Тайга Ри – Печать мастера. Том 2 (страница 107)
Коста понюхал — пахло песком и какой-то травой. Странно, при приятно. Посмотрел на свет, постучал — крепкие, и убрал три обратно, отложив одну.
Одну он подарит Наставнице Эло. Он так ничего не привез ей с Юга, а это… наверное можно применить в алхимии.
Довольный решением, счастливый от подарка, дальше Коста распаковывал быстрее, чуть насвистывая себе под нос.
Второй большой сверток.
Третий.
Через десять мгновений ошеломленный Коста сидел на ковре, в окружении раскиданных красок, кистей, и… досок, трех досок, длиной с его кровать, которые ошеломительно пахли свежим деревом и лаком.
Коста выудил из вороха бумаги и тканей лакированную коробку с кистями, крепко прижал к себе и завалился в подушки, рассматривая то, что нашел в третьем свертке.
Гребень. Серебряный женский гребень, с выточенной узорами ручкой. Именно такой он тогда видел на рынке Да-ари и не купил.
Коста крутил его из стороны в сторону и не находил ни одного отличия.
Если первый заказ — подарок Миу. Третий мог купить только Хаади, потому что кроме него про гребень никто не знал, от кого — второй?
Хаади стучал. Сначала осторожно, потом сильнее, потом проверил не заперто ли плетениями — не заперто, значит, господин не хочет уединения — и, постучав в последний раз, толкнул дверь.
Хаади перевел взгляд дальше и — начал тихо отступать назад, чтобы не потревожить.
Юный господин спал, утомившись с дороги, крепко прижимая к груди длинную лакированную шкатулку.
Поздняя ночь
Поместье Фу
Кабинет Главы, совещание
Эло пила. Не чай. И не первую пиалу. И даже не вторую. Потому что Нейер молчал уже десять мгновений.
Рассматривал рисунки. отложив те два, что она выбрала, в сторону, изучая все остальные.
Воспоминания о «самой-неприятной-ночи» Эло слила Дею, и теперь сын знает столько же, сколько она сама.
— Почему он так много рисовал четвертый ярус? Больше половины рисунков…
Эло пожала плечами и глотнула ещё. Горячительное приятно обожгло горло.
— Ракурс? — предположил менталист, стоя за спиной Главы. — Он рисовал в саду, там не так много объектов, и если смотреть снизу, то как раз попадает именно эта часть… Вообще, стоило бы просто спросить его самого, но господин спи-и-ит, — с сарказмом протянул Дей.
— Пусть выспится, — отозвался Нейер. — Хаади сказал, он — устал. Торопиться уже некуда… узнаем завтра…
— Что с Аррами? — вмешалась Эло.
— Молчат. Пока — молчат. Но мы и не объявляли о смерти.
— Я сделала так, как решили. Стазис держит. Но следы насильственной смерти не скрыть. Мне будет спокойнее, когда она станет пеплом.
Нейер посмотрел на шкатулку, в которой покоились браслеты, которые он снял с мертвой жены. Ключ, который, как он надеялся, поможет открыть тайну Арров.
— Сжечь никогда не поздно, — пробормотал он. — Сейчас меня больше волнует… это, — Ней вытянул снизу рисунок с мертвой кухаркой и положил сверху. — Это — не похоже на дар Фу… это не артефакты…
— Это — дар Фу, — отрезала леди Эло. — И он должен быть до самой смерти благодарен роду за такой дар!
— Люди — не артефакты, — угрюмо повторил Нейер.
— Дар Фу! Иначе никак. Вспомни, что говорила жрица… или ты хочешь сказать, что Нима может солгать?
— Мне кажется, мы уже тридцать мгновений обсуждаем то, в чем не разбирается никто, — Дей отошел от стола и сел в кресло. — Кто-то может сказать, каким должен быть родовой дар Фу? У нас есть что-то, кроме заметок и устных преданий? Мы не знаем, каким должен быть такой дар на начальной стадии…
Эло победно оглянулась на сына.
