плохое. Мне не хотелось идти за Анне, хотелось развернуться и убежать, но я все равно пошла.
Лестница закончилась слишком быстро. Не выпуская моей руки, Анне направилась к широким раздвижным дверям.
– Тео! ― крикнула она. ― Пришла Рита!
– Привет, ― сказал знакомый голос, и меня едва не вырвало.
Передо мной стоял Теодор собственной персоной. Краем глаза я уловила движение ― на другом конце террасы в кресле с бокалом в руке восседал Марко. Когда мы виделись последний раз, я наставляла на него пистолет и теперь, видимо, за это расплачусь по полной.
Я застыла, в ужасе глядя на приближающегося Теодора. Марко тоже поднялся со своего кресла и двинулся ко мне. Я поняла, что мне конец. Скинут они меня сейчас с балкона, а потом скажут, что так и было. Наврут, мол, я сама на них напала ― не в первый, получается, раз, ― и ничего им за это не будет. И этой тупой улыбчивой Анне, чтоб ее. Как можно так улыбаться человеку, которого планируешь убить?!
Я стояла и как загипнотизированная смотрела на всю эту компанию. Теодор, видно, что-то увидел в моих глазах, потому что остановился и перестал улыбаться. Вот с таким же лицом он стоял тогда в Вессеме, глядя, как возвращается Коди, и Марко стоял позади и готовился задать вопрос, после которого все стало плохо. Все повторялось. Только Коди не было.
Коди.
«Беги!»
Мне показалось, что я снова слышу его голос, и тело пришло в движение.
Да, Коди. Я побегу.
– Рита, ― начал было Теодор, но я уже не смотрела на него.
Выдернув руку из цепких пальцев Анне, я со всей силы толкнула ее на стеклянную дверь и кинулась бежать.
– Рита! ― крикнул кто-то за моей спиной, я не поняла, Теодор или Марко, Анне вскрикнула, но я была уже у самой лестницы.
Пока они разберутся, не ранена ли их подружка, я уже буду далеко.
Или не буду.
Нога вдруг поехала вперед, я взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие, но в следующий миг уже кубарем летела вниз. В глазах потемнело, я попыталась сесть, но едва пошевелилась. Когда же я справилась с непослушным и ставшим слишком тяжелым телом, рядом со мной уже стояла вся троица. Волосы Анне немного растрепались, и она старалась держаться чуть в стороне, но в целом, кажется, была в порядке.
– Рита, только не беги, ― обеспокоенно сказал Теодор. ― Мы ничего не собираемся тебе сделать. Давай помогу встать.
Они с Марко подхватили меня под руки и переместили на диван.
Значит, они ничего плохого не хотят, да? Ладно. Спокойно. Я сделаю вид, будто поверила или ничего не соображаю после падения, надо только, чтобы они расслабились, усыпить их бдительность, а потом бежать. Коди, я не подведу.
Я вдруг обнаружила, что на светлую обивку льется кровь из моего носа, и задрала голову.
– Не запрокидывай, ― тут же отреагировал Теодор. ― Наоборот, наклони вперед. Сейчас, подожди… Анне, есть что-нибудь?..
Анне куда-то вышла, потом вернулась и протянула мне влажное полотенце. Я прижала его к лицу. В голове прояснялось.
– Рита, мы просто хотели поговорить, но не знали, как тебя найти, ― начал Теодор. ― Искали тебя в «таккере», но тебя там не было, и твоего брата тоже не нашли. Решили попробовать через службу занятости, я же помню, вы с братом общались жестами, и вот…
Я чуть не застонала. Идиотка! И я ведь ничего не заподозрила! Так радовалась! Конечно, такой добрый дядя из Сити решил нанять девушку с судимостью, всех требований к которой ― знание языка глухих. На каждом шагу же такие попадаются!
Кровь остановилась, и я отняла полотенце от лица. Анне отвернулась, но Теодор и Марко пристально смотрели на меня. Нет, еще не время. Давай, Рета, заговаривай им зубы.
– Как же вы тогда нашли Коди в первый раз? ― спросила я. ― Я думала, в «таккере».
– Через вашего друга, Акселя. ― Марко улыбнулся, видимо радуясь, что я пошла на контакт, и меня перекосило от ненависти. Я поскорее снова прижала к лицу полотенце. ― Он в «таккере», в группе, где обсуждали Вессем, написал, что знает человека, который там был. Мы его спросили, что это за человек, и он дал телефон Коди. ― Да. Ведь телефон Нико он дать уже не мог. ― Мы хотели и про тебя у него спросить, но его аккаунт заблокирован.
Точно, этот кретин кому-то угрожал, и на него подали жалобу. А искали они, видимо, Риту-Лину Корто, а не Рету Немет. Потому и не нашли.
