Тайга Ри – Последняя из рода Блау (страница 80)
– Это наш дом, – старик вскинулся, сверкнув глазами. Задело. – Это наш дом, где нам сейчас нет места на нашей земле.
– Об этом и речь, – я развела руками. – Сначала кусочек силы, потом кусочек земли. Будет доступ к силе – и вы сможете теснить Высших.
– Мы хотим жить в Мире.
– Хакан, – я закатила глаза. – Это даже не смешно. Это лозунг всех мятежников. Мир. Братство. И немного покушать. Это утопия. Вы производите впечатление здравомыслящего аллари. Неужели вы полагаете, что даже получив доступ к запертой силе, вы сможете выиграть? За нами сотни лет генетических изменений в линиях силы. Сотни лет тренировок внутри Родов. Ваша сила не будет работать там так же, – я раскрыла ладонь, на которой появилось яблоко. – Забудьте уже эти сказки из старых хроник, когда аллари были единственными богами под этим небом.
– Сила аллари другая…
– Такая же, – я вытянула вверх руку, и жирная лента силы, напрямую от источника полетела ко мне, ластясь, обвиваясь вокруг талии. В глазах старика мелькнула тщательно скрытая зависть. – Вы Боги в этом своем отдельном внутреннем мире, – я качнула головой, – но вы не можете управлять источником. Вы задурили всем своим головы. Да, вы дети этого мира, возлюбленные, вы часть этой силы, – я пропустила дымку энергии между пальцами. – Вы можете все и одновременно ничего. Там, – я притопнула сапожком, – так не получится. Это краткие вспышки пробуждения источника, когда можно использовать силу намерения. В отличие от вас я знаю, о чем говорю, у меня нет шор аллари. Услышьте меня, Хакан.
– Сила аллари другая, – старик повторил упрямо. – Если аллари не останется, Высшим не выжить в нашем мире.
– Сколько тысячелетий должно пройти, чтобы мир стал не только «вашим», Хакан?
– Нужно увидеть…, – старик цепко схватил меня за рукав халата, и все крутнулось перед глазами.
Глава 62. Изнанка
Мы стояли на возвышенности. Внизу, до самого горизонта, который был виден, расстилалась черно-серая равнина, усыпанная свежим пеплом, который кое-где ещё вращался в воздухе большими хлопьями. Справа были черные горы, слева бушевало странного цвета море. Черно-серые волны с ревом накатывали на берег.
На всей длине побережья, на всей равнине сражались черные воины, похожие на моего Хранителя, монотонно взмахивающие длинными изогнутыми мечами. Некоторые работали парными клинками, кто-то предпочитал одиночный стиль, но ни один воин не прерывался ни на мгновение. Они прыгали, уворачивались, перетекали из стойки в стойку, разрубая на части темные бесформенные сгустки, которые нападали, кружась вокруг стаями.
Странные черные сгустки тумана, неопределенной формы, в прямом смысле слова падали с небес, где сверкали молнии. Это какой-то новый вариант туманного урожая? Мрачные жрецы на покосе.
Странная молчаливая битва. Только рокот волн и свист мечей, рассекающих воздух, это единственные звуки, которые были слышны. Ни птиц, ни криков, ни разговоров. Было ощущение, что черная армия просто вышла покосить траву. Отдельно взятую дивизию выгнали на сельскохозяйственные работы, и они пашут и машут, пашут и машут. Хорошо двигаются, слаженно, синхронно. Только что не поют песни в процессе работы. Если выставить их на празднике Урожая против наших крестьян, я бы ставила на этих – явно накосят больше.
Каждый разрубленный темный сгусток вспыхивал и рассыпался жирными хлопьями пепла. Еще один, и еще. Пепел вращался в воздухе, мешая обзору.
Воины исчезали в воздухе, если слишком много темных тварей наваливалось на одного, и появлялись в другом месте, снова занимая место в строю. Бесконечная битва.
– Мир хочет исцелиться, – это были первые слова, которые произнес Хакан после мгновений молчаливого созерцания.
– Что это?
– Мир хочет исцелиться, – повторил старик. – Любым путем. Даже путем полного уничтожения всего живого. Очиститься от скверны.
– Конкретнее?
– Высшие привели тварей в наш мир. Проложив путь через грань, оставили проход. Скверна, создания грани, – старик показал рукой на равнину. – Вы называете это Прорывом. Уничтожаете, в меру своих сил, но это бесполезно. Убить тварей окончательно можно только с изнанки. Только здесь.
– То есть эти сгустки тьмы…
– Твари, – Хакан кивнул. – Убитые на Прорыве. Духовная сущность остается, и может быть уничтожена только в духовном мире.