—…и потом, у любого дара и даже способности есть модификации и уровни, — продолжил рассуждать менталист. — Ментальный дар делиться на десять уровней и двадцать стадий. У нас пять секторов природных склонностей, и если ее нет — возможность развить есть не у всех. Кому-то легко дается поверхностное чтение, кому-то глубокое, кто-то не способен считывать мысли, но прекрасно читает эмоции… кто-то хорош во взломе, кто-то специализируется на глубинном погружении… Кто-то любит разрушать чужое сознание и получает от этого наслаждение, — Дей вздохнул. — Менталист должен уметь все, но совершенно не значит, что умеет. Или артефакторы… есть ли отличие между кланами ЯнСи и Сей?
Нейер молчал.
— И так в любом деле — целительство, алхимия, склонность к плетениям…
— У нас пять клановых целителей, но только двое сносных, — буркнула Эло.
—…поэтому мы понятия не имеем, что это такое, как нужно развивать, и какие стадии…и даже не можем предположить, как эта склонность должна проявляться изначально… у нас нет точных данных. Дневниковые записи разрознены… Поэтому я склонен согласиться с госпожой. Мальчик явно получил дар рода Фу, но, поскольку изначально это ребенок чужой крови, дар имеет… модификации… — Менталист кивнул на стол, весь заваленный рисунками.
— Нужно решить, что говорить и что не говорить, Костакису, — вмешалась Эло решительно. — Я полагаю это, — она кивнула на рисунки слуг, — вообще обсуждать не стоит. Важно сосредоточиться на артефактах. Дар нужно развивать и делать это быстро. Но я не могу сократить в программе обучения ни этикет, в котором он нуждается, ни алхимию, ни правила поединков… я и предположить не могла, что это может понадобиться срочно… как и правила аукционов… и я так и не поняла, зачем он купил этих грязных рабов? И почему вы притащили одного сюда?
Глава отмахнулся — вопрос не первой важности, обсудим позже.
— Сейчас важнее другое. Может ли такое быть, что активность дара связана со «вспышками», когда Син выходит из себя? Эмоции могут быть ключом? Тут он нарисовал вот это, — Нейер положил ладонь на пергаменты, — когда был заперт в комнате…
Эло поморщилась.
—… потом была вспышка в карете, но там было нечем рисовать, кто знает, что произошло, если бы под рукой были кисти и тушь… И у Да-арханов… в мастерской были кисти, пергаменты и тушь, и необходимое потрясение — встреча с шекками.
— Я бы предположил, что активацию дара запускает само присутствие леди, но в гостях ее не было рядом, — съязвил менталист.
Эло прошипела в его сторону что-то нелицеприятное.
— Возможно, запуск дара — это эмоциональное потрясение, но тогда…
— Тогда невозможен контроль… — констатировал Дейер.
Они одновременно вздохнули.
— Он — боялся! — Выдала Эло, после короткого раздумья, прищелкнув пальцами. — Здесь — наказания, шекков — у Да-арханов, если дар срабатывает, когда он боится — нужно просто пугать его! И пугать, как следует, с утра до вечера, тогда рано или поздно дар сработает снова, и просто подсунуть ему в этот момент бумагу и кисть…
— Мама!
— Что, мама? Нам же нужен результат быстро⁈
— Сомневаюсь, что процесс запускает именно страх, — пробормотал менталист. — По-моему в карете ты боялась его гораздо больше, чем он — тебя…
Эло прищурилась и… неохотно кивнула.
— Нам нужно понять, как направить дар в нужную сторону, но при этом снизить агрессию, чтобы Син был безопасен для окружающих, и ему нужен ментальный «щит» — срочно! Теперь, когда мы дома, можешь начать занятия. Мне нужны результаты к концу сезона, Дей.
— Это невозможно, господин.
— К концу… зимы?
— Невозможно, господин.
— Да в чем проблема? Просто научи его, — Эло пожала плечами.