Тайга Ри – Последняя из рода Блау (страница 46)

Пылали копья, плавились доспехи, стекали каплями серебристого металла наконечники пик, Марша бесновалась, вся объятая пламенем. Фейу сумасшедшие. Совершенно на всю голову сумасшедшие.

Я отрицательно помотала головой Фэй-Фэй, которая заламывала руки в стороне, не подходи, не сейчас, только не сейчас. Руки снова засветились темным пламенем, которое не находило выхода, метаясь запертым внутри моего тела, мне нужно куда-то сбросить энергию…

Я посмотрела на небо и отправила вверх всю мощь своего источника, вычерпав силу до дна. Не надолго, но стало легче. В небе, над поместьем Фейу расцвел огромный сияющий темной силой знак – герб рода Блау, рядом вспыхнул символ шестнадцатого легиона, и ровно шестнадцать сияющих звезд по окружности – летите к звездам!

Они будут гореть в небе до тех пор, пока не исчерпают запас сил.

– Сумасшедшая…Блау, ты на всю голову сумасшедшая, – Марша плюхнулась рядом на траву, задрав голову вверх. В ее голосе слышалась легкая зависть и тщательно скрываемое восхищение. – Свихнутая на всю голову…

– Выброс, – горло свело так, что я могла только сипеть, пожав плечами.

– Вы Блау все отмороженные, со своей странной силой…

Это не сила Блау. От Блау мне перешла светлая часть. Это проснулась темная сторона моей матери – кровь Хэсау, но Фейу совершенно не обязательно знать об этом.

– Как ты обошла артефакт? – Марша смотрела требовательно. Догорающие факелы из «пустых» легионеров сполохами отражались в ее темных глазах. – …значит и про Квинта тоже…? – сколько надежды.

Я не соврала Марию ни единым словом. Я – ненавижу Империю. Я ненавижу ее настолько же, насколько люблю, неистово, не имея другого выбора. Род, мать и страну, мы не выбираем. И я сделаю все, чтобы защитить ее. Потому что другой у меня нет.

– Правда все до последнего слова, – я поморщилась, подняв руку с проявившимся родовым кольцом, чтобы засвидетельствовать слова силой, но в этом не было не было необходимости. Я опять вспыхнула вся целиком, от макушки до кончиков туфелек, в подтверждение клятвы.

– Какая же ты сука, Блау…свихнутая сумасшедшая сука…, – Марша отшатнулась от меня, отвернувшись, чтобы скрыть выражение глаз.

Расту. Чтобы заработать звание «этой суки Блау» в Легионе, мне потребовалось больше времени.

Кантор и толпа девчонок валялись на земле и мычали, пытаясь освободить от пут.

Глушилка!

Я закрыла глаза и потянулась сознанием, чтобы найти артефакт – сейчас он чувствовался, как досадная помеха, не в силах удержать напор силы, которая с ревом клубилась внутри меня.

Уничтожить. Уничтожить. Уничтожить.

Артефактов-подавителей было три, расположенные по углам правильного треугольника. Я чувствовала, как моя сила с жадным восторгом, пожирает, плавя, изделия мастеров-артефакторов.

Уничтожено.

Сила вернулась мгновенно, огромной приливной волной захлестнула поляну, расчертив силовыми линиями периметр поместья и лабиринт – Фейу пытались поднять защиту?

После этого началось светопреставление – вестники сыпались один за другим, появляясь в воздухе с яркими вспышками, тут и там, почти каждому из присутствующих. Кроме меня.

Запястья потяжелели и стали почти пудовыми, оттягивая руки вниз – я не заметила, как псаковы браслеты начали тянуть и жрать силу. Они присосались, как пиявки, впитывая почти половину того потока, который бурлил внутри…и жрали, жрали, жрали силу, насыщаясь и тяжелея. Никогда бы не подумала, что светлое изделие руки Арритидесов не побрезгует мерзкой темной силой…или так оголодали, что им все равно?

Если браслеты продолжат жрать так – у меня не будет часа. Мне нужно, чтобы все убрались с поляны.

Все обнимались и радовались вернувшейся силе, выплетая чары за чарами, в воздухе творилось светопреставление – вспышки вестников, чар, пылающие факелы-легионеры ровным кругом. Фэй радовалась вестникам вместе со всеми – видимо с дедушкой Ву все хорошо.

Я сидела на траве, рядом с трупом Мария, и чувствовала, как к горлу подкатывает запоздалая истерика.

Мы умерли! Мы умерли! Мы умерли. Не сейчас, только не сейчас, хотя бы добраться до поместья. Я титаническим усилием воли погасила все эмоции внутри.

Кантор молча присел рядом, не дотрагиваясь. От меня фонило свежей чужой силой и искрило так, что воздух вокруг дрожал маревом.

Вдалеке протяжно запели горны. Не наши, чужие. Длинные протяжные ноты сигналов были знакомы.

Кантор, Марша, Фэй и остальные вскинули головы, прислушиваясь. Дивизия Хэсау входила в город. Дядя. Ты вернулся.

– Я могу объяснить, – Кантор начал говорить торопливо.

Я зажала уши ладонями, замотав головой.

