Тайга Ри – Печать мастера (страница 6)
— Ещё мгновение, Вэй!
— Уголь! Ещё мгновение малец!
Коста стер пот со лба и продолжил.
— Ри-суй!
— Ри-суй!
— Ри-суй!
Скандировала толпа, все быстрее и быстрее, пока последние миги мгновений вспыхивали плетениями. Пока не начала хлопать в ладоши и отбивать ритм ногами так, что стол заходил ходуном.
— Ри!
— Суй!
— Ри!
— Суй!
— Ри!
— Суй!
— Время!!!
— Время вышло, — двойной щелчок в воздухе, запах силы, — и Косту просто оттерли от стола в сторону широкими спинами.
— Ай, хэй…
— Великий видит, почти точно!
— Карту надо, карту…
— Вот тут и деревушку запомнил!
— И дорогу вниз…
— И мельницу…
— Сколько пацан видел карту?
— Мгновение!
— Может он видел раньше?
— Не видел, — ледяной, но довольный голос наставника Хо разрезал тишину. — Можете проверять еще раз, сколько влезет. Это — мой ученик!
— У-у-у, малец!
— Ну дает!
Одобрительные тычки по плечам чуть не сбили Косту с ног, но он устоял, требовательно заглядывая старику в глаза — заказ наш? Нам теперь будет где спать и что есть?
— Еще раз, — бородач грохнул ладонью по столу, нахмурившись. — Протереть стол начисто, три угля ему, и у тебя снова есть ровно мгновение, малец.
Коста выпрямился и проморгался — к дымному чаду он уже привык, и задание было не сложнее тех, которые постоянно давал ему Наставник — запомнишь всё до черточки — поешь, не запомнишь — останешься голодным. И Коста за одну зиму тренировок понял, что у него отличная память.
Уголек привычно лег в руку, Коста отер едкий пот со лба который мешал видеть и — кивнул.
— Время. Одно мгновение. Дайте ему второй кусок карты.
Косту проверяли ещё дважды — в последний раз даже устроили тотализатор уложится ли он в два мгновения — не уложился.
Наставник Хо сиял, и пил кружку за кружкой, таская с соседних столов, пока все отвлекались на зрелище.
А в конце даже угрюмый борода сир Велиент скупо кивнул — «молодец», и Коста понял, что это — высшая похвала.
— Ну что, Вэй? Я говорил, что мой ученик даст фору всем твоим штатным писарям… юркий, быстрый, сметливый, пальцы твердые, глаз верный, а память…
— И не жалко тебе мальца, Хо. Если сгинет на уровне?
Коста прислушался и перестал жевать ножку — отличную жирную, истекающую соком, толстую ножку лесного перепела, которую ему под нос сунул один из охранников — заслужил.
— Был бы собственным сыном, отправил бы его вниз?
— Отправил бы, — боднул башкой уже пьяный наставник Хо, — сам под зад пнул бы, чтобы быстрее вниз летел. Выберется — выживется. С клановыми жить — сам знаешь, как выть…
Сир Вэй недовольно сдвинул брови.
— Змеи, они везде змеи и есть. Чем сложнее в начале, тем больше шансов, что доживет до моих седин, — мастер дернул себя за бороду. — И… — мастер пьяно икнул, — ты сам своего вниз скоро отправишь…
— И запиваться будет также, если доживет, — бородач встал и сделал жест охране — ему тут же поднесли тазик — ополоснуть пальцы, полотенце и плащ. Несколько золотых фениксов весело закружились прямо по столу — танцуя по карте, начерченной Костой в последний раз.
— Контракт наш? Мой ученик принят?
— Принят, — бородач неохотно щелкнул застежками и Коста открыв рот изучил герб во всю сторону на правом плече плаща — «скорпикс».
— Отряд зачистки приветствует нового смертника… — заржал один из охранников, но его быстро толкнули локтем в бок. — Нового писаря!
— Общий сбор завтра на первый колокол у второй из казарм, снаряжение с собой иметь стандартное…
— Но… — вскинулся наставник.
— Купи, — бородач склонил косматую голову в сторону фениксов на столе. — И, если ты хоть каплю… хоть единую каплю возьмешь в рот начиная с завтрашнего дня, вылетишь из отряда и ты, и твой ученик…
— Да я вообще не…
— Я сказал — ты услышал, Хо.
Дверь таверны распахнулась, снежинки закружились в воздухе, пока все спины в темных плащах — одна, две, четыре, не исчезли в темноте улиц.
Коста тщательно проследил, чтобы все поднятое с пола — даже помятое и грязное — слуги вернули обратно, а не утащили к себе. Он упакует все тщательно — и будет что холодным поесть утром.
Перепела он решил доесть сейчас — в животе уже не было места, пряжку ремня пришлось расстегнуть на одну дырку, но он был настроен решительно — кто знает, сколько декад пройдет, прежде чем у него во рту окажется такое же нежное тающее во рту мясо.
— Мы пофулучили конфракт, мафтер? — уточнил Коста с набитым ртом.
— Получили.
— Фколько фениксос?
— Много, много фениксов, — отозвался Наставник Хо, изучая кувшины на столе — вдруг что на дне осталось — и тряс в пиалу.
— Фватит до конца зимы?
— Хватит… если выживем, — последнюю фразу Мастер сказал тихо себе под нос, что Косте пришлось напрячься, чтобы расслышать.
— А фто этот сир? Обязанный?
— Когда-то я оказал ему небольшую услугу, и этого сира ты теперь можешь называть Мастер. Будущий Глава клана Блау, первый среди равных… — старик Хо сделал большой глоток из пиалы, — сир Вэйлиент Октавиан Блау. Заклинатель тварей.
Глава 3. Посредственность
Коста проснулся от жажды. Нестерпимой. Язык стал сухим и шершавым, горло распухло. Натянул верхний халат, чуни, и на мгновение раздвинул створки окошка впуская в маленькую комнату под самой крышей ледяной воздух. Изучил улочки ночного Керна — город с высоты выглядел строгим, правильным и “настоящим”. Первый настоящий город, который обязательно стоит нарисовать.
Коста прижмурился, открыв рот, и начал ловить снежинки. Одна, вторая. Третья.