Тайга Ри – Последняя из рода Блау (страница 19)
Старшие. Слово упало камнем. Я притащила ее туда без одобрения Старших.
Я потянулась к Акселю, взывая к своей крови. Брат. Ответь. Родное тепло отозвалось запахом раскаленного песка и металла, барханы…колючки юкки….Брат, мне нужна помощь…
Аксель откликнулся сразу, казалось, меня обняли со всех сторон и заключили в крепкие объятия, надежнее которых нет.
Из носа текла кровь, вся нижняя сорочка промокла от пота, но я широко расслабленно улыбалась – у нас получилось. Фэй-Фэй счастливо кивнула в ответ – она тоже почувствовала Акселя.
Фэй подключилась к артефакту и тление остановилось. Я подпихнула ее в спину, и мы бестолково стали одевать всё, что было – кольца, браслет, гроздь накопителей на шею и звезду Давида. Все затаили дыхание, но всё работало, артефакт гудел, Фэй передавала силу, пепла больше не было.
Успели.
– Вайю…, – в этот момент лицо Фэй-Фэй побелело, губы задрожали, – не хватит, Вайю…надо ещё почти столько же.
Ещё накопителей? Ещё звезду Давида? Может ещё звезду с родового гобелена в придачу?
Я ударила кулаком о камни мостовой, и ещё раз, и ещё… А потом просто откинулась назад и легла на спину, почти положив голову на грязные сапоги претора Мария – мне было всё равно.
Я устала. Просто устала. Болели руки, горло и содранные коленки. Мне было холодно, потому что все было мокрым. Я хотела пирожков Маги и горячего чаю. И плакать. Долго-долго, спрятавшись в дальнем стойле конюшни.
Я лежала и смотрела в небо через серебристый купол защиты. Молнии перестали, стих ветер и дождь, все вокруг замерло. Затишье перед бурей. Небо стало полностью черным, воронка формации над нами начала медленно открываться… Око. Бури.
Глава 17. Вызванный 4
Тук-тук-тук-тук – простучало рядом с моей головой. Я машинально отметила, что наконечник у трости металлический, украшенный рунами. Очень хорошая трость.
– Девиз рода Блау – ложись под врага? Наверное, меня уже подводит память, – старая карга смачно сплюнула и посеменила прочь, шаркая ногами.
Спасибо, что плюнули не в меня. Хотя…утерлись и пошли дальше.
Я закрыла глаза и начала тщательно возводить внутри сплошной эмпатический щит. Стена. Слишком низко. Горный хребет, размером с Лирийскую гряду. Заполировать. Дышать без чужих эмоций внутри стало немного легче.
Если бы с такой же частотой, как эмпатия, у меня включался какой-нибудь более полезный родовой дар – была бы счастлива.
Щит не выдерживал. Тоска, страх, отчаяние, безнадежность накатывали волнами, как прибой, и уходили. Увеличить горы, выше, выше, ещё выше, до самых небес. Выше…
– Шакти хочет говорить, госпожа, – рядом со мной на колени опустился тот самый менестрель из труппы, который помогал тащить Высокую Сиру. Кастрат? Голос выше и мелодичнее, чем мой. Легкий акцент, и только пустынники обращаются говорят о себе в третьем лице.
Я кивнула.
– Шакти понял, что госпоже нужно усилить купол. Шакти знает чем, – он помолчал, подбирая слова, – почти такой же сильный, как звезда.
– Звезда Давида? – я подпрыгнула.
– Не звезда. Но сильный. У нас под сценой, – он показал в сторону.
– Шакти, говори точнее. Есть артефакт, сильный, под сценой?
– Шакти видел, как Мастер активирует артефакт перед представлениями. Его хватало на 4 действия, с иллюзиями и стихиями. Может выдержать и 8 действий, но мы не ставили таких длинных пьес.
Претор присел рядом.
– Шакти покажет, как достать.
– Они почти успели, я чувствую готовность рунного круга. Нам нужно продержаться совсем чуть-чуть, – Надин пыталась говорить воодушевленно и уверенно.
Я поморщилась – нахлынула новая волна чужих эмоций, на сей раз возбуждение, восторг и много-много надежды.
– Идем, – претор хлопнул по плечу Шакти. – Немедленно.
– Нога? Не помешает, – я ещё раньше обратила внимание, что претор Марий прихрамывает.
– Старое ранение. Я сдаю нормативы, и поверьте мне, леди Блау, бегаю быстрее многих молодых, – он подмигнул мне. – И ещё…, – на его ладони взвился маленький воздушный смерч. Элементальщик седьмого круга? Поскольку преторов ниже уровнем не назначают.