Марко собрался еще что-то сказать, но в этот момент хлопнула входная дверь. Я покосилась ― вошла девчонка лет шестнадцати.
– Анне, я так и знала, что ты дома, увидела твою машину! ― крикнула она с порога.
Прищурившись, я наблюдала за ней. А она, наткнувшись взглядом на Теодора, вдруг смутилась, но тем не менее мысль закончила:
– Ты мне дашь ключи? Мы с Анитой съездим в центр.
Про себя я отметила это секундное смущение. Ну да, ей шестнадцать, а тут такой Теодор все время под боком. Или не все время? Что это вообще за новое действующее лицо?
– Привет, Илена. ― Анне попыталась улыбнуться, но вышло плохо.
– Илена, ты не вовремя, ― не поворачиваясь, бросил Теодор. ― Подожди там. ― Он махнул рукой в сторону кухни. ― А лучше вообще иди погуляй.
Девчонка надулась было, но, окинув взглядом всю живописную композицию в гостиной, ничего больше не сказала и направилась в кухню. Впрочем, едва перешагнув порог, она остановилась. Теодор, кажется, этого не заметил и вообще тут же забыл о ней.
– Рита, пожалуйста, просто выслушай нас, ― попросил Марко.
Я кивнула. Говори, говори, я послушаю. Судя по всему, Илена, кто бы она такая ни была, дверь за собой не закрыла.
– Я… Мне жаль, что тогда так вышло. ― Он опустил глаза, а я посильнее прижала к лицу полотенце. ― Я хотел попросить прощения. Мы… в общем, мы пытались объяснить, что ты не виновата, уже потом, когда тебя арестовали. Правда пытались. И прости, что я наставил на тебя пистолет. Честно говоря, я тогда здорово запаниковал. Сам не пойму, что на меня нашло.
Я изо всех сил вцепилась в полотенце. Тихо, тихо, сиди молча. Сейчас он заткнется, и ты уйдешь.
– Словом, ― продолжил Марко после паузы, ― мы знаем, что у вас там плохо с работой. И хотели предложить тебе, ну, вроде как компенсацию. За то, что так получилось.
Полотенце в красно-черных разводах полетело в сторону, и я вскочила.
– Получилось?! ― заорала я, забыв, что собиралась бежать. ― Ни хрена это не «получилось»! Это ты, долбаная мразь, открыл свой долбаный рот, когда Коди сказал тебе молчать, это из-за тебя он погиб, а я оказалась в тюрьме! Какую еще, мать твою, компенсацию ты мне собирался предложить за смерть моего брата? Какую работу? Возможность убирать за тобой дерьмо?!
– Рита, ну пожалуйста, ― Теодор встал и протянул ко мне руки, ― мы ведь не знаем, ведь неизвестно, может, он и не погиб, его ведь не нашли, да?
– Да его никто и не искал!
– Рита, послушай, я понимаю, разговор пошел вообще не так, но поверь ― мы хотели попросить прощения!
Ну все, с меня хватит.
Я поднялась и направилась к выходу.
– Рита, возьми хотя бы… ― услышала я и поскорее захлопнула дверь.
Пусть засунет свои деньги в свою богатую задницу и повернет до щелчка.
Двери лифта распахнулись, я юркнула внутрь и нажала на кнопку первого этажа. Взгляд упал на зеркало, и я поморщилась. В таком виде я дойду до первого патруля. Достав из рюкзака упаковку влажных салфеток, я прислонилась к стенке и принялась стирать с лица кровь и разводы косметики. Глаза защипало. Синяк, конечно, у меня будет знатный, но синяк ― не преступление. Напоследок я потерла комбинезон. Он тоже был залит моей кровью, но на черном это было почти не заметно. Ладно, это подождет. Двигаясь на силе чистой ненависти, по уже знакомой песчаной дорожке я пошла к воротам, миновала их, направилась к парку, отошла подальше и, почувствовав, что больше не могу сделать ни шагу, опустилась на траву. Что я скажу Эме? Она так радовалась, что я нашла работу. Хотя я говорила ей, что, может, ничего и не выйдет, она в меня верила. А я не просто упустила шанс ― оказалось, и шанса-то никакого не было. Им просто хотелось успокоить свою совесть ― круто, конечно, что она у них есть, но почему это должно делаться за мой счет? Я уткнулась лицом в колени. Голова болела. А еще ужасно хотелось есть. И поговорить с Нико, но я боялась достать комм ― вдруг после падения с лестницы он не включится? Так что я продолжала сидеть, уставившись себе под ноги. Я совсем выпала из реальности, и от размышлений меня оторвал вопрос: