Тая Север – Между звезд и руин (страница 42)

Верховный правитель... Встреча с ним не предвещала ничего хорошего.

— Зачем? — спросила я.

— Потому что ты — Астарийка, и это меняет всё, — ответил он, и быстро направился к выходу из беседки. — Скоро увидимся, Яра.

Я смотрела на него, пытаясь понять, что происходит. Его тревога словно передалась и мне.

— Подожди... — догнав Ксара, я остановила его за руку. — Что-то случилось?

Он помедлил с ответом, словно решая, стоит ли говорить. Его лицо оставалось непроницаемым.

— О чем ты? — мягко произнёс он, — у меня просто возникли неотложные дела.

— Я же видела, что тебя встревожил этот звонок, — ответила я, чувствуя, как внутри всё сжимается от нехорошего предчувствия.

— Всё в порядке, крошка. Тебе не о чем переживать, — обхватив мою руку, которая находилась на его локте, ответил Ксар.

Да и к чёрту, чего это я вообще переживаю. Кто бы ему ни звонил, это его проблемы, меня это касаться не должно. Я отпустила его руку, давая ему возможность уйти.

Его тёмная фигура растворилась в ночи. Я сжала ладони в кулаки, пытаясь взять себя в руки. Что бы ни происходило, это не моё дело. У меня и своих проблем хватает.

Всё именно так. Но тревожность не отпускала меня. Я сама не понимала, откуда она появилась. Почему вся моя злость на Ксара прошла? Всё дело в чёртовом кулоне? Он подавляет мои истинные эмоции, или я действительно сопереживаю этому Астарийцу?

Эти вопросы крутились в голове, словно назойливые мухи. Я пыталась найти ответы, но чем больше думала, тем сильнее запутывалась. Связь между нами... Пока что я ничего подозрительного не ощущала, но это как-то не успокаивало.

Когда я окончательно замёрзла, решила направиться в резиденцию. Но перед самым входом заметила припаркованные машины пришельцев. На одной из таких же машин меня сюда привёз Хилл.

Мужчины-Астарийцы покидали резиденцию. Их фигуры в серебристых костюмах казались мотыльками в свете ночной лампы. Что-то явно было не так — куда они уезжают в ночь? Кто звонил Ксару? Это точно как-то было связано.

Я спряталась за деревом, наблюдая за происходящим. Их движения были чёткими, уверенными. Они явно готовились к чему-то серьёзному. Некоторые из них грузили в багажник какие-то продолговатые металлические предметы. Их основания пульсировали голубым светом, напоминая приборы в инопланетном корабле. Быть может, это их оружие? Но куда им столько?

В воздухе витало напряжение, словно перед бурей. Ветер усилился, зашелестел листьями, но я едва замечала это. Все мои мысли были сосредоточены на том, что происходило перед моими глазами.

Произошло что-то явно серьёзное, судя по количеству погруженного оружия. Астарийцы действовали слаженно, как хорошо отлаженный механизм. Они не разговаривали, только обменивались короткими жестами.

Когда последний из них сел в машину, я решилась выйти из своего укрытия. Что бы ни происходило, это меня не касалось. Или всё же касалось? Этот вопрос эхом отразился в голове, но я решительно отбросила его.

Тихонько проскользнув в резиденцию, я направилась к общей спальне. В коридоре было тихо.

Войдя в спальню, я замерла на пороге. Тишина давила на уши, словно невидимый груз. В нашей комнате не осталось ни одной девушки — все они ушли навестить свои семьи. Я почему-то думала, что хоть кто-то, но останется здесь, разделит со мной это странное одиночество.

Постели были аккуратно заправлены, словно их никогда не занимали. Я медленно подошла к своей кровати, провела рукой по прохладной простыне.

Забравшись на кровать, я никак не могла выбросить из головы то, что увидела. Что случилось? Зачем пришельцам столько оружия?

Это действительно выглядело странно. Неужели люди решили взять реванш? Быть может, ещё ничего не было кончено и у нас есть шанс на обычную жизнь? Или это что-то другое?

Мне совершенно не спалось. Я была так взволнована этим днём. Связь с Ксаром... Чем она могла грозить мне? И что значат его слова, что это он надел на себя ошейник и дал поводок мне? Я имею над ним какую-то власть, о которой даже сама сейчас не задумываюсь?

А что мне теперь сказать Хиллу? Он ведь настоятельно просил вернуть кулон. Но разве это возможно теперь, когда связь уже сформировалась?

Я перевернулась на бок, пытаясь найти удобное положение. В тишине спальни слышалось только моё тяжёлое дыхание и тихий стук сердца. Завтра будет новый день, и, возможно, он принесёт ответы на мои вопросы. А может быть, только новые загадки.

Приблизительно к полночи девушки начали возвращаться в резиденцию. Кто-то плакал, уткнувшись в подушку, кто-то восторженно рассказывал о том, какое место в иерархии заняли их родные. Их истории сливались в единый поток слов, наполняя тишину спальни.

Но когда речь зашла о том, что видели, как сотни машин пришельцев пронеслись к окраине города, я невольно прислушалась. Их слова словно острыми когтями впились в моё сознание.

— Что у них там произошло? — спросила я девушку со второй группы, с которой у нас был недавний конфликт. Она сидела в углу комнаты, нервно теребя браслет на запястье.

Она лишь пожала плечами, не желая делиться со мной информацией. Её взгляд оставался холодным и отстранённым.

— Не твоё дело, — бросила она, отворачиваясь.

Я сжала руки в кулаки, пытаясь сдержать раздражение.

Ко мне тихонько подкралась Тася. Её лицо в свете луны казалось особенно бледным, а глаза — огромными и тревожными.

— Можно? — указав на мою кровать, спросила она едва слышно.

Я кивнула, и Тася ловко забралась на второй ярус моей кровати.

— Я тоже их видела, — начала она, понизив голос до шёпота. — Мой дом находится на окраине. Они направлялись за пределы города. Я не знаю, что у них произошло, но другие люди говорят, что кто-то из их же и собирает восстание. Принимают и людей, и захватчиков. Они выступают против порабощения людей.

В комнате было слишком тихо. Я боялась, что наш разговор будет известен остальным.

— Не могу представить, что кто-то из захватчиков против порабощения человечества, — ответила я, чувствуя, как внутри всё сжимается от неверия. — Я хоть и не со многими пришельцами знакома, но никто из них, кажется, не был против использования нас как рабочей силы.

Тася помолчала, глядя в окно.

— Может быть, не все они такие, — наконец произнесла она. — Может быть, есть те, кто понимает, как это неправильно.

Я сглотнула ком в горле, пытаясь осмыслить её слова. Что, если это правда? Что, если среди Астарийцев действительно есть те, кто готов бороться за нашу свободу?

— Быть может, они только кажутся добродетелями, и это обычная попытка захвата власти? — мне, конечно, хотелось верить в лучшее, что действительно не все астарийцы — бездушные захватчики. Но разум подсказывал, что в политике не бывает альтруизма, особенно когда речь идёт о власти над целой расой.

— Это всего лишь слухи, то, о чём сейчас болтают люди, — пожала плечами Тася, её голос звучал неуверенно.

— А что, если это правда? — прошептала я, глядя в окно, где луна отбрасывала серебристый свет на кроны деревьев. — Что, если действительно есть те, кто готов бороться за нашу свободу?

Тася помолчала, глядя на меня своими большими тревожными глазами.

— Даже если это правда, — наконец произнесла она, — нам лучше держаться подальше от этого.

— Да, это может быть небезопасно, — согласилась я, чувствуя, как внутри всё сжимается от тревоги. — Но разве можно просто закрыть глаза на то, что происходит?

Тася вздохнула, теребя пальцами одеяло.

— Иногда лучше быть слепым и живым, чем зрячим и мёртвым, — послышался голос Анны с первого яруса кровати.

35. Младший наследник

Ночь пролетела незаметно, кажется, я так и провалялась, гоняя свои мысли в голове. Сон пришёл только под утро, когда первые лучи рассвета начали окрашивать небо в розовые тона.

Я проснулась с тяжёлой головой, медленно, словно улитка, поплелась в общую душевую, пока все ещё спали. В душевой было холодно и пахло плесенью. После мытья здесь хотелось ещё раз помыться, но выбирать не приходилось. Я тёрла кожу до скрипа, пытаясь избавиться от неприятного ощущения грязи.

Мои волосы после мытья хозяйственным мылом выглядели как солома. Без стыда я выглянула в зеркало, которое висело на стене и закрывало дырку. Его поверхность была мутной, с разводами, но даже в таком отражении я видела себя ясно.

Моё тело никогда не было привлекательным: слишком худая, после нахождения здесь мои кости стали выпирать ещё сильнее. А из-за качества еды и отсутствия каких-либо полезных компонентов на моём лице появились синяки под глазами, а быть может, просто из-за отсутствия нормального отдыха. Не помню, когда я в последний раз нормально высыпалась. Моя стрижка каре отросла и теперь волосы опустились до плеч, но они были тусклыми и безжизненными.

Завернувшись в сухое полотенце, его края неприятно царапали мою кожу, я направилась к своей сменной одежде. Натянув балахон — именно так на мне сидела форма — я начала сушить волосы полотенцем.

Закончив с гигиеническими процедурами, я вышла в пустующий коридор. Первые лучи солнца проникали через узкие окна. В тишине коридора слышался только тихий скрип половиц под моими ногами.

Что-то подсказывало мне, что этот день будет особенным. События вчерашнего вечера не давали покоя, и я знала — скоро всё изменится. Вопрос был только в том, к лучшему или к худшему.