Ничего не хочу слушать. Не сейчас. Я устала. Этот псаков вечер меня доконал.

– Я могу объяснить…

– Пошел ты, Тир…, – я тряхнула головой, – со своими объяснениями.

– А ты бы сказала? Сразу поделилась информацией, выложила план, подумай головой хоть немного, – он горячился.

Не знаю. Но знаю точно, что думать я сейчас не в состоянии.

– Я не мог сказать. Не мог. Они собирались взять всех разом, чтобы не вылавливать крыс в норах поодиночке. Выманить всех и прихлопнуть. Это в Центральном и Южном, все ожидаемо давно, а из всех дальних пределов попали только мы. Только у нас Легион решил присоединится к …, – он с остервенением махнул рукой. – И потом, объясняться, почему пропустили, в столице придется Совету, чем ты не довольна? Блау как всегда белые и на коне, и даже привели «чистую» дивизию, – он кивнул в сторону Керна, – так кто выиграл в этой ситуации? – Марша внимательно, навострив уши, прислушивалась к разговору.

Мне все равно, кто сегодня выиграл. Оставь меня в покое, Тир.

Я поднялась на ноги и стряхнула с рук икры силы, которые разлетелись кругом по траве, поджигая все вокруг темным пламенем.

– Блау! – Марша завизжала на одной ноте, – что ты творишь?

– Я не могу удержать выброс сейчас, – я озвучивала прописные истины, – мне нужно сбросить силу. Фейу, выбирай – поместье или все вокруг…

– Не смей! Не смей!

– Я хочу спалить здесь все, все дотла, чтобы не осталось ничего, я не могу контролировать это намерение, Фейу, не могу! Посмотри на себя, – я кивнула на обгоревшие трупы, – В последний раз – поместье или…

– Не трогай дом, Блау! Лабиринт, отправь огонь к лесу там река, и…

– БЕГИТЕ! – вокруг меня начал закручиваться темный смерч. – БЕГИТЕ ОТСЮДА!!! – сила хлестала из стороны в сторону, тонкими длинными плетями.

Поляна опустела быстро, последним, постоянно оглядываясь через плечо, убегал Тир.

Наконец-то. Время истекает. Я выдохнула, и запечатав намерением четыре выхода с поляны стеной темного огня, рванула к Марию.

Он лежал на боку, так, как его спихнула Марша. Мне потребовалось усилие, чтобы развернуть его на спину. Я торопливо обыскивала карманы в поисках артефакта-передатчика. Нашла. Стянула оба оставшихся на пальцах перстня. Помедлила, но все-таки осторожно вытащила из-за ворота странный закрытый медальон на длинной витой цепочке.

Все отправилось во внутренний карман халата.

Мундир не поддавался, и пришлось чиркать гладием, чтобы осмотреть левое предплечье – свежих татуировок не было. Только старая, с начавшими выцветать магическими чернилами, значит делал более двадцати зим назад – римские цифры двенадцать и подпись «ассы». Марий был в подразделении ассов?

«Пустые» двигались и после смерти Мария, значит у него было право доступа, но контроль…контроль у кого-то ещё…определить бы ширину канала, тогда можно по расстоянию вычислить – это кукловод должен быть здесь, в поместье, или мог управлять из Керна…Мечты, мечты.

Я помедлила, рассматривая нефритовые бусины и клык на шпильке. Подарок Акселя. Но даже для меня, вытащить ее сейчас было бы чересчур кощунственным.

Марий-любил-меня. Убрать эти мысли, выкинуть, выкинуть, выкинуть…

Я развернула его голову так, чтобы широко распахнутые глаза смотрели в небо, на звезды, нежно погладив по щеке.

Мой Север всегда был здесь, Марий. В поместье Блау. Это мой кампас и мой ориентир. Именно сюда я буду возвращаться всегда и отовсюду. Мой Север всегда был здесь. Мой Северный Предел.

Лети к звездам!

…

Из лабиринта я выбегала торопливо, потому что чувствовала – время выброса истекает, и я останусь полностью без сил, оставляя за спиной гудящую и ревущую стену темного пламени. У Мария будет достойный погребальный костер. Огонь жрал линии рунного круга, зеленые изгороди, деревья, и даже землю, оставляя после себя только черный пепел. Много отличного черного погребального пепла.

Кантор ждал меня у выхода. Я видела, как мне помахала Фэй-Фэй, которую нежно, нарушая все правила приличия, прижал к себе дедушка Ву.

– Вайю, – позвал в спину Тир, держась на расстоянии – от меня до сих пор искрило силой. – Поздравляю с пробуждением темного источника…

– Это будет новым дополнением к психологическому портрету, – я обернулась. – Ведь он же есть, записи с площади, и наверняка перед отправкой на прием наследника ознакомили с новыми выводами…

– Те записи предоставлялись всем Старшим рода, – он тряхнул челкой.

– О, и Тиры даже не поделились с Фейу, ведь никого из них там не было…Но этот вечер ведь будет досмотрен с особой тщательностью? Воспоминания, фразы, действия…, – я нисколько не сомневалась, что это первое, что заставят сделать юного наследника – слить все в артефакт записи. – Не так ли…? – я подходила медленно, давая Тиру шанс.