Сейчас можно бежать быстрее, по прямой – молний нет, у них действительно может получиться. Я показала пальцами в небо – на черный зев открывающегося Ока – следите, если
И Шакти с Марием побежали.
Ловушка над центральной площадью сжалась уже настолько, что от того угла конструкции, где был спрятан питающий артефакт, оставалось не более пяти шагов до жадно трещащих в ожидании свежей крови силовых линий – очень опасно.
Вся толпа прилипла, наблюдая, к одной стороне купола – Фэй-Фэй покусывала губы, Надин молилась, старушки и дамы осеняли себя крестным знаменьем, дети просто молчали и широко таращили испуганные глазенки – успеют или нет. Добегут обратно или нет.
Возились они несколько мгновений, но мне показалось, что прошла целая вечность. Сначала раскидали мусор, потом отламывали что-то, потом Шакти нырнул вниз и залез под сцену почти полностью. Марий нетерпеливо косился в небо, поддерживая на руке плетение воздушных чар. Видимо, для самоуспокоения, потому что против
Все произошло в один момент – Шакти вынырнул и с триумфальным возгласом поднял вверх руку с каким-то маленьким кубиком, грянул гром
– Претор …
– Марий!!!
Кто-то кричал, торнадо вращалось, затаскивая в свое нутро всё, что попадалось на пути – мусор, тела, куски дерева и металла, цветы, газеты – все шло в ход. Раззявленная голодная пасть поглощала всё, до чего дотягивались потоки воздуха.
Короткий вскрик и Шакти унесло внутрь, прямо в центр воронки. Мы смотрели, как маленькую фигурку в сером хитоне мотает из стороны в сторону, сталкивая по пути с обломками и мусором, поднимая все выше и выше к открытой пасти Ока, пока, наконец, он не исчез внутри. Его засосало.
Око сожрало Шакти.
Это была последняя жертва, и преграда между мирами истлела полностью –
Из Ока начали выползать, заполняя все пространство в небе, живые черные щупальца силы. Люди любят давать привычные имена явлениям, но демон – это не более чем овеществленное слово, на самом деле результат любого вызова – это приход в мир субстанции антижизни. Каждый видит свое – кто-то рогатых демонов Эпохи грани, кто-то огромных умертвий, сигнальные системы посылают образы, которые просто неспособно обработать человеческое сознание, неспособно объять и принять, поэтому подбирается наиболее близкая картинка. Я видела черный жирный сгусток тумана, который кляксами сползал вниз, поглощая всё вокруг.
Марий лежал посередине, между сценой и куполом, вцепившись руками в остатки непонятно откуда появившейся на площади кареты. Упала с неба? Вихри неистовствовали. Его снова подбросило и несколько раз перевернуло в воздухе, так, что он оказался всего в десяти шагах от круга. И самое главное – у него в руке был зажат так необходимый нам куб.
Он начал активировать заготовку воздушных чар, которую давно держал в ладони, и зашвырнул куб в нашу сторону. Артефакт перекувыркнулся несколько раз и упал в пяти шагах от границы защиты – сбоили настройки чар. Он что, заранее плел Воздушные силки, и вообще не собирался возвращаться?
Воронка, которая засосала Шакти, приближалась к Марию, постепенно сужая круг. Претор отсалютовал нам, тем, кто в куполе, приложив сжатый кулак к груди, прощаясь. Псаков герой…Он приготовился умирать.
Деревянный кругляш моего артефакта на груди нагрелся, вспыхнув серебристым вечным огнём Великого, в ушах загремели барабаны, перекрывая все звуки вокруг...
Говорят, что в жизни бывают те самые поворотные моменты, когда время замирает, растягиваясь, и одно мгновение тянется целую вечность. Те самые, которые определяют ты – Высший, или тварь дрожащая. Те самые, когда ты всю жизнь жалеешь, если этого не сделал, и всю жизнь гордишься собственной глупостью, если решился.
Больше всех сражаются целители, у них своя собственная ежедневная битва, которая никогда не заканчивается – битва за жизнь. За претора Мария стоило сражаться – пока он ещё жив.
Быть смелым много ума не надо, скорее наоборот. Я облизнула пересохшие от страха губы, собираясь с духом, чтобы сделать первую действительно глупую вещь в
Прыжок, второй, разворот, схватить артефакт, перекат, прыгнуть к Марию, и в этот момент