– Вообще нет способа уничтожить умертвий и созданий грани окончательно там? – это было настолько важно, что я пока отложила личное. Это было слишком важно, это меняло привычную картину мира полностью.
– Нет. Тварей привели вы, но вы не в силах их окончательно уничтожить. Это могут сделать только аллари.
– Только аллари или только в этом мире? – это принципиальная разница.
– Только здесь, – Хакан пожевал губами. – А здесь только аллари.
– И я, Хакан. А если прошла я, значит, могут пройти другие… и помочь с уничтожением, – если бы вы не были такими упертыми.
– Вайю, ты первая почти за тысячу лет. Если бы это было просто…
– Хакан, не буду спорить, но у вас есть одна большая проблема. Ваши стереотипы. Вы видите только один путь. Не обязательно заходить через парадный вход.
– Вайю, пожалуйста, не обсуждай этот вопрос ни с кем, кроме Ликаса и меня. Мнения в Совете разделились. Равновесие шатко. Сейчас любая мелочь может решить исход.
Я кивнула старику в ответ. Аллари мне были нужны, точнее нужен их Круг и доступ к их источнику.
– Кто сражается с духами тварей там на равнине?
– Наши воины. Мужчины несут повинность.
– И Ликас? – просто я не помню, чтобы он хоть раз отлучался от меня надолго.
– И Ликас. Все время мира, Вайю. У нас есть все время мира.
– Почему их так много? – сгустки тьмы продолжали падать с неба.
– Это не много. Прорыв почти закрыт. Прореха залатана. Это последние волны.
– Это что, земли Хэсау? А это Лирнейские? Это отражение реального мира?
Хакан степенно кивнул, сложив руки в замок сзади.
– То есть любой Прорыв нужно закрывать одновременно с двух сторон. С той стороны мира и с этой, – я размышляла вслух. – А если не чистить тут? От этих темных духов?
– Аллари не успевают убрать всех. Тьмы слишком много, и она копится, – он опять ухватил меня за руку. – Смотри…
Картинка опять сменилась. Цвета остались прежними – серо-черными, но теперь мы стояли посредине степи.
Юг?
Над нашими головами в сером небе кружили темные клочки тьмы, как стаи птиц, сбиваясь в одну большую спираль. Они кружились, кружились, кружились. От их монотонного вращения закружилась голова даже у меня.
– Это неучтенные. Те, что ушли, просочились. Мы не успели, – Хакан поднял вверх голову и подслеповато прищурился. – Твари притягивают друг друга. Когда их наберется достаточно, здесь будет Прорыв. Они подтачивают изнанку изнутри, формируя проход.
– Прорыв? Здесь? – я осмотрелась вокруг. – Это же Южный Предел, я права? Или граница Столичного и Южного. Такие степи только там.
Старик кивнул в ответ.
– Хакан, то есть аллари знают, где и когда будет следующий Прорыв? – я прикрыла глаза и начала очень медленно вдыхать и выдыхать воздух.
Голова работала очень быстро. Аллари знают, или по крайней мере могут предсказывать вероятность и точку следующего прорыва, отслеживая с изнанки скопища остаточных духовных эманаций темных тварей. Эта информация бесценна. Дороже золота, потому что счет идет на сотни жизней. Зная, где будет точка прорыва, где будет новое Око, можно заранее подготовить защитные круги и формации.
– Аллари делятся этой информацией? – я подбирала слова очень осторожно, мне казалось, что я иду по очень тонкому льду. Одна ошибка и корочка хрупнет под ногами, унеся в темные холодные воды.
– Передаем образы. Несколько ваших менталистов более податливы, чем другие. Гибкий ум, способный воспринимать чужие проекции, – Хакан утвердительно качнул седой головой. – По какой причине вы не используете данные, аллари не знают. Мы пытаемся постоянно.
Наличие постоянной внешней угрозы – это отличный инструмент для управления. Контроль. Страх. Это оправдывает наличие и содержание Легионов. Это работа для магов. Это возможность естественным образом уменьшить число Высших, ведь латать прорехи отправляют лучших. Самых сильных.
Что-то ещё очень важное крутилось в голове, но я никак не могла ухватить воспоминание за хвост.
– Про Прорыв у Хэсау вы тоже…
– И про Север. Керн. То, что происходило на площади, – Старик кивнул.
– Но ведь в Керне был призыв. Студент не удержал рунный круг?
– Они всегда знают заранее, и собираются в стаи, – суховатый палец ткнул в небо, там, где вращались стаи уродливых черных сущностей. – Всегда.